А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


— Слева — населённый пункт.
— Да, вижу. — Он видел пятно флюоресцирующего света, которое в действительности было бы жёлто-оранжевым городским освещением, и увеличил высоту с пятидесяти футов, на которой .летел вот уже два часа. Рихтер подал ручку управления вправо, и наблюдатели, присутствовавшие в затемнённой комнате, были поражены тем, как тела обоих пилотов наклонились в сторону поворота, автоматически компенсируя якобы возникшую центробежную силу, которая существовала только в «воображении» компьютера, моделировавшего ситуацию. Они едва не засмеялись, но тут же вспомнили, что над Сэнди Рихтером лучше не смеяться.
С того момента, как вертолёт пересёк виртуальный берег, он поднялся над хребтом и полетел вдоль него. Так решил сам Рихтер. В речных долинах, ведущих к Японскому морю, находились дороги и дома. Вот почему пилот принял решение как можно дольше сохранять акустическую скрытность и пойти на риск — лететь на большей высоте.
В реальном мире он сумел бы справиться с этой опасностью при подлёте к цели, но в данный момент мир для него был не совсем реальным.
— Истребители над головой, — предостерёг женский голос, как это произошло бы во время настоящей операции. — Снижаюсь, — ответил Рихтер на предупреждение компьютера, соскальзывая на вертолёте направо, ниже вершин горного хребта. — Если тебе удастся обнаружить меня на высоте пятидесяти футов от земли, то я проиграл, милая. Надеюсь, эта чёртова технология «стелс» на самом деле очень эффективна.
В первоначальных разведсводках звучало беспокойство относительно совершенства радилокаторов на японских F-15X. Каким-то образом им удалось сбить один Б-1 и повредить второй, и никто ещё не сумел разобраться, как это произошло.
— Скоро узнаем. — Что ещё можно сказать пилоту? В данном случае оценку дал компьютер. На протяжении последнего часа виртуального полёта Рихтеру всё время приходилось маневрировать над пересечённой местностью, что было достаточно изматывающим, и когда он «совершил посадку» в своём «Команче», то обливался потом и хотел поскорее принять душ, которого при реальном полёте наверняка не будет. А вот пара лыж может пригодиться.
— Что, если противник…
— В этом случае придётся привыкать к рисовому рациону. — Нет смысла беспокоиться обо всём. Зажёгся свет, пилоты сняли шлемы, и Рихтер увидел, что находится в небольшой комнате.
— Проникновение на вражескую территорию прошло успешно, — сообщил свою оценку майор. — Ну как, парни, вы готовы совершить небольшой полет?
Рихтер взял стакан ледяной воды со стола в дальнем углу комнаты.
— Знаешь, мне даже в голову не приходило, что я смогу пролететь таким курсом настолько далеко.
— Как относительно всего остального? — спросил его стрелок-радист.
— Погрузят, когда вы прилетите на место.
— А на пути назад? — не удержался от вопроса Рихтер. Лучше быть проинструктированным заранее.
— У вас будет выбор из двух вариантов. Может быть, из трех. Мы ещё не приняли решения. Сейчас его изучают, — заверил пилота офицер войск специального назначения.
* * *
Хорошо было то, что все это оказались пентхаусы, апартаменты на крышах высотных зданий. Этого следовало ожидать, подумал Чавез. Богачи, подобные этим мерзавцам, приобретали себе весь верхний этаж любого дома, который приглянется. Это позволяло им взирать на все свысока, смотреть на остальных сверху вниз, так же и небоскрёбы Лос-Анджелеса возвышались над нищенскими баррио его юности. Впрочем, никто из них не был солдатом. Люди военной профессии не испытывают желания так выделяться на фоне горизонта. Куда лучше скрываться в кустах вместе с крысами и пеонами. Ну что ж, все имеет свои недостатки, напомнил себе Динг.
Оставалась одна проблема — отыскать место повыше. Это оказалось несложно. И снова им помогла мирная атмосфера города. Они просто выбрали подходящее здание, вошли в него, поднялись на лифте на верхний этаж и оттуда выбрались на крышу. Чавез установил камеру на треноге, выбрал самый мощный телеобъектив и начал снимать. Вести съёмку даже при дневном свете несложно, говорилось в инструкции, а тут ещё боги, распоряжающиеся погодой, пришли им на помощь — надвигался хмурый облачный вечер. Динг сделал по десять снимков каждого здания, перематывая плёнки и укладывая кассеты обратно в коробки для последующей разметки. На все ушло не более получаса.
— Ты начал доверять этому парню? — спросил Чавех после передачи плёнок.
— Динг, я только что начал доверять тебе, — негромко ответил Кларк, снимая этими словами напряжение момента.
38. Рубикон
— Что же дальше?
Райан помедлил с ответом. Адлер заслуживал, чтобы ему кое-что рассказать. Предполагалось, что переговоры должны вестись честно. Там никогда не говорят всей правды, но в то же самое время стараются не обманывать друг друга.
— Дальше? Продолжай как и раньше, — произнёс наконец советник по национальной безопасности.
— Что-то происходит. — Это не было вопросом.
— Мы не сидим без дела, Скотт. Они ведь не собираются сдаваться, не так ли?
Адлер покачал головой.
— Думаю, не собираются.
— Убеди их пересмотреть свою позицию, — предложил Джек. Совет не был таким уж новым, но сказать что-то требовалось.
— По мнению Кука, в Японии действуют политические силы, старающиеся не обострять ситуацию. Его коллега в японской делегации снабжает его обнадёживающей информацией.
— Скотт, у нас там два сотрудника ЦРУ, которые работают под прикрытием документов русских журналистов. У них состоялись переговоры с Когой. Он недоволен тем, как развиваются события. Мы посоветовали ему вести себя как обычно. Нет смысла ставить его под удар… Вот что, посоветуй Куку прощупать японского дипломата относительно оппозиции в их правительстве, кто они и какими силами могут располагать. Однако он ни в коем случае не должен сообщать, с кем мы поддерживаем контакт.
— Хорошо, передам. В остальном придерживаться той же линии? — спросил Адлер.
— Не делай никаких конкретных уступок. Ты сможешь потянуть ещё некоторое время?
— Смогу, пожалуй. — Он посмотрел на часы. — Сегодня переговоры ведутся у нас. Мне нужно до их начала посоветоваться с Бреттом.
— Держи меня в курсе.
— Можешь не сомневаться.
* * *
На Грум-лейк рассвет ещё не наступил. Пара транспортных самолётов С-5В вырулила на конец взлётной дорожки и поднялась в воздух. Груз не был тяжёлым, у каждого всего три вертолёта, ну и остальное снаряжение — не так уж много для самолётов, способных нести по два танка. Однако одному из них предстоит длительный перелёт, больше пяти тысяч миль, и при встречных ветрах потребуются две дозаправки в воздухе, что, в свою очередь, означает необходимость двух сменных экипажей для каждого самолёта. Добавочные пилоты вытеснили пассажиров в хвостовой отсек, позади крыльев, где кресла менее удобны.
Рихтер откинул ручки сидений в своём трехместном ряду и вставил в уши ватные тампоны. Как только самолёт оторвался от земли, он автоматически сунул руку в карман лётного комбинезона, где обычно хранил сигареты — или, вернее, хранил раньше, пока не бросил курить несколько месяцев назад. Проклятие! Ну как можно отправляться в бой без сигареты? — спросил себя Рихтер, откинулся на подушку и заснул. Он даже не почувствовал воздушных ям, когда самолёт поднимался к потоку струйного течения над горами Невады.
Экипаж, несущий первую вахту, повернул самолёт к северу. Небо было тёмным и останется таким на протяжении почти всего полёта. Самым главным для экипажа было не заснуть, находиться всё время начеку. Управлять самолётом будет автоматическое навигационное оборудование, в это время суток ночные коммерческие рейсы уже закончились, а дневные только начинались. Военным пилотам принадлежало сейчас все небо вместе с рваными облаками и обжигающим ледяным ветром за алюминиевой обшивкой самолёта, направляющегося к самому невероятному месту назначения, о котором мог только помыслить резервный экипаж. Экипажу второго «гэлэкси» повезло больше. Их самолёт повернул на юго-запад и меньше чем через час уже летел над Тихим океаном, выполняя свой более короткий рейс к базе ВВС Хикем.
* * *
Подводная лодка ВМС США «Теннесси» вошла в гавань Пирл-Харбора на час раньше намеченного срока и направилась к крайнему причалу, отказавшись от портового лоцмана и положившись при швартовке на помощь одного военно-морского буксира. Причал был погружён в темноту, и швартовка проводилось при свете прожекторов на других пирсах гавани. Ещё одной странностью было то, что на причале «Теннесси» ждал огромный автозаправщик. То, что рядом с ним стоял служебный автомобиль, доставивший сюда адмирала, не вызвало удивления у капитана третьего ранга Клаггетта. Тут же на пирс подали сходни, и командующий подводными силами Тихоокеанского флота поспешно поднялся на палубу ещё до того, как на кормовой части паруса субмарины успели поднять флаг. Тем не менее адмирал отсалютовал ему.
— Добро пожаловать на борт, адмирал, — послышался сверху голос командира, и Клаггетт спустился по трапу, чтобы встретить адмирала Манкузо в своей каюте.
— Голландец, я рад, что тебе удалось вывести её в море, — произнёс Манкузо с улыбкой, сдерживаемой серьёзностью ситуации.
— А я просто счастлив, что мне удалось наконец потанцевать с моей красавицей, — признался Клаггетт и тут же добавил: — У меня полные ёмкости дизельного топлива, сэр.
— Нам придётся освободить один из твоих баков. — Огромные размеры «Теннесси» позволяли иметь несколько ёмкостей для вспомогательного дизеля.
— Почему, сэр?
— Возьмёшь запас JP-5. — Манкузо открыл кейс и достал оттуда пачку оперативных приказов, на которых едва успели высохнуть чернила. — Тебе предстоит участвовать в проведении специальных операций. — Клаггетт автоматически едва не задал вопрос: «А почему я?» — но вовремя удержался. Он открыл обложку папки с приказами и начал проверять запрограммированный для него курс.
— У меня могут возникнуть определённые трудности, сэр, — заметил Клаггетт.
— Смысл операции заключается в том, что ты должен принять все меры, чтобы тебя не обнаружили, но имеешь право прибегнуть и к обычному правилу. — Обычное правило означало, что в случае необходимости капитан сам принимает решение, полагаясь на собственное суждение.
— Слушайте все, — донеслось по системе корабельной трансляции. — С этого момента курение на борту запрещается. Повторяю, курение запрещается.
— Ты разрешаешь команде курить во время похода? — спросил комнадующий подводными силами Тихоокеанского флота, потому что многие шкиперы не допускали этого.
— Вы же сами сказали, что мне следует полагаться на собственное суждение.
В тридцати футах от каюты командира Рон Джоунз вошёл в гидроакустический пост и достал из кармана компьютерный диск.
— У нас уже проведены работы по расширению вычислительных возможностей, — заметил старший акустик.
— Это совершенно новый диск. — Подрядчик вставил диск в прорезь запасного компьютера. — С помощью этого программного обеспечения мне удалось обнаружить вас, как только лодка в первую же ночь пересекла линию раннего оповещения у Орегона. В кормовом отсеке что-то не было закреплено?
— Да, переносный ящик с инструментами. Его сразу убрали. С тех пор мы пересекли ещё две линии раннего оповещения, — напомнил ему акустик.
— На какой скорости? — спросил Джоунз.
— Вторую прошли почти на полной и сделали над ней несколько зигзагов.
— Я заметил всего лишь лёгкий скачок, ничего больше, а на ней было установлено то же программное обеспечение, что я только что ввёл в ваш компьютер. У вас действительно тихий корабль, чиф. Совершили обход лодки?
— Да, капитан даже позверствовал, но теперь у нас нет ничего незакреплённого.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201