А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Макгиббон и Риччи подошли к Люси Габриель и опустились перед ней на колени. Она жалобно стонала и всхлипывала, переживая чудо своего избавления. Двое нью-йоркских полицейских заглянули в комнату и сделали Санк-Марсу предупредительный знак. Детектив прошел мимо раскрытой двери и увидел лежавшее на полу тело женщины. Он прижался к стене и медленно, крадучись, подошел к дверному проему. Потом пригнулся и еще раз прошел мимо комнаты. Прокрутив в голове увиденное, он подал знак американским коллегам, что собирается войти внутрь.
Санк-Марс влетел туда и понял, что комната пуста – за исключением трупа Камиллы Шокет.
Он вернулся в коридор и опустился на колени рядом с Люси Габриель.
– Ты – Люси? Ты должна быть Люси.
Он отвел прядь волос с ее лица. Девушка попыталась увернуться и застонала, тогда он мягко погладил ее по голове.
Люси кивнула.
– Кто это сделал, Люси? – спросил ее Санк-Марс. – Там, в комнате. Ты?
– Брат Том, – с усилием прошептала она.
– Монах?
Люси медленно покачала головой.
– Нет, это не монах. Он не был монахом. О Господи! Боже мой!
– Хорошо, Люси! – попытался утешить ее Санк-Марс. – Теперь все будет хорошо.
– Нет, – простонала Люси, – вы не понимаете. Он забрал это. Он все забрал.
– Что? – спокойно спросил девушку Санк-Марс. – Кто? Что он забрал?
– Брат Том. Он забрал «Гаснущую звезду». О Господи, – с трудом выговорила Люси и ухватилась руками за лацканы полицейского – Неужели вам непонятно? Это случится снова! Он не монах! Он – бандит! Убийца. Он взял «Гаснущую звезду»!

АНАЛИЗ КРОВИ
Глава 17
Время прозрения
В тот же день, ранний вечер, среда, 16 февраля 1999 г.
Эмиль Санк-Марс решил нанести визит Вернеру Хонигваксу в его кабинете в корпорации «БиоЛогика», чтобы ввести в курс последних событий. Президент компании предложил ему присесть, но полицейский отказался и подошел к большому окну, откуда открывался замечательный вид на ледяное озеро.
– Как продвигается ваше расследование, детектив? Есть успехи? – Доверие к нему этого человека, казалось, не знает границ.
– Дело приняло интересный оборот. – Очевидно, хозяина кабинета не волновала смерть Чарльза Пеншо. Он еще не очень представлял себе последствий, поскольку Камилла, должно быть, не успела ему рассказать, что это было ее рук дело. Санк-Марс повернулся к собеседнику лицом. Он получал явное удовольствие от мысли, что на этот раз обязательно собьет спесь с Хонигвакса. – Расследование этого дела завершено. Я к вам заехал только для того, чтобы ввести вас в курс событий.
– Закончили расследование! Это хорошая новость. – Хонигвакс придвинул к себе кресло, спокойно развернул его и чуть подтянул брюки перед тем, как сесть. – Значит, вы выяснили, кто убил Энди?
– Да, выяснил. – Санк-Марс смотрел ему прямо в лицо. – Это сделали вы. Вы, сэр, лишили жизни Эндрю Стетлера.
Хонигвакс попытался выдавить улыбку, но вместо этого поперхнулся.
– Вы меня удивляете, сержант-детектив. Такого я от вас не ожидал.
– Рад, что смог вам в чем-то быть полезен, сэр. – Отойдя от окна, Санк-Марс подошел ближе к Хонигваксу и стал расхаживать туда-сюда перед массивным письменным столом. Временами он бросал взгляд на космические часы, на которых планеты продолжали вращаться на неизменных орбитах вокруг Солнца. – Мистер Хонигвакс, что касается вашего жеребца – Гаснущей Звезды, когда я впервые упомянул его имя, мне показалось, что вас это привело в некоторое замешательство. Теперь я знаю почему.
Хонигвакс вальяжно закинул ногу на ногу. Он явно пытался убедить Санк-Марса, что тому не удалось вывести его из равновесия, запугать или хотя бы насторожить. Улыбка в уголках его губ была призвана усилить это впечатление.
– Я вас что-то не очень понял. Почему вы считаете, что упоминание имени моего коня могло привести меня в замешательство?
– Вы вздрогнули, когда я его произнес. В этом нет ничего удивительного, если принять во внимание тот факт, что такое же название – «Гаснущая звезда» вы дали вашим жутким экспериментам, проводившимся в Соединенных Штатах, сэр, в результате которых вы лично несете ответственность за гибель сорока двух человек. Простите, я оговорился, мне надо было сказать – сорока человек, поскольку, по всей видимости, Камилла Шокет взяла на себя смерть двоих человек, которых убила собственными руками.
– Что вы сказали? – Впервые с его лица сошла самодовольная ухмылка. Хонигвакс побледнел и опустил обе ноги на пол, как будто внезапно потерял почву под ногами и хотел снова обрести опору.
– Вы ничего об этом не знали? Я не удивлен – с чего бы это ей вам было об этом рассказывать? Большинство убийц борются за собственную жизнь с упорством одержимых лунатиков.
Хонигвакс явно напрягся, что было очевидно по тому, как сжались его челюсти.
– Вы не в себе, детектив. Вы снова начинаете выводить меня из себя.
– Я видел фотографии. Полицейские из Нью-Йорка и Джерси не думали, что эти дела как-то связаны между собой. Какой-то псих убил двух больных СПИДом и сшил им губы.
– Сшил им губы… – повторил Хонигвакс.
– Вот именно. Сшил им губы. Их больше интересовало, кто обрек на смерть больных СПИДом. Тот, кто сшил двоим из них губы, составлял побочную линию расследования. Но мы ведь говорили, мистер Хонигвакс, что все в нашем мире взаимосвязано. Или разрушается все вместе одно за другим. Это чем-то напоминает знание, исчезающее в провале черной дыры. Сила гравитации превращает знание в тугой комок, субстанцию, аналогичную веществу.
– О чем вы говорите? – Лоб президента избороздили морщины, как будто он напряженно думал, расстроенный тем, что не может не только понять, но даже представить себе, о чем идет речь.
– Я понимаю, вы ничего об этом не знали. Это весьма прискорбно. – В голосе Санк-Марса звучало сочувствие. – Мне очень жаль, сэр, но я также вынужден вам сообщить, что ваша подружка скончалась.
– Моя подружка? – Вернер Хонигвакс был без пиджака, рукава его рубашки в тонкую полоску были закатаны почти по локоть. Санк-Марс заметил, что под мышками у него появились пятна пота.
– Камилла Шокет мертва, сэр. Ее убили бандиты.
На этот раз Хонигвакс ничего ему не ответил, он лишь тупо глядел на полицейского через разделявший их письменный стол. В конце концов Санк-Марс сел в кресло для посетителей – самое крайнее, ближе всего стоявшее к космическим часам.
– Перед смертью, сэр, Камилла рассказала Люси Габриель о том, что именно вы спустили курок, выстрелив в Эндрю Стетлера, а она лишь помогла вам потом все привести в порядок. Вы можете это подтвердить?
– Вы блефуете, – с насмешкой ответил Хонигвакс и покачал головой, как бы отметая это обвинение как чистый вздор. – Вы мерзавец, Санк-Марс.
На этот раз настала очередь улыбнуться детективу.
– Я не блефую, сэр. Я провел огромную работу. Перед тем как войти к вам в кабинет, я говорил по телефону со своим напарником. Он провел допрос Рэндала Ларджента. Естественно, мистер Ларджент был расстроен тем обстоятельством, что его партнера пропустили через мясорубку. – Санк-Марс предостерегающе поднял руку. – Простите, сэр, это выражение из полицейского жаргона, означающее жертву взрыва в автомобиле. Я знаю, так говорить нехорошо. Как только мы сказали ему, что в распоряжении Люси были копии принадлежавших Гарри Хиллеру документов, касающихся проекта «Гаснущая звезда», он настолько перепугался, что выразил готовность ответить на все наши вопросы. Мистер Ларджент решил рассказать нам обо всем в надежде на то, что это сможет облегчить его будущее. Он уверен, что со временем сможет исправиться. При хорошем поведении – не говоря уже о том, что он обо всем нам расскажет как на духу, – не исключено, что его выпустят на свободу достаточно скоро, чтобы он смог увидеться со своим годовалым внуком, когда тот окончит университет. Гарантий здесь, естественно, быть не может, но один шанс из тысячи у него есть.
Хонигвакс презрительно хмыкнул:
– Вы блефуете. У Рэндала Ларджента нет никаких оснований плести обо мне небылицы.
– Рэндал Ларджент, – пояснил полицейский, нетерпеливо вздохнув, но не сводя пристального взгляда со своей жертвы и как бы давая ей понять, что на этот раз деваться некуда, – вполне осознает все последствия своих действий. Он умный человек, хоть и сбившийся с правильного пути. По крайней мере, его конец будет не таким ужасным, как у бедняги Гарри. Люси Габриель говорила по телефону с несчастным мистером Хиллером, который кое-кем был неверно истолкован – это единственная ошибка, которую она допустила в этом деле. В связи с этим она очень переживает. Она с большой симпатией относилась к Гарри, полагала, что они союзники. К сожалению, в связи с возникшим недопониманием бандиты предприняли свои шаги и пропустили Гарри через мясорубку. Если даже при небольшом недопонимании происходят такие прискорбные вещи, представьте себе на минуточку результаты ее серьезной и обстоятельной беседы с бандитами, которая уже состоялась.
– Что вы имеете в виду под тем, что «она уже состоялась»?
На этот раз Санк-Марс почти расплылся в улыбке – ему хотелось, чтобы Хонигвакс по достоинству оценил удовольствие, которое он получает. Он облизнул губы и ответил:
– Бандиты взяли Люси под свою опеку, они хотели вытрясти из нее ту информацию, которой она располагает. Прежде всего им надо было знать, кто убрал Энди – их креатуру. Я нисколько не сомневаюсь, что они беседовали и с вами. Так вот, индейцы разрешили им ее допросить, но они же ее и защищали, поскольку она одна из них, и они сами предложили бандитам ее спрятать, чтобы такие люди, как вы или я, не смогли ее найти и причинить ей вред.
Хонигвакс сменил позу в кресле, сознательно пытаясь сохранить невозмутимый вид. Он старался изображать на лице спокойствие, даже скуку, обхватил руками колено, но тут же его отпустил. Казалось, ничто не могло вывести его из равновесия.
– Во всей нашей истории есть один очень важный фактор, – продолжал Санк-Марс, пытаясь сбить с Хонигвакса напускное спокойствие. – Это кровь. Именно кровные связи Люси и могавкских воинов, независимо от различий их взглядов, оказались достаточно сильными, чтобы ее не разыскивали во время кризиса. Ведь Люси как-никак сражалась вместе с ними, рискуя жизнью, когда против воинов выступило правительство. Но Люси не знала, что индейцы позволили бандитам внедрить своего человека в качестве ее охранника, когда она пряталась, на тот случай, если она вдруг решит заговорить – если, конечно, ей было что сказать. Могавки были довольны, потому что он обеспечивал ее защиту, а бандитов это вполне устраивало, поскольку они имели потенциальный источник информации. Таким образом, мистер Хонигвакс, все заинтересованные стороны – даже вы – при таком раскладе получали то, к чему стремились, – защиту и информацию. Хотя в вашем случае к этому надо еще добавить баснословные прибыли.
Он выдержал паузу, чтобы еще раз взглянуть на диковинные часы, где Луна и планеты стояли на своих местах в пугающей симметрии, на точно выверенном гравитацией расстоянии в идеальной соразмерности. Полицейский отвлекся от завораживающего зрелища и продолжил:
– Так вот, сэр, сегодня перед смертью Камилла Шокет призналась в убийстве сержанта Чарльза Пеншо и в том, что она помогла вам убрать Эндрю Стетлера.
– Хорошо, сержант-детектив, – перебил его Хонигвакс, – я слушал вас достаточно долго. Теперь я позвоню своему адвокату. Он займется этим вопросом. Вы блефуете. Даже если Камилла и наболтала какую-то чепуху, – в чем я очень сомневаюсь из-за нелепости того, о чем вы рассказали, – мертвецу перекрестный допрос не устроишь. В суде не составит никакого труда опровергнуть те глупости, которые она наговорила под давлением. Вы прекрасно это знаете, и я достаточно об этом осведомлен.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74