А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Я весело понесся в ночь
и во вторую фазу моего плана. Физически это требовало много беготни,
похищения различных машин, чтобы запутать мой след, и долгого путешествия
через центральную пустыню к определенному ориентиру. Ориентиром этим была
огромная каменная глыба, стоящая в гордом одиночестве в мире песка. Формой
она весьма походила на горшок и называлась по-клизандски лонак, что
означает горшок и дает вам представление об уровне их воображения.
Маскировочная сеть прикрыла похищенную машину, а я с предельным трудолюбием
работал целых семь дней, прежде чем был удовлетворен результатом. Мною было
построено моими собственными двумя руками и с помощью лишь
робота-экскаватора полностью самообеспеченное подземное убежище,
расположенное не далее сотни метров от упомянутой ранее скалы. Это было
последним этапом подготовки к третьей фазе. В ту же ночь я положил начало
этой фазе. Мой маленький домашней выделки передатчик был настроен и готов к
работе, антенна была направлена точно в зенит. Ровно в полночь я включил
его, и в космос рванулся узкий, точно направленный радиолуч. Я продержал
сигнал включенным ровно тридцать секунд, а затем вырубил. Так-то! Метать
кости и делать следующий ход полагалось им. Им - это значит подразделению
Спецкорпуса, на которое была возложена организация этой фазы. И, будем
надеяться, организовавшему ее. Я не буду знать ничего наверняка до
следующего вечера.
Если план сработает - я немного пожевал губу над этим "если", пряча
рацию обратно в машину, - мой сигнал будет принят ими и только ими. Канал
предельно узкий, сигнал очень точно направленный. Запеленговать его
невозможно. Клизандцы вообще не должны знать о нем. Но он приведет в
движение чудовищные силы. Заработают лучшие компьютеры, полыхнут огнем
гигантские ракеты. Выбранный для этой цели метеорит придет в движение
вместе с коллекцией сопутствующих космических обломков. Сейчас он далеко в
космосе, за пределами действия клизандских детекторов, но он движется в
сторону этой системы, нацеленный на одинокую скалу Горшок. Мне требовалось
подождать день и ночь. Зная, как действует на меня непродуктивное ожидание,
я устроил себе маленькую вечеринку. Была хорошая еда - насколько может быть
хорошей еда из содержимого консервированных пайков, - была выпивка получше
еды, поскольку ее я мог выбирать из куда более широкого ассортимента. Вино
к закуске, а потом более крепкие, хорошо очищенные напитки. В завершение
ужина я закурил сигару и, включив карманных размеров экран минипроектора,
прокрутил пару чернушно-пречернушных фильмов, купленных мною в армейских
магазинах. Весьма грубая поделка для солдат, хотя мне в моей роли кочевника
пустыни фильмы эти показались достаточно привлекательными. А потом сон
окутал меня своим мягким одеялом. Пролетела ночь, за ночью последовал день,
а потом снова пришла ночь. И как только стало темно, я оказался снаружи с
полевым биноклем в руке. Я обшаривал ночное небо по квадратам. Ничего. И
ничего не должно было быть еще несколько часов, но мне не терпелось. План
начинал мне казаться абсурдным. Я чувствовал себя одиноким, попавшим в
западню на этой планете во многих световых годах от цивилизации. Борясь с
депрессией, я отхлебнул из своей карманной фляжки. Если все шло хорошо, то
сейчас большая каменная глыба направлялась к Клизанду курсом, ведущим к
столкновению. Когда защита засечет ее, то ее сочтут обычным космическим
обломком, которому предстоит врезаться в атмосферу и сгореть. Если же они
решат проследить за ней на тот маловероятный случай, что она может быть
чем-то большим, чем кажется, наблюдения разуверят их. Ее скорость и
температура таковы, что наличие какого-либо живого груза исключается. Да и
следить за ней будет очень трудно из-за тех сопровождающих ее обломков,
которые тоже будут отражать сигналы радаров. Метеорит прошьет атмосферу и
врежется в пустыню с силой, достаточной, чтобы уничтожить все живое. Если
будет назначено расследование, то прежде чем прибудут следователи,
произойдут вещи, куда более важные. На это я надеялся. Все это звучало так
хорошо в теории, но казалось сейчас нелепым образчиком безумия на практике.
Очень близко к полуночи в ясном небе над моей головой загорелась и
замерцала новая звезда, я вздохнул и отложил фляжку. Точно в назначенный
час, словно ежедневная ракета. Точка становилась все ярче и ярче. И
нацелена она была прямо на меня. Я знал, что компьютеры и астрономы хорошо
поработали - но не настолько же хорошо! Ведь эта штука собиралась
приземлиться прямо на меня. Однако не совсем. По мере того, как я следил за
ней, она, похоже, смещалась в сторону, ускоряя по ходу дела движение. Это
сопровождалось громким шипением, словно где-то надо мной треснул небесный
чайник. Я прыгнул в машину и оживил ее пинком ноги, когда пылающая бомба
исчезла за башней Горшка. Последовал раскатистый взрыв, осветивший воздух и
обрисовавший огнем силуэт скалы. Я бросил машину вперед. Ее фары выхватили
из темноты свежее пятно на земле, окруженное обломками, над которым
нависало облако дыма и пыли. На дне углубления лежал большой глазированный
кусок испускавшего пар камня. В яблочко! Я отогнал машину за ближайшую
песчаную дюну и врубил передатчик. Раздался еще один взрыв, бесконечно
меньший, чем от столкновения, и над моей головой просвистели куски камня.
Когда я снова подъехал к яме, то увидел, что заряды раскололи метеорит
почти пополам, желеобразная жидкость, защищавшая содержимое, впитывалась в
песок. В тот же миг я услышал нарастающий грохот приближающихся реактивных
самолетов и вырубил фары. Самолеты проревели над головой - треугольники
тьмы на фоне звезд - и накренились на вираже. В эти мгновения я по-новому
оценил силу подозрительности Клизанда, возросло и мое уважение к их
радарам, компьютерам и службе ПВО. У меня будет меньше времени, чем я
думал. Я прыгнул в яму, стараясь игнорировать жар, испускаемый треснувшим
камнем. Снаряжение было цело, упакованное в плоские ящички, а света звезд
было как раз достаточно, чтобы вытащить их и спрятать в машине. Самолеты
кружили надо мной, приведенные в ориентировочный район радарной
триангуляцией, теперь они разыскивали точное место падения. Не то, чтобы
они могли много увидеть - при их-то скорости, да еще в темноте! - но в пути
уже были, несомненно, воздушные суда помедленней. Оснащенные приборами и
осветительными установками, они могли прочесать весь район. При мысли об
этом я задвигался побыстрее. Мое воображение уже рисовало мне трепетание
огромных пропеллеров на горизонте. Уложив в машину последний ящик, я,
тяжело дыша, ждал, пока самолеты отлетят подальше, чтобы тронуться к своей
тайной норе. Я ехал как можно быстрее, лавируя среди больших ухабов и
подпрыгивая на меньших. Когда самолеты развернулись в моем направлении, я
остановился, стараясь думать, какой я крохотный, в ожидании, когда они
пролетят мимо. На следующем броске я сумел добраться до входа. Когда я
бросил в земляную нору первый ящик, то услышал далекий звук моторов. Вдали
замерцал яркий свет - он двигался в мою сторону. Бритва чиркала чересчур уж
близко. Я швырял ящики один за другим, не заботясь, где и как они
приземляются.
Я был уже готов нырнуть вслед за ними, перевести дыхание и заботливо
разложить их, когда над моей головой затрепетали огромные крылья, а из-под
Горшка вырвался и блеснул молнией ослепительный свет. Свет двигался дальше,
а я нащупывал стартер машины сквозь галактику радуг и ревущих дисков света.
Машина тронулась с места, затем резко ускорила движение, когда я переключил
скорость. Свет ударил вновь, я упал набок и лежал не двигаясь. Так,
бесконечно долго я лежал неподвижно, и яркий свет ослеплял мои глаза даже
сквозь сомкнутые веки. Казалось, длилось это три года, хотя могло
продолжаться и три секунды. Лесенка была на месте, и я спустился по ней,
основательно ободрав свои голени о сваленный как попало груз. Пробираясь в
темноте, словно крот, я пинками толкал ящики впереди себя по входному
туннелю. Рев больших машин стал громче, а минуту спустя к нему
присоединились звуки частой стрельбы и грохот взрывов.
- Превосходно, - выдохнул я, швыряя последний ящик. - Оружие
предназначено для того, чтобы его использовать, вот они его и используют.
Я был уверен, что это такая компания, которую хлебом не корми, только
дай пострелять. То, что мои выводы оправдались, крайне обрадовало меня. Еще
более громкий взрыв засвидетельствовал, что моя машина уничтожена. Лучше и
быть не могло. Я нащупал передатчик у входа и взял его с собой. Затем
поднялся по лесенке - куда более ленивым шагом, чем спускался с нее. Удобно
стоя на лесенке и упираясь локтями в землю, я наблюдал за происходящим с
самого лучшего места на этом шоу. Ревели реактивные самолеты, пропеллеры
кромсали воздух в небе над моей головой. Пели пули и взрывались бомбы.
Машина горела прекрасно, выбрасывая сердитые всплески пламени, когда
обломки подвергались ураганному обстрелу. Когда же буханье и баханье начало
ослабевать, я оживил его, нажав первую кнопку на передатчике. С вершины
Горшка начали стрелять скорострельные пушки, в то время как с пускателя с
разными интервалами взлетали вверх ракеты. Каждый второй выстрел был
трассирующим, так что спектакль был самый что ни на есть впечатляющий.
Военно-воздушные силы в небе сделали горку, чтобы перегруппироваться, а
затем вернулись, чтобы с дикой энергией атаковать невидимого врага. Вершина
Горшка и вся земля вокруг него были истерзаны взрывами. За своим оружием я
совершил набег на Клизандский арсенал, и было приятно видеть, как одна и та
же сторона стреляет сама по себе. Бомба рванула не дальше, чем в тридцати
метрах от меня, и песок посыпался мне на шею. Эта часть спектакля
кончалась. Наступило время финала. Я скатился на дно норы, а на меня падал
песок. С определенной долей спешки я затащил лесенку в туннель, затем
подергал тросы и метнулся внутрь. Добрая часть выбранного мной песка была
свалена над входом и удерживалась досками, которые я теперь удалил. Я
толчком закрыл дверь, когда песок с неожиданной быстротой заскользил вниз.
Стоя в темноте, я медленно сосчитал до десяти, чтобы дать время песчаному
водопаду завалить яму. Затем я нажал вторую кнопку на передатчике. Ничего
не случилось. А ведь это было существенной частью операции. На фоне всех
этих рвущихся бомб еще один взрыв пройдет незамеченным. Вторая кнопка
должна была привести в действие заряд, который должен был замести все следы
моей деятельности и замуровать мою крысиную нору. Если он не рванет, то
меня легко обнаружат и откопают... Память вернулась ко мне, и я проклял
собственную глупость. Конечно, мой план предусматривал и этот случай.
Радиосигнал от моего маленького передатчика мог и не пройти сквозь землю, я
знал это. Поэтому я быстро нащупал оставленный мной у входа фонарик,
включил его и увидел голый конец протыкающего стену насквозь провода. На
нем даже висела бирка "2", чтобы не возникло никакой путаницы, если я буду
торопиться.
Больше я не вор, не прячусь под скалами. На тринадцатый день я
разблокировал свою дверь и прокопал путь на поверхность. С этим
символическим актом я оставил позади образ жизни беглеца и вступил в
клизандское общество.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30