А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Он находился, наверное, в тысяче футов от земли. Пэм парила ниже, Малоун – над ним. В ушах звенело от тишины, которая после назойливого шума, донимавшего их в утробе самолета, казалась оглушающей. Звук двигателей давно растаял вдали. Не было слышно даже ветра.
В четверти мили к востоку пустынный ландшафт уступил место гранитным скалам, казавшимся бесформенным нагромождением пиков и разломов. Неужели Александрийская библиотека находится где-то здесь? По всему выходило, что – да.
Он продолжал спускаться.
У подножия одной из зазубренных вершин Сейбр заметил приземистую постройку и потянул за петлю управления, дрейфуя ближе к тому месту, где уже была готова приземлиться Пэм. Внизу расстилалось ровное пространство. Никаких валунов, только песок. Отлично!
Подняв голову, он увидел, что Малоун повторяет его маневр.
Разделаться с этим парнем будет сложнее, чем он поначалу рассчитывал. Но Сейбр по крайней мере вооружен. Он оставил себе пистолет и запасные обоймы, которые прихватил в монастыре. Малоун, впрочем, поступил так же.
Почему израильтяне напали на них?
Хотя сейчас это уже не имело значения, Сейбр был готов к любым неожиданностям.
С помощью петель управления Малоун регулировал направление полета. Инструктор на базе ВВС в Лиссабоне был прав: этот новый парашют на самом деле невероятно отличается от всех предыдущих моделей, обеспечивая медленный и плавный спуск. Военные, правда, разозлились, когда узнали какая участь ожидает Пэм. Сбросить женщину с самолета, да так, что она узнает об этом в последний момент? Они сочли это изуверством, но, поскольку приказ оказывать Малоуну всяческое содействие поступил из самого Пентагона, возражать никто из вояк не осмелился.
– Будь ты проклят, Коттон! – услышал он яростный вопль Пэм. – Чтоб ты провалился!
Малоун посмотрел вниз.
Ее отделяли от земли не более пятисот футов.
– Когда соприкоснешься с землей, подогни ноги, – крикнул он. – И не волнуйся, у тебя отлично получается. Парашют все сделает за тебя.
– Пошел ты на хрен! – донесся до него ответ.
– Это вряд ли поможет. Приготовься!
Он видел, как Пэм шлепнулась на землю и покатилась, а парашют накрыл ее огромным белым балахоном. Следом за ней умело приземлился Сейбр, оставшись на ногах.
Малоун натянул стропы и максимально замедлил спуск. Он отстегнул брезентовый мешок, и в следующий момент его подошвы уперлись в песок. Ему также удалось удержать равновесие и не упасть.
В последний раз Малоун прыгал с парашютом невесть когда и был рад, что не растерял старые навыки. Он расстегнул ремни и сбросил парашютный ранец. Макколэм проделал то же самое. Пэм все еще лежала на земле. Готовясь к неизбежному, Малоун направился к ней. Женщина вскочила на ноги.
– Ты мерзкий сукин сын! Ты выкинул меня из самолета!
Пэм пыталась вцепиться в него, но, поскольку она не освободилась от ранца, парашют держал ее, подобно якорю, не позволяя сдвинуться с места.
Малоун держался вне зоны досягаемости.
– Ты что, окончательно спятил?! – продолжала надрываться она. – Ты даже не заикнулся о том, что придется прыгать с парашютом!
– А как, по-твоему, мы еще могли оказаться здесь? – спокойно осведомился он.
– Никогда не слышал такое слово, как «посадка»?
– Это египетская территория. Скверно уже то, что нам пришлось прыгать в светлое время суток, но подвергать тебя такому испытанию ночью даже мне показалось чересчур жестоким.
Ее синие глаза были наполнены такой яростью, с какой Малоун не сталкивался ни разу за все годы, что знал Пэм.
– Нам было необходимо добраться сюда так, чтобы об этом не узнали израильтяне. О посадке нечего было и говорить. Я надеюсь, они до сих пор нас ищут, ориентируясь на сигнал твоих часов, который их никуда не приведет.
– Ты кретин, Коттон! Полный, законченный кретин! Ты выбросил меня из самолета!
– Это факт – выбросил.
Она попыталась избавиться от парашютных ремней, но они не поддавались ее неумелым пальцам.
– Пэм, ты можешь наконец успокоиться?
Женщина еще немного подергала ремни, но потом сдалась.
– Нам было необходимо попасть сюда, – продолжал он увещевать взбешенную женщину. – Транспорт был выбран идеальный, способ высадки – тоже. Ничего лучше и придумать было нельзя. Это безлюдная территория, плотность населения здесь составляет три человека на квадратную милю. Вряд ли нас кто-то заметил. Я уже говорил тебе это: ты всегда хотела знать, чем я занимаюсь, так вот, смотри на здоровье.
– Тебе следовало оставить меня в Португалии.
– Ни в коем случае. Ты для израильтян – ненужный свидетель, поэтому тебе было необходимо исчезнуть вместе с нами.
– Врешь, дело не в этом! Ты просто перестал мне доверять и хочешь, чтобы я находилась поблизости и ты мог бы не спускать с меня глаз.
– Признаюсь, эта мысль также приходила мне в голову.
Несколько секунд Пэм молчала, а потом произнесла на удивление спокойным тоном:
– Ладно, Коттон, ты меня убедил. Мы на месте, целые и невредимые. А теперь ты можешь освободить меня от этой чертовой сбруи.
Малоун подошел к Пэм и расстегнул пряжки ремней. Она подняла руки и позволила ранцу упасть на песок. А потом изо всех сил ударила его коленом в пах.
Адская боль пронизала тело Малоуна, как электрический разряд, от копчика, через позвоночник и до самого мозга. Как давно его не вырубали так быстро и умело!
Он повалился на песок, принял позу зародыша и стал ждать, пока жгучая боль покинет тело.
– Надеюсь, это пойдет тебе на пользу, – сказала она и пошла прочь.
68
Вена, 9.28
Херманн вошел в библиотеку и закрыл за собой дверь. Он плохо спал. Не давала покоя мысль о том, как мало он может сделать, пока Торвальдсен не допустит ошибку. Когда же это случится, он будет во всеоружии. Сейбра рядом нет, но в распоряжении Херманна имеется достаточно людей, которые выполнят любое его желание. Например, индус, начальник его службы безопасности, неоднократно намекал, что хотел бы занять место Сейбра. Херманн никогда не воспринимал эти намеки всерьез, но теперь, когда Когти Орла находится далеко, сгодится и индус, поэтому он уже получил указание быть наготове.
Сначала Херманн собирался прибегнуть к дипломатическим средствам. Этот путь наиболее предпочтителен. Есть шанс, что ему все-таки удастся перетащить датчанина на свою сторону. Возможность продемонстрировать миру, что Ветхий Завет, по сути, сфальсифицирован, является мощным политическим оружием, если с ним правильно управляться. История знает много случаев, когда хаос и сумбур становились источником баснословных прибылей. Любое мало-мальски значимое событие в ближневосточном регионе неизбежно отражалось на ценах на нефть, поэтому знание о том, что вскоре произойдет, уже само по себе бесценно, а возможность контролировать масштабы грядущих событий – вдвойне. Члены ордена сорвут такой куш, который им и не снился. Не останется обойденным и их новый союзник в Белом доме.
Но для того, чтобы все это осуществилось, был необходим Сейбр.
Что он делает на Синайском полуострове? Тем более – с Коттоном Малоуном.
Оба эти факта казались Херманну добрым знаком. Первоначальный план Сейбра состоял в том, чтобы заставить Малоуна выйти на Александрийское Звено. После этого успех всецело зависел от Малоуна. Сейбр должен был либо узнать то, что удастся выяснить Малоуну, и затем ликвидировать его, либо набиться ему в партнеры и вести дальнейшие поиски совместно. По всей видимости, Сейбр выбрал последний вариант.
На протяжении нескольких последних лет Херманн постоянно размышлял о том, что будет после того, как его не станет. Он прекрасно отдавал себе отчет в том, что Маргарет с ее фантастическим невежеством является крушением всех его надежд. Херманн пытался учить дочь, но все попытки вбить в ее глупую голову хотя бы какую-то премудрость заканчивались провалом. Сам себе Херманн мог признаться: он был даже рад тому, что Торвальдсен похитил ее. Может быть, хоть это избавит его от проблемы, которую представляет собой Маргарет? Нет, вряд ли. Датчанин – не убийца, как бы он ни пытался корчить из себя головореза.
Херманну уже стал нравиться Сейбр. Он подавал большие надежды: умел слушать и действовать – быстро, но не наобум. В голову Херманна часто закрадывалась мысль о том, что в лице Сейбра он, возможно, имеет великолепного преемника.
Других кандидатов вокруг себя Херманн не видел. А еще он должен быть уверен в том, что его состояние не пойдет прахом.
Но почему Сейбр до сих пор не дает о себе знать? Может, происходит нечто, о чем Херманн не знает?
Он отогнал тревожные мысли и сосредоточился на более неотложных делах. Скоро должно начаться очередное заседание ассамблеи. Вчера он заинтриговал ее участников, приоткрыв свои планы. Сегодня он поставит финальную точку.
Херманн подошел к потайному отделению, встроенному в нижнюю часть книжного шкафа. Там хранилась карта, которую он купил три года назад. Ее нарисовал тот самый ученый, которого он нанял, чтобы подтвердить или опровергнуть правильность теории Хаддада относительно Ветхого Завета. Ученый заверял Херманна, что на этой карте прекрасно видно, насколько точно все библейские географические пункты совпадают с географией Азира. Но он хотел убедиться в этом лично.
Сравнивая географические пункты, упоминающиеся в древнееврейском варианте Ветхого Завета, с реальными местами, его эксперты определили такие поселения, как Гилгал, Хеврон, Дан, Сидон, Беэр-Шева, район Эль-Лит и Град Давидов.

Херманн убрал карту. Ее изображение уже было загружено в компьютер в зале заседаний. Скоро участники ассамблеи увидят то, чем до сих пор любовался только он один.
Был найден даже ответ на вопрос о двадцати шести воротах Иерусалима, о которых говорилось в книгах Паралипоменон, Царств, Захарии и Неемии. Укрепленный город должен был иметь не более четырех ворот – по одним на каждую сторону света, поэтому число двадцать шесть с самого начало вызывало сомнения. Для обозначения ворот в Ветхом Завете использовалось древнееврейское слово «шаар», но оно, как и многие другие в этом языке, имело несколько значений, в частности «проход» и «горная седловина». И самым интересным было то, что в горной гряде, разделявшей территорию, на самом деле называвшуюся Иерусалимом, и Иудею, имелось ровно двадцать шесть проходов. Узнав об этом, даже Херманн, психологически готовый к подобным открытиям, был изумлен. Царские ворота, Тюремные ворота, ворота Источника, ворота Долины и все остальные, упоминающиеся в Ветхом Завете, идеально увязывались – благодаря их близости к поныне существующим поселениям – с проходами в горной гряде Иордан, находящейся в Азире. В Палестине же не существовало ничего, хотя бы приближенного к этому.
Это доказательство казалось неопровержимым.
События, описанные в Ветхом Завете, происходили не в Палестине, а за сотни миль от нее, в южной части Аравии. И Иероним, и Августин знали об этом, но сознательно не только оставили ошибки, вкравшиеся в Септуагинту, но, хуже того, позволили им расцвести пышным цветом и еще в большей степени исковеркать содержание Ветхого Завета, а следом за ним – и Нового. Евреи не должны были обладать монополией на Слово Господне. Христиане, чтобы их новая религия расцвела, тоже должны были иметь связь с Богом. И они сфабриковали эту связь.
Наиболее убедительным доказательством явилась бы Библия, написанная во времена до появления на свет Иисуса Христа, если бы таковую удалось найти, но копия «Исторических записок» Страбона тоже могла бы ответить на многие вопросы. Если библиотека до сих пор существует, Херманну остается лишь надеяться, что в ней сохранилась хотя бы одна из этих книг.
Он подошел к стеклянному шкафу, содержимое которого демонстрировал накануне вечером американскому вице-президенту.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70