А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

- Он осмотрел всех троих одного за другим. - Вы слишком стары для этого, лет на десять. И сегодня днем никто из вас не сказал, что знает магистра.. Вы говорите не правду. Вы все. - Он кивнул сэру Ги. - Я не верю им, и я узнаю правду. Но не сейчас Отведите их в темницу.
- Мой лорд, они были в темнице и освободились оттуда.
- Освободились? Каким образом? - Но Оливер сразу же поднял руку, чтобы предупредить ответ. - Какое место у нас наиболее недоступное?
Вперед скользнул Роберт де Кер и, по своему обыкновению, склонился к уху сеньора.
- Мои палаты в башне? - захохотал Оливер. - Где я держу мою любимую Алису? Они действительно недоступные. Да, заприте их там.
- Я прослежу за этим, мой лорд, - вызвался сэр Ги.
- Эти «помощники» будут залогом хорошего поведения их мастера. - Оливер мрачно улыбнулся. - Я верю, магистр, что вы все же выучитесь танцевать со мной.
Троих молодых людей грубо уволокли. Лорд Оливер махнул рукой, и лютнист с учителем танцев молча поклонились и вышли. За ними последовали женщины. Сэр Роберт задержался было, но, поймав взгляд прищуренных глаз лорда Оливера, тоже удалился.
В зале остались только слуги, в полном молчании разбиравшие столы.
- Итак, магистр, что это за игра?
- Призываю бога в свидетели: они мои помощники, как я и говорил вам с самого начала, - ответил Профессор.
- Помощники? Один из них рыцарь.
- Он задолжал мне за благодеяние и теперь служит мне.
- О! Что же это было за благодеяние?
- Я спас жизнь его отцу.
- На самом деле? - Оливер обошел Профессора кругом. - Как же вы это сделали?
- При помощи лекарств.
- И чем же он страдал?
Профессор почесал ухо и сказал:
- Мой лорд Оливер, если вы желаете убедиться в правдивости моих слов, то верните сюда рыцаря Марека и он скажет вам то же самое, что я говорю сейчас. Я действительно спас его отца, который был болен водянкой, с помощью травы арники. Это случалось в Хэмпстеде - деревне неподалеку от Лондона - осенью прошлого года. Вызовите его и спросите.
Оливер помолчал.
Он пристально смотрел на Профессора.
Напряжение момента было нарушено появившимся в дальней двери человеком в костюме, усыпанном белой пудрой.
- Мой лорд…
Оливер резко обернулся.
- Ну что еще?
- Мой лорд, имеется несколько поделок…
- Поделок? Очень хорошо, но поспеши.
- Мой лорд, - повторил человек. При этом он одновременно поклонился и щелкнул пальцами. В зал вбежали два мальчика, державшие на плечах огромный поднос. - Мой лорд, первый торт - потроха.
На подносе была навалена бледная куча кишок, рядом с которыми лежали большие тестикулы животного и член. Оливер обошел вокруг подноса, внимательно рассматривая его содержимое.
- Внутренности только что убитого вепря, - констатировал он, кивнув. - Очень впечатляет. - Он вновь обернулся к Профессору:
- Вы одобряете работу моей кухни?
- Да, мой лорд. Ваши торты соответствуют традициям и прекрасно выполнены. Особенно искусно сделаны яички.
- Благодарю вас, сэр, - с поклоном произнес повар. - Они сделаны из патоки и слив, с вашего позволения. А кишки - это гирлянды из фруктов, покрытые медом, сбитым с пивом и яйцами.
- Прекрасно, прекрасно, - похвалил Оливер. - Ты подашь это перед второй переменой?
- Да-да, лорд Оливер.
- А какая у тебя вторая поделка?
- Марципан, мой лорд, раскрашенный одуванчиком и шафраном.
Повар снова поклонился и прищелкнул пальцами. Прибежали еще четверо мальчиков с другим подносом, на котором стояла огромная модель крепости Кастельгард с бледно-желтыми - точь-в-точь такого же цвета, как настоящие, - зубчатыми стенами высотой в пять футов. Гигантский торт соответствовал оригиналу вплоть до мельчайших деталей, таких, например, как крошечные флаги, свешивавшиеся с сахарных укреплений.
- Elegant! Великолепно сделано! - вскричал Оливер, радостно, как ребенок, хлопая в ладоши. - Мне больше всего нравится…
Он обернулся к Профессору и указал на модель:
- Вы знаете, что мерзкий виллан Арно собирается вскоре осадить наш замок и я должен защитить его?
- Да, - кивнул Джон стон.
- И как бы вы посоветовали мне расположить мои силы в Кастельгарде?
- Мой лорд, - ответил Джонстон, - я вообще не стал бы оборонять Кастельгард.
- О? Почему же вы так считаете? - Оливер подошел к ближайшему столу, взял кубок и налил себе вина.
- Сколько солдат вам понадобилось, чтобы отобрать его у гасконцев? - спросил Джонстон.
- Пятьдесят или шестьдесят… Не больше.
- Ну вот вам и ответ.
- Но мы не предпринимали лобовых атак. Мы действовали хитростью, искусно.
- А почему бы так же не поступить и Архипастырю?
- Он может попробовать, но мы будем настороже. Мы будем подготовлены к его нападению.
- Возможно, - сказал Джонстон, отворачиваясь, - а возможно, и нет.
- Значит, вы все-таки колдун?
- Нет, мой лорд, я не предсказываю будущее. У меня вообще нет таких способностей. Я просто даю вам совет как человек. И я говорю, Архипастырь может оказаться не менее искусным, чем вы.
Оливер нахмурился и некоторое время в угрюмой тишине пил вино. После этого он, казалось, заметил неподвижно застывших повара, мальчиков, державших подносы, и жестом велел им удалиться. Когда они двинулись к двери, он негромко произнес им вслед:
- Будьте поосторожнее с этими тортами! Я желаю, чтобы с ними ничего не стряслось, прежде чем их увидят гости.
Спустя несколько мгновений они снова остались одни.
- Мой лорд, - сказал Джонстон, - у вас нет никакой нужды защищать этот замок, поскольку у вас есть другой, намного лучше.
- А? Вы имеете в виду Ла-Рок? Но у Ла-Рока есть один недостаток. В нем имеется тайный проход, который я не могу найти.
- А откуда вам известно, что проход существует?
- Он должен существовать, - ответил Оливер, - потому что архитектором Ла-Рока был старый Лаон. Вы слышали о Лаоне? Нет? Он был аббатом монастыря до нынешнего аббата. Этот старый епископ был большим ловкачом, и всякий раз, когда его призывали оказать помощь в восстановлении города, замка или церкви, он оставлял в нем какой-то секрет, ведомый только ему одному. В каждом замке имелся тайный проход или незаметная глазу слабость, сведения о которых Лаон мог продать нападающему, если возникнет такая потребность. Старый Лаон хорошо видел, где найти выгоду для матери-церкви и, еще лучше, - для себя самого.
- И все же, - сказал Джонстон, - если никто не знает, где этот проход, то, возможно, его все же не существует. Но есть и другие соображения, мой лорд. Какова численность вашего войска здесь?
- Две сотни и двадцать латников, две с половиной сотни лучников и две сотни копейщиков.
- У Арно вдвое против этого, - задумчиво проронил Джонстон. - Возможно, еще больше.
- Вы так думаете?
- На самом деле он нисколько не лучше, чем любой обычный вор, но сейчас он стал знаменитым вором - после его похода на Авиньон, где он заставил римского папу пообедать с его людьми, а потом заплатить десять тысяч ливров выкупа за то, чтобы город остался нетронутым.
- Воистину? - Лорд Оливер выглядел обеспокоенным. - Я не слышал о этом. Конечно, ходят слухи о том, что Арно готовит поход на Авиньон, возможно, даже в будущем месяце. И все ожидают, что он станет угрожать римскому папе. Но он пока еще не сделал этого. - Лорд нахмурился. - Или сделал?
- Вы совершенно правы, мой лорд, - быстро произнес Профессор. - Я хотел сказать, что дерзость его планов каждый день привлекает к нему все новых и новых воинов. К настоящему времени у него уже тысяча человек. А возможно, и две тысячи.
- Я не боюсь, - хмыкнул Оливер.
- Уверен в вашем мужестве, - ответил Джонстон, - но в этом замке имеется мелкий ров, единственный подъемный мост, единственная воротная арка безо всяких ловушек и единственный портикул. Валы с восточной стороны низкие Запасти продовольствие и воду вы можете всего лишь на несколько дней. Ваш гарнизон заперт в тесных внутренних дворах, и вашим людям трудно маневрировать.
- Так вот, - прервал его Оливер, - я хочу сказать вам, что здесь хранятся мои сокровища, и я останусь возле них.
- А мой совет, - возразил Джонстон, - собрать все, что возможно, и отбыть отсюда. Ла-Рок выстроен на утесе, с двух сторон он защищен скальными обрывами. С третьей стороны у него глубокий ров, двое ворот, два портикула, два подъемных моста. Даже если захватчики смогут прорваться во внешние ворота..
- Я знаю достоинства Ла-Рока!
Джонстон умолк.
- И не желаю слушать ваши гнусные поучения!
- Как вам будет угодно, лорд Оливер. - И затем Джонстон добавил:
- Увы.
- Увы? Что «увы»?
- Мой лорд, - сказал Джонстон, - я не могу давать вам советы, если вы будете ставить мне ограничения.
- О чем вы говорите? Я не ставлю вам никаких ограничений, магистр. И говорю прямо, безо всяких задних мыслей.
- Сколько насчитывает ваш гарнизон в Ла-Роке?
- Три сотни, - скорчив недовольную гримасу, ответил Оливер.
- Ну вот. Значит, ваши сокровища уже находятся в Ла-Роке.
Лорд Оливер прищурился, но ничего не сказал. Он повернулся, обошел вокруг Джонстона, опять, прищурясь, посмотрел на него и наконец сказал:
- Вы хотите вынудить меня уйти туда, подогревая мои опасения.
- Нет.
- Вы хотите, чтобы я ушел в Ла-Рок, поскольку знаете, что замок имеет уязвимое место. Вы - лазутчик Арно и готовите ему условия для нападения.
- Мой лорд, - Джонстон не собирался разубеждать его, - если Ла-Рок слабее, как вы говорите, то почему вы поместили туда ваши сокровища?
Оливер снова хмыкнул, на сей раз с несчастным видом.
- Вы ловко играете словами.
- Мой лорд, из ваших собственных действий ясно, который из замков вы считаете лучшим.
- Согласен. Но, магистр, если я оправлюсь в Ла-Рок, то и вы отправитесь вместе со мной. И если кто-то другой обнаружит этот тайный ход прежде, чем вы сообщите мне о нем, я собственными глазами буду наблюдать за вашей кончиной - а она будет такой же, как конец Эдуарда. - Довольный своей шуткой, лорд залился смехом, который на сей раз больше походил на кудахтанье. - Но вы сочтете это проявлением милосердия.
- Я понимаю, что вы имеете в виду, - сказал Джонстон.
- Да? Тогда вы, наверно, примете мои слова близко к сердцу.
* * *
Крис Хьюджес смотрел в окно.
В шестидесяти футах ниже раскинулся уже накрытый тенью замка внутренний двор. За освещенными окнами большого зала проплывали нарядно одетые мужчины и женщины. Оттуда доносились чуть слышные звуки музыки. От зрелища праздника, разворачивавшегося перед глазами, он почувствовал себя еще более заброшенным; на душе стало совсем погано. Они, все трое, должны вскоре погибнуть, и никакой возможности избежать этого у них не было.
Их заперли в маленькой комнатке, находившейся высоко в центральной башне замка, откуда открывался вид на крепостные стены и лежавший за ними город. Эта комната принадлежала женщине. У стены находились прялка и алтарь; они должны были говорить о благочестии обитательницы, но эти скромные символы полностью затмевались огромной кроватью с красными плюшевыми покрывалами с меховой оторочкой, занимавшей всю середину комнаты. Дверь в комнате была из толстых дубовых досок; когда пленников вводили внутрь, они успели заметить, что дверь запирается на новый массивный замок. Сэр Ги собственноручно запер дверь, предварительно поместив одного стражника внутрь - он сидел перед дверью, - а еще двое остались снаружи.
На сей раз пленники ничего не могли предпринять.
Марек сидел на кровати и, углубившись в свои мысли, глядел в одну точку. Хотя, возможно, он слушал что-то через свой наушник, поскольку подпирал ухо рукой. А Кейт тем временем беспокойно ходила по комнате от одного окна к другому и внимательно изучала виды открывавшиеся из обоих. Она высунулась из дальнего окна, посмотрела вниз, затем подошла к тому окну, у которого стоял Крис, и снова высунулась.
- Виды здесь совершенно одинаковые, - сказал Крис. Неугомонность девушки раздражала его.
Но тут он заметил, что Кейт, перегнувшись через подоконник, ощупала каменную кладку снаружи, и поднял на нее вопросительный взгляд.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80