А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

А с другой стороны, у Кэролин запоминающийся голос — богатый модуляциями, с легким английским акцентом. В детстве она часто проводила лето в Англии. Джастин покачал головой.
— Я должен узнать, — прошептал он. Он позвонил на радиостанцию и несколько минут выслушивал различные инструкции, показавшиеся ему бесконечными: «Нажмите единицу для расписания передач; нажмите двойку для информации; нажмите тройку для общей справочной: нажмите четыре... нажмите пять... ждите ответа оператора». Наконец его соединили с секретарем Джеда Гини, продюсера передачи «Спросите доктора Сьюзен».
Джастин страшно нервничал и прекрасно понимал, что его голос звучит фальшиво, когда объяснял, что его мать пропустила сегодняшнюю программу и теперь ему нужна запись. Когда его спросили, нужна ли запись всей передачи, он тут же, опровергая только что сказанное, брякнул, что его интересуют исключительно звонки радиослушателей, а потом торопливо поправился:
— Я хочу сказать, что мама их больше всего любит, но сделайте, пожалуйста, запись всей передачи.
Дальше дела пошли еще хуже: трубку взял сам Джед Гини и сказал, что рад оказать услугу и что ему приятно, когда слушатели проявляют такую заинтересованность. Затем попросил назвать имя и адрес.
Чувствуя себя виноватым и глубоко несчастным, Джастин Уэллс назвал свое имя и служебный адрес. Только он положил трубку, как раздался звонок из больницы Ленокс-Хилл, и ему сообщили, что его жена получила тяжелую травму в результате дорожного происшествия.
11
Заглянув в кабинет Недды около шести часов вечера, Сьюзен обнаружила, что ее подруга уже запирает на ночь свой рабочий стол.
— "Довольно для каждого дня своей заботы", — мрачно процитировала она. — Как насчет стаканчика вина?
— По-моему, отличная мысль. Я сама принесу. — Сьюзен прошла по коридору к крошечной кухоньке и открыла холодильник. В нем охлаждалась бутылка пино-гри. Она взглянула на этикетку, и в голове промелькнуло воспоминание.
Ей было пять лет, родителям не с кем было ее оставить, и они взяли ее с собой в винный магазин. Отец взял с полки бутылку вина.
— Это хорошая марка, дорогая? — спросил он, протягивая бутылку матери.
Она посмотрела на этикету и добродушно рассмеялась.
— Ты делаешь успехи, Чарли. Отличный выбор.
«Мама права, — подумала Сьюзен, вспоминая эмоциональный взрыв матери в прошлую субботу. — Она обучила отца всем правилам светского этикета, начиная с умения одеваться и кончая тем, как пользоваться приборами на званом обеде. Она уговорила его бросить дедушкин магазинчик деликатесов и открыть собственное дело. Она ободряла его, вдохнула в него чувство уверенности в себе, и он преуспел благодаря ей, а сам лишил ее этого чувства».
Сьюзен со вздохом открыла бутылку, разлила вино по бокалам, вытряхнула на тарелку несколько соленых крендельков и вернулась в кабинет Недды.
— Время пить коктейль, — объявила она. — Закрой глаза и представь, что ты в «Амфитеатре».
Недда пристально посмотрела на нее.
— Психолог у нас ты, но, если хочешь знать мое непрофессиональное мнение, вид у тебя довольно-таки подавленный.
— И настроение соответствует, — кивнула Сьюзен. — Все никак не могу оправиться после визита к родителям на выходные, да и сегодня был бурный день.
Она рассказала Недде о гневном звонке Дугласа Лейтона, о звонившей в программу женщине, назвавшейся Карен, о неожиданном визите Джейн Клаузен.
— Она оставила у меня кольцо. Сказала, чтобы я сравнила кольца, если Карен все-таки появится. Между прочим, у меня создалось впечатление, что Джейн Клаузен тяжело больна.
— Думаешь, есть надежда, что она появится?
Сьюзен покачала головой:
— Просто не знаю, что и думать.
— Меня удивляет, что Даг Лейтон устроил тебе скандал сегодня утром. Когда я с ним разговаривала, он ничуть не расстроился, узнав о передаче.
— Что ж, он изменил свое мнение, — заметила Сьюзен. — Он пришел ко мне в приемную вместе с миссис Клаузен, но не остался ждать. Сказал, что у него назначена деловая встреча, которую он не смог отменить.
— На его месте я отменила бы деловую встречу, — пожала плечами Недда. — Я случайно узнала, что в прошлом году Джейн назначила его управляющим семейным фондом Клаузенов. Интересно, что это за важные дела такие, если он оставил Джейн одну, зная, что ей предстоит встретиться с женщиной, которая может описать человека, ответственного за исчезновение или даже за убийство ее дочери?
12
Большая квартира Дональда Ричардса на Сентрал-Парк-Уэст служила ему и домом, и местом работы. Комнаты, в которых он принимал пациентов, имели отдельный вход из коридора. Пять комнат, которые он оставил для себя, были обставлены в типично мужском вкусе. Здесь чувствовалось давнее отсутствие женщины. Прошло уже четыре года с того дня, как его жена Кэти, топ-модель, погибла во время натурных съемок в отрогах Аппалачей.
Его там не было, когда это случилось, а если бы и был, то все равно не смог бы предотвратить несчастье, и все же Дональд не переставал винить себя. Он так и не смог оправиться после смерти жены.
Каноэ, в котором позировала Кэти, перевернулось.
Фотограф и его ассистенты сидели в другой лодке, на расстоянии двадцати футов. Пышное платье начала XX века мгновенно утянуло ее под воду. Никто не успел прийти на помощь. Водолазы так и не нашли тело. «Озеро такое глубокое, что даже летом вода на дне ледяная», — объяснили Дональду.
Два года назад, в надежде поставить точку, он упаковал и убрал с глаз подальше несколько последних фотографий Кэти, которые еще оставались у него в спальне, но это ничего не изменило. В конце концов, он признался себе, что у него до сих пор осталось чувство незавершенности. И он сам, и родители Кэти хотели бы похоронить ее останки на семейном участке кладбища рядом с бабушкой и дедушкой, рядом с братом.
Она часто снилась ему. Иногда он видел ее лежащей в ледяной воде под одним из каменных уступов — Спящей Красавицей, уснувшей навсегда. Но порой ему снился другой сон. Ее лицо расплывалось, на его месте появлялись другие лица. И все они шептали: «Это твоя вина».
В книге «Пропавшие женщины» не было упоминания о Кэти и о том, что с ней произошло. Под его фотографией на четвертой странице обложки была напечатана краткая биографическая справка, сообщавшая, что доктор Дональд Ричардс всю жизнь прожил на Манхэттене, получил степень бакалавра в Йеле, докторскую степень по психиатрии в Гарварде и степень магистра криминологии в Нью-йоркском университете.
После программы «Спросите доктора Сьюзен» он поехал прямо домой. Рина, его экономка, родившаяся на Ямайке, уже ждала его с готовым ленчем. Она начала работать у него вскоре после смерти Кэти, а познакомились они через ее сестру, служившую экономкой у его матери, которая жила безвыездно в Таксидо-парке.
Дон не сомневался, что мать не упускает случая расспросить Рину о подробностях его личной жизни всякий раз, когда та навещает сестру в Таксидо-парке. Да она этого и не скрывала, прозрачно намекая сыну, что ему следует почаще выбираться из дому.
За ленчем Дон думал о Карен, женщине, позвонившей на радио во время передачи. Сьюзен Чандлер явно не обрадовало его предложение обсудить с ней то, о чем могла поведать эта женщина. Он улыбнулся, вспоминая, как вспыхнули упрямством зеленовато-карие, как лесной орех, глаза Сьюзен, стоило ему только заикнуться о своем присутствии на встрече.
Сьюзен Чандлер оказалась интересной и очень привлекательной женщиной. «Позвоню-ка я ей и приглашу на ужин, — решил он. — Может, в интимной обстановке она будет более сговорчивой и не откажется обсудить со мной это дело».
Любопытная складывалась ситуация. Регина Клаузен пропала три года назад. Женщина, назвавшая себя Карен, рассказала о круизном романе, случившемся два года назад. Очевидно, Сьюзен Чандлер пришла к неизбежному выводу: если один и тот же мужчина связан с обеими женщинами, не исключено, что он сейчас ищет очередную жертву.
«Сьюзен разворошила осиное гнездо», — подумал Дональд Ричардс. Хотел бы он знать, что тут можно сделать.
13
Диана Чандлер Гарриман возвращалась в Калифорнию на самолете, попивая «Перье». Она сбросила босоножки и откинулась на спинку сиденья, ее золотистые, как мед, волосы рассыпались по плечам. Она давно привыкла к восхищенным взглядам и ловко избегала общения с мужчиной, который сидел через проход и уже дважды пытался завести с ней разговор.
Из украшений она надела только гладкое венчальное кольцо без камня и узкое золотое ожерелье-ошейник. Деловой костюм в тонкую полоску, творение знаменитого дизайнера, поражал своей изысканной простотой и строгостью. Место рядом с ней осталось незанятым, чему Ди была несказанно рада.
Она прибыла в Нью-Йорк в пятницу после полудня, остановилась в представительских апартаментах, которые ее модельное агентство «Бель-Эйр» арендовало на постоянной основе, и встретилась там с двумя молодыми манекенщицами, с которыми рассчитывала подписать контракт. Встречи прошли успешно, весь день был удачным.
Увы, Ди не могла сказать то же самое о субботе, когда она приехала к матери. Больно было видеть, как мать страдает из-за предательства отца. Ди расплакалась от сочувствия.
«Я бог знает чего наговорила Сьюзен, — подумала Ди. — Надо было удержаться и промолчать. Сьюзен оставалась с мамой, когда папа ушел, она была рядом, пока они разводились, и приняла основной удар на себя. Зато у нее хотя бы есть высшее образование, а вот я к тридцати семи годам так и осталась со школьным аттестатом. А с другой стороны, к семнадцати годам я умела только позировать, на все остальное просто времени не оставалось. Нет, они должны были настоять, чтобы я поступила в колледж! За всю свою жизнь я сделала только два умных шага: вышла замуж за Джека и вложила все свои сбережения в модельное агентство».
Она смущенно припомнила, как разозлилась на Сьюзен, как попрекала сестру тем, что она не понимает, каково это — потерять мужа.
«Жаль, что мы вчера разминулись на вечеринке у папы, — думала Ди, — но я рада, что позвонила ей сегодня утром. А Алекс Райт и вправду неотразим».
Улыбка заиграла на губах у Ди, когда она вспомнила красивого мужчину с умным и теплым взглядом. Привлекательный, сексуальный, породистый, с чувством юмора! И он спросил, есть ли у Сьюзен постоянный поклонник. Попросил у нее телефон Сьюзен. По его настоянию она дала ему рабочий телефон сестры, но решила ни за что не давать ее домашний телефон.
Ди отрицательно покачала головой, когда стюард предложил ей еще порцию «Перье». Ощущение пустоты, охватившее ее в гостях у матери и еще больше углубившееся при виде отца и его второй жены, грозило перерасти в настоящую депрессию.
Она тосковала по замужеству. Ей хотелось снова жить в Нью-Йорке. Именно там Сьюзен познакомила ее с Джеком; он работал рекламным фотографом. Вскоре после свадьбы они перебрались в Лос-Анджелес.
Они прожили вместе пять лет. А два года назад, по его настоянию, отправились на выходные на лыжный курорт.
Ди почувствовала, как слезы щиплют глаза. «Мне надоело одиночество», — подумала она сердито. Торопливо запустив руку в объемистую сумку через плечо, она порылась внутри и нашла то, что искала: рекламный буклет, описывающий двухнедельный круиз через Панамский канал.
«А почему бы и нет? — спросила она себя. — Вот уже два года у меня не было полноценного отпуска». Турагент заверил ее, что еще не поздно забронировать хорошую каюту на следующий рейс. А вчера ее поддержал отец.
— Первым классом, малыш. За мой счет, — пообещал он.
Теплоход отправлялся из Коста-Рики через неделю. «Поеду», — решила Ди.
14
Памела Гастингс ничуть не возражала провести спокойный вечер в одиночестве. Ее муж Джордж уехал в командировку в Калифорнию, дочь Аманда училась на первом курсе в колледже Уэллзли.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50