А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


— Этот у них имеет звание майора, — шёпотом сказал Азиз, завидев подходившего к ним дородного военного, увешанного наградными планками и с мобильным телефоном в руках. Он остановился и с подозрением посмотрел на сейф, затем повернулся к Крацу и представился как майор Сайд.
— Откройте! — коротко бросил он.
Крац указал на Скотта, и тот взобрался в кузов. В это время к грузовику подошли ещё несколько солдат и, окружив его, стали наблюдать за церемонией вскрытия сейфа. Когда Скотт открыл огромную дверь, к нему в кузов с помощью одного из солдат вскарабкался майор. Он отступил на шаг назад и приказал двоим из своих подчинённых войти внутрь. На лицах солдат вначале мелькнул страх, но, оказавшись внутри сейфа, они стали трогать стенки и даже прыгать, стараясь достать до потолка. Через некоторое время к ним присоединился Сайд и постучал своим хлыстом по стенам. Затем он сдал назад, тяжело спрыгнул на землю и повернулся к Скотту.
— Теперь будем ждать кран, — сказал он более дружелюбным тоном и набрал номер на своём телефоне.
Кохен забрался в кабину и сел за руль, воткнув ключ зажигания в замок, а Азиз остался в кузове с сейфом. Скотт и Крац стояли со скучающим видом, прислонившись к стене, и обсуждали варианты своих действий.
— Мы должны найти способ попасть в здание до того, как туда доставят сейф, — сказал Крац. Скотт кивком выразил своё согласие с ним.
Часы на площади Победы пробили 12.30, когда Азиз заметил высокую тонкую конструкцию, медленно выворачивавшую из-за огромной статуи Саддама. Солдаты выскочили на проезжую часть, чтобы задержать поток машин и дать крану продолжить своё медленное продвижение.
Скотт объяснил майору, что грузовик теперь надо подать ко входу в здание. Тот согласился без предварительного телефонного звонка. Когда грузовик встал там, где этого хотел Скотт, майор Сайд наконец согласился, что двери должны быть сняты со своих петель, если они хотят, чтобы сейф и его тележка оказались в здании.
На этот раз он все же позвонил по телефону и на вопрос Скотта: «Когда будет ответ?» — пожал плечами и сказал:
— Надо ждать.
Решив воспользоваться этой вынужденной паузой, Скотт объяснил майору, что ему нужно пройти тот маршрут, по которому сейф будет перемещаться внутри здания.
Майор заколебался, ещё раз позвонил по телефону, долго ждал ответа и наконец сказал, указывая на Скотта:
— Только вы.
Скотт оставил Краца снимать сейф с грузовика и пошёл за майором в здание.
Первое, что заметил Скотт, проходя по устланному ковром коридору, была его ширина и солидность. Через каждые несколько шагов, прислонившись к стенам, стояли часовые, мгновенно вытягивавшиеся в струнку при виде майора Сайда.
В конце коридора был лифт. Майор достал ключ и повернул его в замке на стене. Двери лифта медленно раскрылись. Скотт с удивлением отметил, что размеры лифта, должно быть, определялись исходя из габаритов сейфа. Он сомневался, что в нем останется больше дюйма свободного пространства с любой стороны после того, как здесь встанет мадам Берта.
Майор нажал кнопку с обозначением «-6», что соответствовало, как заметил Скотт, самому нижнему уровню здания. Лифт медленно пошёл вниз. Когда двери открылись, Скотт вышел за майором в длинный коридор. На этот раз у него было ощущение, что проход был сооружён с расчётом на то, чтобы выдержать сильное землетрясение. Они остановились у тяжёлых металлических дверей, охраняемых двумя часовыми с карабинами.
Сайд что-то спросил, и оба часовых отрицательно покачали головами.
— В зале никого нет, так что мы можем пройти прямо через него, — пояснил он и открыл дверь своим ключом. Скотт вошёл за ним в зал Совета революционного командования.
Его глаза быстро обшарили помещение. Первое, что он заметил, был ещё один огромный портрет Саддама на противоположной стене, на этот раз в тёмном двубортном пиджаке. Затем он обнаружил рядом с выключателем одну из красных кнопок сигнализации, о которой предупреждал его Крац. Майор, который, очевидно, не имел права появляться здесь, поспешил через зал, в то время как Скотт старался идти как можно медленнее. И тут он увидел её, всего лишь мельком, и сердце у него оборвалось: Декларация независимости была прибита к стене гвоздями, угол оборван, а некоторые из подписей явно размазаны.
Майор открыл дверь в противоположном конце зала, и Скотт неохотно последовал за ним в прилегающий коридор. Через несколько шагов они остановились перед огромной нишей в кирпичной кладке, которую Скотту не надо было измерять, чтобы понять, что она изначально предназначалась для установки сейфа.
Скотт принялся не спеша делать замеры, пытаясь одновременно придумать, как ему получше разглядеть Декларацию. Через несколько минут майор Сайд постучал хлыстом по его плечу, показывая, что пора возвращаться во двор. Скотт медленно пошёл за ним назад по короткому коридору, вошёл в зал Совета, в котором майор предпочитал не мешкать, а Скотт задержался, чтобы измерить двери, и был обрадован, когда обнаружил, что их тоже придётся снимать с петель. Он отступил назад, как бы решая про себя проблему с дверями. Но тут появился майор и, шлёпнув его по ноге хлыстом, пробормотал про себя что-то вовсе не лестное по адресу Скотта.
Скотт бросил украдкой взгляд вправо и утвердился в своих худших опасениях: если ему все же удастся подменить документ, то даже Долларовый Билл не сможет восстановить его после того, что сделал с ним Саддам.
— Пошли. Пошли. Нам тут нечего делать, — подгонял его майор.
— Как и этим дверям тоже, — сказал Скотт и, повернувшись, добавил: — И тем тоже. — Он показал в дальний конец зала. Но майор Сайд уже трусил по длинному коридору к открытому лифту.
Ханна положила трубку телефона и постаралась унять дрожь. Ей не раз говорили в Хезлии, что, какой бы крепкой и подготовленной ты себя ни считала, все равно будешь дрожать.
Она посмотрела на часы. До обеденного перерыва оставалось двадцать минут, и хотя ей никогда не приходилось покидать здание в течение рабочего дня, кроме как по служебным делам, она знала, что не сможет просто сидеть и ждать, когда вокруг разворачивались такие события.
Заместитель министра уехал во дворец в восемь утра и сказал не ждать его раньше пяти. Щека у неё подёргивалась, когда она начала печатать сообщение министра промышленности.
В течение пятнадцати минут она сидела за столом и планировала, как использовать предстоящий час. Как только в голове у неё сложился план, она сняла трубку телефона и попросила девушку на коммутаторе переключить её телефон на себя на время обеденного перерыва.
Надев очки, Ханна вышла из комнаты и быстро пошла по коридору, держась ближе к стене и склонив голову набок, чтобы не привлекать к себе внимание тех, кто попадался ей на пути.
Спустившись по лестнице, а не на лифте, она проскользнула мимо дежурных, прошла через вращающиеся двери и оказалась на улице.
— Саиб только что вышла из здания, — сказал человек на другой стороне улицы в мобильный телефон. — Она направляется в сторону площади Победы.
Ханна шла к площади сквозь такие огромные и шумные толпы народа, какие обычно бывают в дни публичных казней на улицах Багдада. Добравшись до конца улицы и повернув за угол, она отвела взгляд, пробираясь между стоявшими зеваками, глазевшими на повешенных.
— Какая-то шишка, — пошутил кто-то. Другой, более серьёзный голос сказал, что, по слухам, это был дипломат, недавно вернувшийся из Америки и пойманный после того, как запустил руку в государственный карман. Пожилая женщина заплакала, когда кто-то сказал, что две повешенные — это его ни в чем не повинные мать и сестра.
Завидев шлагбаум, Ханна замедлила шаг, а затем остановилась в гуще людей, время от времени заслонявших обзор расположенной через дорогу штаб-квартиры Баас.
— Она стоит лицом к партийному штабу Баас. Остальные смотрят в другую сторону.
Ханна увидела грузовик, окружённый солдатами, а затем огромный сейф в его кузове и двоих молодых людей, крепивших большие стальные кольца к его основанию. Один был восточной наружности, другой напоминал европейца. И тут в её поле зрения мелькнул Крац — или это только показалось ей? Человек исчез за грузовиком, и она стала ждать, не появится ли он ещё раз. Когда через несколько секунд она увидела его вновь, у неё не осталось сомнений в том, что это Крац.
Понимая, что она не может больше ждать в таком людном месте, Ханна решила вернуться в офис и продумать свой следующий шаг. Она в последний раз посмотрела на Краца. В этот момент из здания вышла группа уборщиц, пересекла площадку и прошла мимо шлагбаума, не вызвав у часовых никаких вопросов.
Ханна двинулась в путь как раз в тот момент, когда майор Сайд со Скоттом вышли из здания во двор.
— Она опять пошла, но, похоже, не в министерство. — Человек с мобильным телефоном некоторое время слушал своего собеседника, а затем ответил: — Я не знаю, но я прослежу за ней и доложу.
Вернувшись во двор, Скотт увидел, что кран уже готов снять сейф с грузовика. Азиз с Кохеном крепили к корпусу мадам Берты стальные кольца, а специально изготовленная тележка, которой так гордился господин Петерссон, уже стояла на земле между грузовиком и входом в здание.
Скотт посмотрел на кран, который был выше самого здания, затем перевёл взгляд вниз на оператора, сидевшего в кабине у основания. Как только Кохен и Азиз спрыгнули с машины, Крац подал знак оператору, подняв вверх большой палец.
Скотт показал на сейф и подозвал к себе Краца, который подошёл с непонимающим видом, поскольку считал, что операция проходит довольно хорошо.
— В чем дело? — спросил он. Скотт преувеличенными жестами стал показывать, как, по его мнению, следовало бы снимать сейф, сообщив при этом Крацу шёпотом:
— Я видел Декларацию. — Он перешёл к другой стороне сейфа. Крац последовал за ним, тоже делая вид, что озабочен ходом разгрузки.
— Хорошая новость, — сказал Крац. — И где же она?
— Новость не такая уж хорошая, — проговорил Скотт.
— Что ты имеешь в виду? — забеспокоился Крац.
— Она в зале совета, как раз там, где указывала Ханна. Но она прибита к стене гвоздями, — ответил Скотт.
— Прибита к стене гвоздями? — тихо переспросил Крац.
— Да, и похоже, не подлежит восстановлению, — сказал Скотт под скрежет переключаемых шестерён. Стальные тросы натянулись, резко взвыл мотор, но мадам Берта даже не шелохнулась. Вой мотора усилился, но она по-прежнему отказывалась приподняться хотя бы на дюйм.
Оператор перевёл длинный рычаг ещё на одно положение вперёд и попытался в третий раз. Берта слегка приподнялась над платформой грузовика и стала плавно раскачиваться из стороны в сторону. Солдаты возликовали, но тут же замолкли, как только майор Сайд посмотрел в их сторону.
По сигналу Краца Кохен подбежал к грузовику, опустил задний борт, сел за руль, запустил двигатель и, включив первую передачу, медленно подал машину вперёд, оставив сейф болтаться в воздухе. Азиз с Кохеном подвели под него тележку, Крац сделал ещё один знак оператору, и пятитонная махина стала медленно опускаться вниз, пока не легла на тележку, резко осадив её большие пневматики.
Теперь сейф стоял перед двустворчатыми входными дверями в ожидании прибытия плотника, чтобы продолжить свой путь внутрь здания. Майор пожал плечами, опередив вопрос Краца.
Когда Кохен поставил грузовик на место, указанное майором, у шлагбаума появился араб в белом балахоне и красно-белой куфие, который держал в руках ящик с инструментом.
Часовые тщательно проверили ящик, вывалив его содержимое на землю, и разрешили плотнику пройти во двор. Он собрал инструмент, взглянул на сейф, затем на двери и сразу понял, почему его начальник сказал, что дело срочное. Скотт отступил назад и наблюдал за мастером, принявшимся вывинчивать шурупы из петель на одной из створок.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60