А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


- Да что вы, разве я собираюсь портить вам вечер... - заюлил хозяин.
- Чеченцы? - напрямую спросил Крутой, убирая свою огромную ладонь с круглой коленки Наташи и выставляя свою чудовищную челюсть.
Валерий Иванович бросил на него недовольный взгляд. Он знал, что этим-то Крутой и хорош, и плох. В гневе он не знает страха, будет биться с десятерыми, если кто-нибудь чем-то заденет его интересы. Но может и выдать себя неосторожным словом.
- Да как вам сказать, - замялся хозяин. - В общем-то... Сами понимаете, такая жизнь. Ладно, я скажу им, что Стелла занята. Занята, и все. Они не будут против. Они поймут.
Через несколько мгновений Стелла вновь появилась в кабинете, но Крутого уже трудно было успокоить. Он перестал обращать внимания на свою даму, то и дело пил вино, курил и сучил своими пудовыми кулачищами.
- Прекрати, - прошептал Валерий Иванович. - Отдыхать же приехали, все будет путем.
- То-то и дело, что отдыхать. А он, падло позорное, нам кайфы хочет шугать. Деревня гребаная, обхождения с культурными людьми не знает. Эти черножопые для него короли, а мы так просто, погулять вышли. У, падло. Давай водки закажем, - вдруг предложил он. - Не берет меня совсем эта сладкая водичка.
Валерий Иванович распорядился подать водки, икры, семги, соленых грибочков. Но прошло еще не менее десяти минут, пока Крутой несколько успокоился.
Водка подействовала на обоих умиротворяюще. Вскоре появился и хозяин с извинениями за чуть было не доставленное неудобство.
- Все в порядке, господа, - улыбался он. - Все в порядке, все довольны. Все проблемы улажены.
- Мы пока еще не довольны, --холодным тоном ответил Валерий Иванович.
- Будете, будете довольны, - улещивал их хозяин, взмахивая пухлыми ручками, с пальцами, украшенными золотыми перстнями с бриллиантами. - У нас все делается для таких уважаемых гостей, как вы. В сауне желаете попариться?
- Да ну ее, - махнул рукой Валерий Иванович. - В покои сразу пойдем...
- А я бы попарился, - возразил Крутой.
- Ты человек молодой, вот и парься себе на здоровье. А мне сердце не позволяет. Надо учитывать свой возраст.
Пути их разошлись. Крутой с Наташей пошли в сауну, а Валерий Иванович со Стеллой в специальный кабинет.
Там стояла огромная кровать под балдахином. Стены были украшены сексуальными, будоражащими воображение картинами. Лампа под абажуром обволакивала комнату мягким зеленым светом.
Да, он не пожалел, что выбрал Стеллу. Она действительно показала чудеса и удовлетворила Валерия Ивановича настолько, насколько это было вообще возможно.
- А что это за люди, из-за которых меня чуть было не лишили такой искусницы, как ты? - поинтересовался Валерий Иванович.
- Чеченцы, - зевнув, равнодушно ответила Стелла. - Вчера приехал из Москвы какой-то большой босс. Впрочем, я не интересуюсь, мне все равно...
- Из Москвы, говоришь? - прищурился Валерий Иванович. И как раз в это время дал знать о себе мобильный телефон, лежавший на тумбочке.
- Учитель! - услышал он в трубке встревоженный голос Прохора. - Шухер! Юрца повязали!
- Кто?! Менты?!
- Да нет, мы сидели с ним в "Яре". Я вышел в сортир, прихожу, его нет. А халдей мне говорит, ворвались какие-то черные, схватили его и увели. Я выскочил на улицу - гляжу - тачка отъезжает, "Ауди". Я номер запомнил. Что делать? Шухер, Учитель, шухер чую...
- Ладно, будь у себя, мы с Крутым скоро подъедем. И Чуму срочно найди, пусть он тоже будет наготове.
Он вскочил с кровати и стал быстро одеваться.
- Случилось что? - равнодушным голосом спросила Стелла.
- Да так, - попытался улыбнуться он. - Некоторые проблемы.
- Помочь, может быть?
- Да чем ты можешь помочь? - отмахнулся он. - Свое дело ты знаешь, а это уж наши, мужские дела...
- За хорошие бабки могу и помочь.
- Ну?!
- Заплатишь мне штуку баксов, расскажу об этом чеченце. Я знаю, кто теперь тут погоду делает. Вижу, что вы что-то не поделили.
- А ведь если я тебя выдам, они же тебя порвут, - предупредил Валерий Иванович.
- Не выдашь, это не в твоих интересах. Это я тебя могу ему выдать. Дружка твоего я раскусила. Ведь это вы позавчера на Рыбкина наехали, - усмехнулась она своими кроваво-красными губами.
- Откуда ты знаешь... - пробормотал пораженный ее осведомленностью Валерий Иванович.
- Знаю, вот и все... - еще ехидней усмехнулась Стелла. - Человечек он больно приметный, следы оставляет. Могла бы побольше с вас слупить. Только не люблю я их, черных этих, - побледнела она. - Ненавижу. Такое с нами творят, вспомнить страшно. А ты аккуратный человек, вежливый... Так что, могу и помочь. Не в одних бабках счастье.
- Я согласен, - кивнул он.
- Бабки вперед.
- Не в них же счастье.
- Верно. А без них и вовсе одно горе, - рассмеялась она. - Так что, хочешь узнать о нем, выкладывай бабки, а нет, так нет.
Валерий Иванович немного подумал, а затем полез в карман пиджака, висевшего на стуле, вытащил оттуда бумажник, отсчитал десять стодолларовых бумажек и протянул ей.
- Не обмани, я тоже умею быть жестоким, - предупредил он.
- А то я не знаю. Вы же троих только в доме Рыбкина положили. Только я не боюсь. Отомстить хочу одному из этой банды, зверюге позорному, шакалу... Бачо они его называют, такая тварь, пробы негде ставить. Одно в нем хорошо - язык за зубами держать не умеет, настолько нас за людей не считает, говорит что попало. Слушай, короче... Есть один человек, который наш город почти взял в руки. Это они сдали азеров ментам. И теперь они тут королями будут. А вам надо отсюда линять, пока целы. Ну это, понятно, совет, хотите линяйте, хотите стреляйте, ваши дела. Только не справиться вам с ними.
- Ну? Что это за человек? - напрягся Валерий Иванович.
- Он останавливается на улице Зеленой, дом двадцать. Там их хаза. Но полагаю, что сейчас он не там.
- А где?
- Где-то рядом. Может быть, за стенкой. Это ему хотели меня сосватать на сегодняшнюю ночь. Точно не знаю, конечно, но почти уверена...
- Ну? И как его звать, этого короля?
- Язык мой - враг мой, - зевнула Стелла. - И Бачо этому лучше было бы считать нас за людей, подзалетит на своем трепе когда-нибудь.
- Да говори же быстрее, - раздраженно произнес Валерий Иванович.
- Он приехал из Москвы. Зовут Султан. Фамилия Гараев, - сказала Стелла и стала подниматься с кровати.
- Вы что, пацаны? Что я вам сделал? - сделал недоуменные круглые глаза Юрец, глядя на своих похитителей.
Они находились в каком-то грязном, холодном и сыром подвале. На бетонном полу виднелись багровые пятна, Юрец понял, что это следы крови.
Он был привязан к стулу крепкими, больно врезающимися в запястья веревками. Напротив него стояли трое могучих бородачей кавказской национальности,
- Братан, ты что? - произнес один из них, самый могучий, елейным тонким голоском, так не подходящим к его сложению. - Если бы ты что-нибудь нам сделал, разве мы бы с тобой разговаривали? Мы потому с тобой и разговариваем, что не знаем, кто ты такой и что в этом городе делаешь. Расскажи нам по-дружески, и мы отпустим тебя с миром. А то что-то ребятам ни ты, ни твой дружок не понравились. Никто вас тут не знает. Что вы здесь делаете, тоже никто не знает. А неизвестность страшнее всего. Почему-то ребятам показалось, что от вас можно ждать какой-то неприятности. А мы это дело не любим. Давай, рассказывай. Кто ты? Откуда родом? Зачем сюда приехал?
- Юрец я, - пробасил пленник. - Освободился год назад, сидел по сто сорок пятой. Дома нет, семьи нет, вот и скитаюсь по белу свету. А что делать? попытался он придать своему могучему басу жалобные нотки.
- Это можно, можно, - закивал кавказец. - Это дело доброе. Только тут важно что - никому не мешать, никому не вредить, в чужие дома не входить. Ты понимаешь меня, брат?
- А разве я вхожу? - попытался пожать квадратными плечами Юрец.
- Да нет, - весело рассмеялся кавказец. - Есть только подозрение, что входишь. А нам и этого достаточно. Береженого бог бережет. А то потом поздно будет.
- Да что я вам сделал? - продолжал ныть Юрец, думая про себя: "Выбраться бы отсюда только, я бы вам, уродам, показал. Возомнили о себе, у себя бы хозяйничали, нечего вам на нашей земле делать..."
- А друг твой кто? - спросил бородатый. - Что-то вроде бы мне его лицо знакомо.
- Да какой он мне друг? - сделал непонимающие глаза Юрец. - Познакомились недавно в поезде, решили в кабаке посидеть, баб снять. Вечер, короче, провести классно. А вы меня заграбастали и сюда притащили. Не по-нашенски это как-то...
- Как это не по-нашенски? - насторожился бородатый.
- Ну, не по-советски...
- Ах вот оно что, - расхохотался кавказец. - Советского Союза уже седьмой год нет, теперь каждый за себя. Как зовут твоего друга? Когда вы приехали сюда, в Задонск? - продолжал он свои расспросы.
- Зовут его Санька, а приехали мы сюда вчера вечером.
- Ночевали где?
- На вокзале, где же еще ночевать? Не в Гранд-Отеле же...
- А деньги на кабак откуда? В твоем кармане мои ребята нашли пятьсот баксов. Где взял?
- Вам скажу, как своим ребятам. Пошуровали мы с Санькой сегодня утром на вокзале.
- Щипач? - недоверчиво глядя на здоровенного Юрца, спросил кавказец. Непохож что-то...
- Куда мне? Гоп-стоп сделали одному богатенькому. Он штуку и выложил. Припугнули...
- Рыбкина знаешь? - вдруг напрямик спросил кавказец.
Что-то дрогнуло в круглом, как блин, лице Юрца, и кавказец мигом заметил это. Прикусил нижнюю губу и перебросился хитрым понимающим взглядом со своими товарищами.
В эту минуту в кармане у одного из них зазвоцил мобильный телефон.
- Алло! - произнес он, а затем заговорил на непонятном Юрцу языке. - Бачо! - окликнул он того, который беседовал с пленником. И снова быстро залопотал что-то непонятное своим горловым хриплым голосом.
Бачо взял мобильный телефон. Говорил он на сей раз с большим уважением, елейно и вкрадчиво, видимо, с ним разговаривал его босс. Попрощавшись, он пристально поглядел на Юрца.
- С кем, говоришь, были у Рыбкина позавчера? - своими маслеными глазами глядя в лоб Юрцу, спросил он. - Санек этот, понятно. А еще кто был с вами? Вас же четверо там было.
- Какой Рыбкин? - вылупил глаза Юрец. - Не знаю я никакого Рыбкина. А позавчера я в поезде ехал, из Ростова.
Бачо сделал неприметный жест своему товарищу, и тот без замаха нанес мощный удар в зубы Юрцу. Тот загремел на бетонный пол вместе со стулом, к которому был привязан.
- Врать нехорошо, ох нехорошо, братишечка, - улыбался Бачо. - Мы и так знаем, с кем ты там был. Кто такой Валерий Иванович, а? А кто такой Крутой, а? Ну... Докладывай, паренек. А то мы сейчас тебя тут на куски порежем.
Юрец побледнел. Он понял, что им все известно. Понял, что они сделали непростительную вещь - вторглись на чужую территорию. И на чью территорию. Что делать? Что делать?
От раздумий его отвлек еще более мощный удар пудовым ботинком в область печени. "Ой, Крутой, впутал ты меня в историю. Да, эти абреки меня живым отсюда не выпустят. Точно, на куски порвут".
- Говорить будешь? - спросил Бачо, вытаскивая из кармана пачку "Парламента".
- Буду, буду, что они мне, - бормотал Юрец, выплевывая на бетонный пол кровь и выбитые зубы.
- Поднимите его, - скомандовал Бачо. Юрца подняли вместе со стулом и водрузили на прежнее место.
- Ну, - улыбался Бачо, дымя в лицо пленнику - Слушаю вас, молодой человек.
"Что делать? - ломал голову Юрец. - А ведь если заложу их, меня Крутой порвет. Ой, связался я с ним себе на горе. Ехал бы после зоны домой, в Липецкую область. Так-то мне эти проклятые баксы обходятся. Что делать?"
- Боишься их? - понял его раздумья Бачо. - Не бойся, братишечка... Они далеко. Ты нас бойся, мы близко. И долго тянуть не станем. Скоро начнем с тобой беседовать по-настоящему. Никто не выдерживал, скажу честно. Ну!!! - визгливым голосом заорал он, округляя свои черные глаза.
- Мы... - забормотал Юрец. - Мы...
- Что мы? Ну!!!
На сей раз звонок мобильного телефона зазвучал уже в кармане Бачо.
- Минуту тебе даю на размышление. Последнюю, - предупредил Бачо, поднося телефон к уху.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46