А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Это был светлый просторный цех с высокими, в два этажа, потолками, где жидкости разливались по бутылкам, те, в свою очередь, закупоривались пробками, закрывались завинчиваюшимися крышками и снабжались этикетками. Затем бутылки упаковывались в коробки.
Четыре линии розлива, автоматы, с помощью которых закупоривались, завинчивались и маркировались этикетками бутылки. Полностью автоматизированный процесс, не сравнимый по производственной мощности с ручной технологией. Все эти конвейеры и станки, а также чаны и шланги выглядели совершенно новенькими, особенно на фоне старого здания. Здесь все блестело и сверкало, было просторно и чисто, во всем читался порядок и виделась твердая хозяйская рука.
— А я ожидал увидеть нечто мрачное и унылое, в диккенсовском духе, — пробормотал Джерард. — Что будем искать?
— В этих больших деревянных ящиках, сбитых из планок, держат, по всей видимости, пустые бутылки, — сказал я. — Но где-то здесь должны быть и полные, на которые осталось лишь наклеить этикетку. Посмотрим вон там.
— А для чего эти стеклянные будки?
— Все эти машины и автоматы по розливу, закупорке и маркированию этикетками для безопасности заключены в стекло и не будут работать до тех пор, пока не закроются стеклянные створки. Одна из линий полностью подготовлена к работе. Видите, пробки вон в том прозрачном накопителе? И вон там тоже, наверху, — я указал пальцем. — Вон на том мостике видите те четыре чана?.. Вино или любая другая жидкость, находящаяся там, перекачивается из огромных емкостей-накопителей и поступает по шлангам в чаны на мостике, а уж оттуда под действием силы тяжести стекает вниз, в бутылки. Насосы, с помощью которых производится перекачка, очевидно, находятся там же, наверху. Попробую подняться и взглянуть, если вы, конечно, не против.
Джерард кивнул, и я поднялся по лестнице. Мостик, тянувшийся по всей длине помещения, был около двенадцати футов шириной и снабжен по бокам перилами. Четыре чана, находившиеся на нем, были выше человеческого роста, на каждом сбоку крепилась узенькая лесенка, чтоб можно было добраться до клапанов загрузки наверху.
На мостике находились также четыре электронасоса, по числу чанов, но только к одному из них были подведены шланги. Один шланг — снизу, второй тянулся от насоса и был подсоединен к верхней части чана. Наверное, в нем, подумал я, находится «Сент Эстеф». Присев на корточки, я повернул маленький краник и выпустил из него несколько капель жидкости.
Джерард гремел бутылками в здоровенных ящиках, пытаясь отыскать полные. Ящики, страшно тяжелые, примерно четырех футов в высоту, были на совесть сколочены из толстых брусков дерева. Внутри, в щелях, поблескивали бутылки. В каждом из таких ящиков их были сотни.
Я более или менее освоился в привычной мне обстановке и за последние минут десять совсем расслабился и позабыл о страхе. И совершил тем самым фатальную ошибку, потому как внезапно откуда-то снизу донесся грубый и сердитый мужской голос:
— Какого дьявола вы тут делаете? А ну назад, руки за голову, лицом ко мне!
Глава 21
Обращался он не ко мне. К Джерарду. Я глянул вниз и увидел, как он появился из-за мостика, загораживающего его прежде. Молодой здоровенный парень в джинсах и дутой куртке, с короткоствольным ружьем в руке. Он стоял спиной ко мне и потому меня не видел, я же так и застыл на мостике, потеряв всякую способность двигаться. Мышцы онемели от унизительного, столь знакомого ощущения липкого всепоглощающего страха, по спине поползли мурашки, и заныло в животе.
Чутье подсказывало, что это тот самый парень, который тогда стрелял в нас.
По всей видимости, Денни. Почему-то я называл его про себя Денни.
Джерард медленно развернулся к нему лицом и поднял одну руку, вторая оставалась на перевязи. На мостик он даже не взглянул. Он не сделал и не сказал ничего, что заставило бы Денни заподозрить, что я нахожусь там. Я сидел, скорчившись, за перилами, между двумя чанами.
— Не дергаться! — сказал Денни. — Или башку прострелю.
Послышался другой голос:
— Кто это? Бич, что ди?.. — И тут мне стало совсем плохо. Слишком уж хорошо был знаком мне этот голос.
Голос Пола Янга. Стюарта Нейлора.
— Нет, это не Бич, — сказал он.
Он подошел откуда-то сзади и встал рядом с Денни.
Я видел его черные волосы. Тяжелые плечи, блеск очков, маленький слуховой аппарат за ухом.
— Тогда кто? — спросил Денни.
— Да тот, который с ним везде таскается. Тот, что постарше, седоватый такой, носит перевязь. Это он, точно он. А звать его вроде бы Грегг. Лью говорил.
Кто такой этот Лью?
— Ты чего нацепил повязку? — спросил Стюарт Нейлор.
Джерард не ответил. Помолчав немного, Нейлор сказал:
— Ты говорил, что там, возле лавки Бича, кого-то ранили. Может, это он и есть?
Денни ответил:
— Да разве ж я видел, кто там сидел в машине…
— Никакой стрельбы и трупов здесь мне не нужно, — веско произнес Нейлор. — На черта мне потом вся эта слякоть. Так что убери палец с крючка, болван. А ты, Грегг, вытащи руку из перевязи, повернись спиной ко мне, положи обе руки на ящик с бутылками и делай то, что тебе говорят. Иначе еще одну пулю схлопочешь. И мне плевать, будет здесь грязь или нет.
Джерард повиновался. Надо что-то делать, что-то срочно предпринять, но я никак не мог сообразить, что именно. Я вообще потерял всякую способность мыслить. Просто слушал и следил за происходящим, оцепенев от ужаса.
Стюарт Нейлор подошел к Джерарду и обхлопал его всего в поисках оружия. Джерард не двигался. Нейлор запустил руку в карман его пиджака, извлек бумажник, отошел на несколько шагов и стал изучать его содержимое.
— Джерард Макгрегор, — прочитал он вслух. — А где, позвольте спросить, ваш дружок Бич?
— Понятия не имею, — пожал плечами Джерард.
— Как, черт побери, этот тип здесь оказался? — воскликнул Денни. — Мне это не нравится.
Тут с внезапно проснувшейся в голосе тревогой и злобой Нейлор прошипел:
— Он еще об этом пожалеет, ублюдок паршивый!..
Я, охваченный отчаянием, следил за тем, что происходит. Нейлор нашел в бумажнике фальшивые этикетки. Держал их в руке и пялился, точно глазам своим не верил.
— Так он видел станок! — злобно выплюнул Ней-лор. — Слишком уж много знает, поганец. Так что придется его прикончить, а труп — на свалку. Чтоб не успел никому разболтать, что он тут видел. Ничего, все будет в полном порядке, — в голосе звучало твердое убеждение.
Джерард вдруг заговорил — спокойно, даже как-то слишком вежливо, словно принимал участие в светской беседе.
— Неужели вы думаете, что я не сообщил куда следует о том, где нахожусь? Если не вернусь вовремя, целый и невредимый, сюда явится полиция.
— Это только в кино так говорят, — со знанием дела заметил Денни. — Так что заткнись, ублюдок, нечего врать!
После паузы Нейлор распорядился:
— Ты подержи его здесь, Денни. Я скоро вернусь, — и он развернулся и шагнул куда-то под мостик, а потом вышел из цеха. А я начал подумывать о том, не прыгнуть ли на Денни сверху… Но он находился слишком далеко, и вряд ли это было осуществимо. Да он тут же развернется, едва заслышав шум, и выстрелит прежде, чем я успею перебраться через перила… Тем более слишком уж он далеко и с одного прыжка его все равно не достать. Он прикончит или Джерарда, или меня прежде, чем мы успеем навалиться и разоружить его. Больше ничего просто в голову не приходило. Но я был уверен, что подобный прыжок будет фатальным в самом прямом смысле этого слова… Одновременно мне покоя не давала постыдная мысль о том, что истинной причиной нежелания предпринять хоть что-то является самый заурядный страх… Не осторожность, а самая обыкновенная трусость. Иногда человек способен расстаться с жизнью просто из желания доказать самому себе, что не боится… возможно, для многих дело того стоило. Для многих, но только не для меня.
Стюарт Нейлор вернулся. С небольшим пакетиком, который с треском разворачивал на ходу.
В пакетике оказались широкие белые бинты.
Меня замутило…
Нет, все же надо было прыгнуть, в отчаянии подумал я. Да, риск, понятно, но одновременно — и шанс на спасение. Ну почему, почему я этого не сделал?..
Здравый смысл, эмоции, логика, страх, бравада… все смешалось в голове в какую-то кашу, и никак не удавалось выбрать единственно правильное решение.
Нейлор подошел к Джерарду и с невероятной ловкостью и быстротой прикрутил запястье его раненой руки к верхней планке ящика. Тут я увидел, как Джерард напрягся, все его тело сотрясала дрожь. Он пытался вырваться, освободиться, бежать. Лицо как-то разом осунулось и словно закаменело, глаза потемнели.
Он тоже боится, подумал я. Он знает, для чего эти бинты. Он такой же человек, как и я… ему тоже ведом страх.
На мостик он так и не взглянул. Ни разу.
Нет, нет, надо что-то делать, судорожно думал я. Никакого оружия под рукой. Ничего! Джерард… Гипс…
Что у меня есть?
Только знания.
Нейлор размахнулся и изо всей силы ударил Дже-рарда по лицу. Тот пошатнулся и немного обмяк. Воспользовавшись этим, Нейлор привязал и второе его запястье к ящику, и хотя я видел Джерарда только со спины, все его существо, все тело, казалось, так и кричало от отчаяния.
И я начал молиться про себя: «О Господи, нет, нет, только не это!..» А Нейлор тем временем уже начал обматывать бинтами шею Джерарда.
Знания…
Бинт обмотался два раза, три… Нейлор целиком сосредоточился на своем занятии. Денни, стоявший спиной ко мне, не сводил с них глаз. Ствол дробовика был опущен.
Джерард начал лягаться, но ударить Нейлора по ногам ему никак не удавалось. Он закричал. Он кричал о том, что все это бесполезно, что его люди знают, что он здесь, что обязательно придут его искать…
Но ни Нейлор, ни Денни ему не верили. Они были заняты делом… они упивались этим своим занятием. Им явно нравилось обматывать бинтами голову живому человеку, чтобы затем превратить ее в камень.
Единственное мое оружие — это знания.
Я сдвинулся с места. Мышцы почти не слушались. Неловко, рывками, пополз я вокруг чана с «Сент Эстефом» и начал карабкаться вверх по лесенке.
Кричи, кричи, Джерард! Пусть этот глухой ублюдок слышит только твои крики. Отбивайся, лягайся. Пусть эти негодяи смотрят только на тебя.
Руки нащупали стопорную гайку, с помощью которой шланг крепился к заборному клапану в верхней части чана. Обычно я отворачивал эти гайки с легкостью, гладко, как по маслу. Но сейчас вспотевшие пальцы скользили, и мне никак не удавалось отвернуть ее. Единственный шанс! Я должен, должен отсоединить этот проклятый шланг!..
Должен открыть его на конце.
Стоя наверху на лесенке, я задыхался от усилий и гнева и вдруг почувствовал, как гайка поддалась, повернулась, потом — еще раз и еще. Я отсоединил шланг и, держа его в руке, начал спускаться по узенькой лесенке, стараясь ступать как можно тише, вздрагивая при каждом шорохе и скрипе — звуки эти казались невыносимо, ужасно громкими, но заглушались криками и возней внизу.
Спустился. Теперь к насосу. От насоса отходил и тянулся по полу основной шланг. И исчезал вдали. Он вел к огромному накопительному чану в соседнем помещении. Длинный толстенный шланг, способный пропустить целую реку вина.
Молясь, чертыхаясь, чувствуя, как подкатывает к горлу тошнота, я включил насос.
Он заработал — почти бесшумно, как и положено прекрасно отлаженному механизму. Вино широкой красной струей ударило из шланга. Я держал его, как пожарный, и направил прямиком на Нейлора, по дороге обдав Денни с головы до ног, затем закрепил плюющийся красной жидкостью наконечник между перил, неуклюже перевалился через них и совершил тот самый прыжок, казавшийся совсем недавно невозможным, бесполезным, смертельно опасным. Приземлился прямо на Денни, который ничего не видел, потому что в глаза ему попало вино. Выхватил дробовик и изо всех сил врезал ему прикладом по голове.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50