А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Конечно, шанс, что куртка уцелеет и что агенты ФБР выследят Когтя по отпечаткам, не велик.
Тем не менее, сама мысль о подобной возможности окончательно испортила Когтю настроение. Во что бы то ни стало необходимо снова пробраться в подвал. Спасательные команды по-прежнему снуют туда-сюда, так что сделать это будет несложно.
Коготь проскользнул в церковь через отверстие, которое совсем недавно было дверью в подвал.
В это мгновение Лора Мерфи огибала здание, направляясь к своему «доджу», чей багажник был полон медикаментов, простыней и других необходимых вещей на случай, если им с Мерфи вдруг ни с того ни с сего придет в голову отправиться в очередное путешествие. Лоре сразу же бросилась в глаза фигура человека, входившего в подвал. Он был совсем не похож на спасателя и, конечно, не принадлежал к их церковной общине. Не походил он и ни на кого из ее престонских знакомых, хотя лицо мужчины показалось Лоре знакомым.
Ах да, это же тот мерзкий тип, которого она видела вместе с братцем Шэри.
Лора сразу забыла, зачем шла к машине, и решила проследить за приятелем Чака, чтобы узнать, что ему нужно на месте взрыва.
Неужели? Неужели этот незнакомец и бедный, озлобленный, потерянный Чак каким-то образом причастны к взрыву?
Она спустилась по подвальным ступенькам, морщась от боли, которую ей причиняла ходьба, — во время взрыва она сильно разбила колени. Тут Лора услышала впереди в темноте какой-то звук и захромала по направлению к нему. Боль в ногах усиливалась.
Вдруг гораздо более сильная боль от пары немыслимо крепких мужских рук, вцепившихся в плечо и в шею Лоры, заставила ее забыть обо всем остальном.
— Здравствуйте, миссис Мерфи. Сегодня ночью удача сама мне идет в руки, я даже не рассчитывал на такой большой приз. — Голос был грубый и страшный. — К сожалению, я пока ничего не могу сделать с вашим муженьком, он нам еще нужен. Но вы-то, я полагаю, не нужны никому. И без вас у вашего мужа появится время более активно и продуктивно работать на нас.
Лора не понимала, о чем говорит этот маньяк. Но она все равно не смогла бы произнести в ответ ни единого слова, так сильно негодяй сжал ей горло. Она начала задыхаться.
А Коготь продолжал сжимать горло Лоры сильнее и сильнее, решив на сей раз не пользоваться бритвой. Все равно результат будет тот же — смерть.
Лора Мерфи, как ни ужасало ее абсолютное зло, взирающее на нее в это мгновение глазами Когтя, смотрела ему прямо в лицо, лишив убийцу удовольствия увидеть, как очередная жертва в суеверном страхе отводит от него взгляд.
Она просто молча начала молиться.
42
Начальник полиции провел их в комнату для допросов и указал на три стула, привинченных к полу рядом с металлическим столом.
— Жаль, что мы не можем воспользоваться моим кабинетом. Нам там просто не разместиться — по крайней мере, со всем этим…
Роули указал на две большие картонные коробки в центре стола, стараясь не смотреть на них.
С противоположной стороны стола сидел Бейнс. Он встал и с ничего не выражающим лицом протянул руку для приветствия.
— Преподобный Вагонер. Профессор Мерфи.
Прежде чем снова сесть, он пожал каждому руку, а затем перевел взгляд на коробки.
Роули усадил своих гостей так, как это сделал бы опытный и внимательный метрдотель.
— Как ваша рука, Боб? Знаете, люди говорят, это настоящее чудо, что вы остались живы.
Вагонер поморщился, осторожно усаживаясь в кресло и поправляя гипс на руке.
— Честно говоря, Эд, я ее почти не чувствую. И голова тоже будто онемела. — Он слегка похлопал по повязке на лбу. — Господь знал, что делает, когда изготавливал эту штуку из крепкого дуба.
— А как у вас дела, Мерфи?
— Со мной все в порядке, Эд. Несколько царапин и синяков. Наверное, я тоже из дуба.
С напряженной улыбкой Роули отошел от них и смущенно встал около Уэлча. Ему очень не хотелось садиться на пустой стул рядом с агентом; казалось, Роули не прочь дистанцироваться оттого, что должно было сейчас произойти.
— Нам обоим повезло, — сказал Вагонер. — А ведь четверо наших друзей погибли, плюс еще одно тело, найденное в подвале, предстоит идентифицировать. Бедняга Уоллах в коме… — Он неожиданно умолк, а потом после паузы попытался начать снова: — Приступим к восстановлению, как только сможем. И настанет день, когда мы возвратимся в нашу прекрасную церковь и вновь вознесем хвалу Господу.
— Я бы не рекомендовал вам приступать к восстановлению прямо сейчас, преподобный Вагонер, — холодно заметил Уэлч. — На данный момент ваша церковь все еще рассматривается как место преступления.
— Место преступления? Я вас не понимаю.
— Взрыв вовсе не был несчастным случаем. Старый котел в подвале — одна из немногих вещей, которые остались целыми и невредимыми.
— И в чем же тогда причина?
Уэлч пристально посмотрел священнику в глаза.
— А я надеялся, что именно вы сможете ответить мне на этот вопрос.
Мерфи вскочил:
— На что вы намекаете? Боба чуть не убило во время взрыва!
Уэлч и глазом не моргнул. Он подождал, пока Мерфи сядет, а затем поднял верхний клапан одной из коробок.
— Причиной взрыва была бомба. Взрывное устройство с пластиковой взрывчаткой. И мы обнаружили детонаторы и другое оборудование для производства еще большего количества бомб. Подвал церкви использовался в качестве фабрики по производству взрывных устройств, преподобный Вагонер. Ваши прихожане делали бомбы.
Он замолчал, внимательно наблюдая за тем, какое впечатление произвели его слова на Вагонера.
— Абсурд! — воскликнул Мерфи. — С какой стати прихожане этой церкви стали бы делать бомбы?
Уэлч многозначительно почесал подбородок, словно он впервые в эту минуту задался тем же вопросом.
— А как насчет того, чтобы взорвать ООН?
— ООН? Вы серьезно?
— Этот парень, Пол Уоллах, которого вытащили из подвала, он же не местный? Я знаю, что он студент Престонского университета, но у меня также имеется информация, что он совсем недавно туда перевелся. Верно?
— На что вы намекаете? На то, что Пол Уоллах виновен в этом взрыве? Безумие, он почти ребенок.
Улыбка Уэлча сделалась презрительно кислой.
— Мне из моего богатого опыта известно, на какие невероятные вещи способны дети. Особенно когда попадают под влияние фанатиков.
Последнее слово больше походило на плевок. Мерфи снова вскочил:
— Фанатиков? Кто вы такой, Уэлч, новый Джо Маккарти из ФБР? Заговоры повсюду!.. Каких фанатиков вы имеете в виду?
— Тех, к примеру, которые считают, что ООН — воплощение зла. Евангельских христиан, например.
— Мы вовсе не считаем, что ООН — воплощение зла, — вмешался Вагонер. — Мы как раз считаем, что она делает много хорошего. Поддержание спокойствия и порядка в ряде стран «третьего мира», где в противном случае неизбежно воцарился бы хаос, гуманитарная помощь, программы по здравоохранению и тому подобное. Просто мы с определенной настороженностью относимся к стремлению этой организации объединить все религии и правительства всех стран мира под эгидой единого органа и тем самым способствовать процессу глобализации. Лично я озабочен намерением сделать правительство Соединенных Штатов подотчетным мировому суду.
— Вы хотите сказать, что являетесь противником установления мира во всем мире посредством единения стран и народов?
— Всем прекрасно известно, что любые попытки создать единую мировую религию или единое мировое правительство неизменно заканчивались установлением тоталитарных режимов, смертью множества ни в чем не повинных граждан. Мы должны учиться на прошлых ошибках. Человек не способен в одиночку, только своими собственными силами установить мир на планете. На земле никогда не наступит всеобщий мир до тех пор, пока не придет Христос и не создаст Свое Царство. Его Царство продлится тысячу лет. В Библии об этом сказано достаточно ясно и однозначно.
— Похоже, кто-то из ваших людей полагал, что приход этого Царства можно немного ускорить с помощью взрывов.
Вагонер был потрясен.
— Наших людей? Евангельские христиане — не террористы, агент Уэлч.
Уэлч ткнул в него пальцем.
— А как насчет тех, кто подрывает клиники по планированию семей? Тех, кто убивает врачей, делающих аборты? Они ведь тоже христиане?
— Только не в моем понимании этого слова, — резко возразил Вагонер. — Конечно, ужасный грех отнимать жизнь у неродившегося человека, но убийство виновных в этом, естественно, не решение проблемы. Истинные христиане противостоят любой форме человекоубийства, даже если оно совершается в целях спасения нерожденных еще младенцев.
Агент Бейнс сохранял молчание все время, пока агент Уэлч высказывал свои аргументы против евангельских христиан, но теперь он больше не мог сдерживаться.
— Сэр, я понимаю, что нарушаю правила, но я должен высказаться. Я, конечно, не хочу делать вид, что мне известны причины сегодняшнего происшествия и виновные в нем. И у нас имеются вещественные доказательства того, что в подвале церкви происходило что-то крайне подозрительное. Но я хорошо знаю этих людей. Не этих конкретно, не о них я говорю, я хорошо знаю прихожан подобных церквей и членов подобных общин. Я сам такой прихожанин. Я знаю, что это за люди, я чувствую их сердца и души. Они просто не способны стать террористами и убийцами, они не способны взрывать бомбы за сколь угодно справедливое дело.
Здесь, в Престоне, свершилось нечто страшное. Несколько человек погибли, еще несколько находятся в больнице. И все хотят знать, кто виноват в их страданиях. Профессор Мерфи рисковал жизнью, спасая пострадавших. Неужели это поступок, характерный для беззастенчивого убийцы? Преподобный Вагонер уцелел благодаря счастливой случайности. Совсем не таких людей мы должны сейчас искать. Конечно, сэр, я понимаю, все это только разговоры, но иногда следует быть внимательными к более важным доказательствам, нежели к тем, что сами бросаются нам в глаза.
Уэлч смерил Бейнса презрительным взглядом, но не успел ответить ему. В комнату ввалилась Лора Мерфи с лицом, искаженным болью и невыразимым ужасом.
Мгновение Лора смотрела прямо перед собой, будто пытаясь подыскать нужное слово, затем пораженный Мерфи увидел, как у нее закатились глаза, а все тело обмякло, как у куклы-марионетки, когда внезапно обрезают нити. Она подняла руку, пытаясь удержаться на ногах.
Стул, на котором сидел Мерфи, с грохотом упал на пол. Профессор бросился к жене и сжал ее в объятиях.
— Вызовите врача! — крикнул он Бейнсу. — Скорее!
43
Во второй раз за последние несколько недель Стефани Ковакс казалось, что боги СМИ одарили ее своей благосклонностью.
Она решила провести вечер в гостинице над собранными материалами, а на следующий день порыскать по Престону в поисках еще какой-нибудь информации о профессоре Майкле Мерфи.
И тут она услышала взрыв. Стефани уже лихорадочно набирала номер своего оператора, когда ей позвонил начальник общенационального бюро Би-эн-эн. А через час после взрыва Ковакс вышла в эфир с первыми сообщениями о происшествии. На место событий слетались стаи репортеров, но за Стефани им было не угнаться. Она опережала их во всем благодаря своему непревзойденному драйву и нескольким подсказкам из нью-йоркского бюро Би-эн-эн. И вот теперь, через день после случившегося, Стефани была готова к трансляции своего следующего эксклюзива.
— Стефани Ковакс, Би-эн-эн, передает с места чудовищного взрыва в церкви в Престоне, штат Северная Каролина. Уже в ходе отчаянного поиска жертв и первичной оценки масштабов разрушений, причиненных взрывом, начинают проясняться ужасные подробности случившегося.
Оказывается, мы имеем дело вовсе не с нападением террористов на ни в чем не повинных прихожан церкви, но с гораздо более неожиданным и жутким явлением, которое может стать кошмаром для всех граждан нашей страны.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50