А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


С ракетными установками было проще всего. Их нашли и ликвидировали сравнительно быстро. Точно так же ликвидировали возможности для продолжения ядерной программы.
Но химического и биологического оружия, а также установок для его производства оказалось так много, и иракцы их так тщательно скрывали, что работа инспекторов ООН растянулась на годы. Шесть лет Саддам и его подручные врали инспекторам ООН, чтобы скрыть свои запасы оружия массового уничтожения. Тем не менее под наблюдением инспекторов в Ираке было уничтожено около семисот тонн боевых отравляющих веществ — зарина, иприта и газа VХ, три тысячи тонн полуфабрикатов и тысячи единиц химических боеприпасов.
Во время войны с Ираном химическое оружие использовалось больше десяти раз. Например, в феврале 1984 года иранцы наступали на Басру, и Саддам, чтобы удержать город, приказал обстрелять их артиллерийскими снарядами, начиненными ипритом. У иранских солдат не было даже противогазов. Через два года войска Саддама применили иприт и табун против иранских войск, чтобы помешать им захватить нефтяные месторождения в районе Киркука.
Отравляющие вещества легко производить. Практически каждый фармацевтический завод, который выпускает таблетки от головной боли, может на том же оборудовании выпускать химическое оружие. Это очень дешевое оружие. Еще и поэтому люди вроде Саддама Хусейна пытались им обзавестись.
Ирак признал, что двадцать пять ракет и полторы сотни бомб были оснащены боеголовками с биологическим оружием.
Отцом иракского биологического оружия был Насер аль-Хиндави. Его ближайшей помощницей стала учившаяся в Америке Хода Сали Махди Аммаш, дочь министра внутренних дел в правительстве генерала аль-Бакра. Министр Салих Махди Аммаш оказался среди тех, кого Саддам выставил из правительства. Но не уничтожил, а отправил послом в Финляндию, поэтому его дочь получила возможность учиться за границей.
Саддам отличал дочь бывшего министра. Она стала деканом биологического факультета Багдадского университета и, как считается, после войны 1991 года взялась восстановить научно-производственный комплекс по созданию биологического оружия. Инспекторы ООН окрестили ее «мисс Сибирская язва».
Непосредственно производством занимались иракские ученые во главе с другой женщиной — доктором Рихабой Рашид Таха (ее инспекторы ООН назвали «мисс Бактерия»). Они выращивали споры сибирской язвы и токсины ботулизма в количествах, достаточных, чтобы уничтожить миллионы людей. Ирак располагал тремя мобильными лабораториями для производства средств ведения биологической войны. Эти лаборатории перевозили с места на место, чтобы скрыть от инспекторов.
После крушения режима обе женщины пытались найти убежище в Сирии, но сирийские руководители в последних числах апреля передали их американским войскам.
Пять разведывательных спутников следили за Ираком. Кроме того, американцы использовали разведывательные самолеты «У-2». Самолет был создан еще во время «холодной войны», чтобы следить за Советским Союзом. Первый полет состоялся в августе 1955 года.
Самые замечательные спутники не могут сравниться со старой боевой лошадкой, которая летает на высоте двадцати километров над землей и фотографирует все, что происходит на земле. Самолет действует ночью и днем в любую погоду: он снабжен всеми видами фотооборудования и радиолокационными установками.
Пилоты сидят в скафандрах, похожих на те, что носят космонавты. Они оснащены кислородными приборами и приспособлениями, которые позволяют пилотам обходиться без туалета в течение многочасового полета.
Скорость самолета — семьсот километров в час, сравнительно небольшая, что делает их уязвимыми. Семь «У-2» были сбиты. Самый известный пилот «У-2» — Гэри Пауэрс, который был сбит над Советским Союзом.
Инспекторы ООН точно знали, что обнаружили не все, чем запасся Саддам.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ
МЕЖДУ ДВУМЯ ВОЙНАМИ: БИЛЛ КЛИНТОН И БОРИС ЕЛЬЦИН
«Холодная война» с Ираком продолжалась больше десяти лет. Все эти годы Саддам представлял собой проблему, которую политики охотно передавали своим наследникам.
В Белом доме Джорджа Буша-старшего сменил Билл Клинтон, который стал сорок третьим президентом Соединенных Штатов.
В детстве его звали иначе.
Он родился на свет Уильямом Джефферсоном Блайсом. Его отец погиб в автомобильной катастрофе за три месяца до рождения сына. Когда будущему президенту исполнилось шестнадцать лет, он взял фамилию отчима, который работал продавцом в автомобильном магазине.
И в этот же год Билл Клинтон стал одним из победителей в конкурсе «Мальчики нации». В этом качестве он побывал в Вашингтоне и удостоился чести пожать руку президенту Джону Кеннеди. С той минуты как он побывал в Белом доме, Клинтон решил, что сам должен стать президентом.
В тридцать лет его избрали генеральным прокурором родного штата Арканзас, а в тридцать два он стал самым молодым губернатором. Клинтон очень неплохо и разносторонне образован — он учился в Джорджтаунском и Йельском университетах на родине и в Оксфордском университете в Англии. Он преподавал право в университете Арканзаса.
За Клинтона проголосовали небогатые и не очень образованные люди. Клинтон славно выступает, умеет завоевывать сердца, и он знает, что именно волнует американцев.
Билл Клинтон, первый раз баллотируясь в президенты, обещал, что не станет заниматься никакими делами, кроме внутренних американских. Разумеется, ему пришлось заняться внешней политикой. Линия Клинтона в отношении России определялась его личным желанием помочь Ельцину. Что бы ни делалось, главное — сохранить Ельцина. Это обеспечило России льготный режим.
Клинтон не подозревал, что Саддам Хусейн сумеет испортить его отношения с Россией…
«КРИК БОЛИ»
Ельцин позвонил Клинтону через два дня после избрания: поздравил и пригласил как можно скорее приехать в Москву. Советники Клинтона возражали против поспешной поездки в Россию. Они считали, что новому президенту нужно начинать с чего-то иного. Но Ельцин прислал письмо, в котором настаивал на встрече. Если Клинтону проще встретиться в третьей стране, он готов на любой вариант.
— Его письмо — как крик боли, — сказал Клинтон своему старому другу Строубу Тэлботу, специалисту по России, получившему назначение в государственный департамент. — Я просто чувствую, как он просит о помощи. Я действительно хочу ему помочь. У него так много врагов внутри страны, и ему нужны друзья за границей.
Строуб Тэлбот с юности мечтал быть корреспондентом в Советском Союзе. Он познакомился с Клинтоном еще в 1968 году в Оксфорде. Они вместе снимали жилье. Клинтон тоже интересовался Советским Союзом и даже написал работу «Политический плюрализм в СССР». Это в 1969 году!.. Тэлбот работал в государственном департаменте, пока Клинтон был президентом, а покинув государственную службу, написал толстую книгу воспоминаний.
На новогодние праздники 1993 года Тэлбот с женой были приглашены к Клинтону. Каждое утро еще не вступивший в свои обязанности президент и Тэлбот вместе бегали. Во время пробежки Клинтон заметил:
— Происходящее в России — это что-то фантастическое. Это не только конец коммунизма. Это конец «холодной войны». Начинается что-то новое. Надо понять это новое, работать с русскими, помогать им.
После инаугурации 20 января 1993 года Клинтон сам позвонил Ельцину и сказал, что намерен встретиться с ним как можно скорее.
Клинтон понимал, что больше всего Ельцину нужен успех в экономике. То есть самое главное, что можно для него сделать, — это найти для него деньги. Тогда русские смогут укрепить рубль, заплатить долги и закупить продовольствие. Лучше всего это сделать с помощью Международного валютного фонда и Всемирного банка, которые прислушиваются к американцам.
Клинтон любил поздно вечером позвонить помощникам, чтобы спокойно обсудить важные проблемы. Накануне первой встречи с президентом России он сформулировал свое видение так:
— В России депрессия, и Ельцин должен стать русским Рузвельтом. Но он не сможет это сделать без нашей помощи.
Клинтон отнесся к своей задаче очень серьезно. Когда помощники излагали ему перечень возможных мер, способных помочь России, он повторял:
— Этого мало, подумайте еще.
Помощники, отвечавшие за внутреннюю политику, пытались его ограничить. У них были свои заботы. Они думали о том, как сократить дефицит бюджета, и не хотели выделять России слишком большие деньги. Но Клинтон и слышать не хотел возражений.
БОРЬБА ЗА ВЛАСТЬ В МОСКВЕ
А в Москве тогда говорили о том, что дни Бориса Ельцина как президента сочтены и он, видимо, скоро уйдет. Возникло ощущение, что он теряет власть над страной и за пределами Кремля ему больше никто не подчиняется.
Между правительством и Верховным Советом развернулась настоящая война. Причем депутаты исходили из того, что настоящая власть в стране — это они.
Казалось, что, когда Ельцину в ближайшем будущем придется уйти, его сменит вице-президент Александр Руцкой. Более проницательные люди видели, что на роль первого человека в стране с большим основанием претендует председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов.
20 марта 1993 года вечером Ельцин внезапно обратился по телевидению к народу:
— Нельзя управлять страной, ее экономикой, особенно в кризисное время, голосованием, репликами от микрофона, через парламентскую говорильню и митинговщину. Это безвластие, это прямой путь к хаосу, к гибели России… Считаю необходимым обратиться непосредственно к гражданам России, ко всем избирателям. Вижу выход из глубочайшего кризиса в одном — во всенародном референдуме…
Телевизионное обращение Ельцина транслировала американская телекомпания Си-эн-эн. Клинтон включил два телевизора и одним глазом следил за Ельциным, другим — за баскетбольным чемпионатом.
В Белом доме собралось все внешнеполитическое окружение Клинтона — вице-президент Альберт Гор, государственный секретарь Уоррен Кристофер, помощник президента по национальной безопасности Энтони Лэйк, его заместитель Сэнди Бергер и представитель в ООН Мадлен Олбрайт. Нужно было решить, как отнестись к заявлению Ельцина.
Кристофер считал, что Клинтон должен высказаться в пользу демократии в России, а не Ельцина как такового.
— Я бы согласился с этим, — ответил Клинтон, — но политика не существует сама по себе. Ее осуществляют люди, одни люди выступают против других. Поэтому нам придется занять чью-то сторону. Мы не можем долго ходить вокруг да около. Дело не в том, что мы сегодня скажем прессе. Важно, что мы скажем Ельцину.
В этот момент Гору пришлось вернуться в своей кабинет. Ему звонил президент Грузии Шеварднадзе. Абхазские сепаратисты с помощью российских военных атаковали Сухуми, и Шеварднадзе просил американской поддержки.
— Спроси его, что он думает о выступлении Ельцина, — попросил Гора Клинтон.
Шеварднадзе ответил, что надо поддержать Ельцина, иначе к власти вернутся коммунисты, которые повернут назад стрелку исторических часов.
Его мнение укрепило Клинтона в собственной правоте:
— Ельцин не отменил действие гражданских свобод, верно? Он объявил референдум, то есть отдал решение вопроса своему народу. Это хорошая традиция.
Помощники президента продолжали сомневаться.
— Послушайте, — продолжал Клинтон. — Вы боитесь, что я поддержу политика, который обречен на проигрыш. А я этого не боюсь. Я сам двадцать раз терпел поражение. Да и вдруг его шансы возрастут, если мы его поддержим…
В министерстве финансов Соединенных Штатов составили план действий: России нужно помочь, чтобы правительство могло выплачивать пенсии, остановить рост цен и обеспечить население продовольствием.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79