А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Это так?
– Знаете, что я вам скажу? Он был просто жлоб в том, что касалось машины. Они иногда его даже за это дразнили, там, на работе.
– Но тем не менее: не было ли случаев, когда он все-таки – в виде исключения – одалживал кому-то машину? Знаете ли вы про такие случаи? Даже если это было один-единственный раз?
Было видно, что она колеблется.
– Ну, бывало, конечно. Но крайне редко. Одному из своих товарищей, с которым он иногда проводил время, тоже с пивоварни. У того машины не было.
– Вы можете назвать имя?
– Ой, мне даже страшно его вам называть, – она говорила медленно, словно бы чувствуя еще не вполне ясную опасность. – Но он иногда одалживал машину Педро. Петеру Фредрику.
– Арону?
– Да.
Сейер медленно кивнул. Он вновь взглянул на свадебную фотографию Эйнарссона, заметил, что волосы у мужчины были светлые.
– Я еще вернусь, – сказал он. – Вы уж меня простите, но расследование таких дел требует много времени, мы еще кое-что должны выяснить.
Фру Эйнарссон кивнула и проводила инспектора к выходу. Ян Хенри вскочил с качелей и побежал ему навстречу; было тепло, и мальчик был в одной майке.
– Быстро вы.
– Да, – задумчиво произнес Сейер. – А теперь мне надо очень быстро разыскать одного человека. Иди-ка сюда, к машине.
Он открыл багажник и достал оттуда пакет с надписью «Fina».
– Это комбинезон. Для тебя. Я знаю, что он пока великоват, но ты ведь растешь.
– О-о-о! – Глаза мальчика увлажнились. – Куча карманов! Он скоро будет совсем впору, а пока я могу закатать штанины и рукава.
– Конечно.
– А когда вы опять приедете?
– Скоро.
– Вряд ли. У вас ведь много дел, наверное.
– Это правда. Но свободное время у меня тоже есть. Можем еще разок прокатиться, если захочешь.
Ян Хенри не ответил. Он смотрел на дорогу – оттуда слышался рев мотоцикла, он буквально разрывал тишину. «БМВ».
– Педро едет.
Ян Хенри помахал рукой. Сейер обернулся и посмотрел на мужчину в черном кожаном костюме, он направил мотоцикл к стойке для велосипедов, остановился и снял шлем. Светлые, довольно длинные волосы, маленький «хвостик» на затылке. Потом мужчина расстегнул молнию своего кожаного костюма – так, что стал виден небольшой пивной животик. На самом деле он был чем-то похож на Эйнарссона. А при плохом свете их, возможно, вообще трудно было бы различить.
Сейер так пристально смотрел на Арона, что тот нервно заерзал на своем сиденье. Потом инспектор улыбнулся, коротко кивнул и поехал своей дорогой.
***
– Где ты был?
Карлсен ждал Сейера в приемной для посетителей, он уже давно высматривал его машину. Время шло, никто не звонил, чтобы сообщить радостную весть, что маленькая Рагнхильд уже давно дома в целости и сохранности. Ее все еще не нашли. У Карлсена был настоящий стресс.
– У Юрунн Эйнарссон. – Было видно, что Сейер очень торопится, что было ему не свойственно. – Пошли, мне надо с тобой поговорить.
Они кивнули фру Бреннинген и пошли по коридору.
– Надо вызвать на допрос одного парня, – сказал Сейер. – Немедленно. Петер Фредрик Арон. Единственный в окружении Эйнарссона, кому он изредка доверял свою «Манту». Изредка. Работает на пивоварне, а сейчас обивает порог Юрунн. Его уже допрашивали раньше, когда Эйнарссон пропал. Я его только что видел, у дома на Розенкранцгате, и знаешь что? Они довольно похожи. При плохом свете разницы между ними можно не заметить. Понимаешь меня?
– Где он сейчас?
– Надеюсь, что в доме. Албум подождет, там же все равно наши люди. Бери с собой Скарре и привози его немедленно, я буду ждать здесь.
Карлсен кивнул и повернулся, чтобы идти. Но тут же остановился.
– Да, у меня тут для тебя сообщение от адвоката Эвы.
– Что такое?
– Ларсгорд умер.
– Что ты сказал?
– Его нашел таксист.
– Она знает?
– Я послал к ней одну из наших девушек.
Сейер закрыл глаза и покачал головой. Он шел по коридору, пытаясь переварить эту новость, но как раз сейчас у него не было времени, чтобы как следует подумать о том, что это известие будет означать для задержанной на шестом этаже. Он вошел в комнату для допросов, закрыл за собой дверь, открыл окно, чтобы впустить немного свежего воздуха. Кое-как разгреб завалы на письменном столе. Быстро подошел к раковине и вымыл руки, выпил стаканчик воды. Открыл ящик архивного шкафа, выудил кассету на триста шестьдесят минут – на ней было записано признание Эвы Магнус. Поставил ее в магнитофон на письменном столе и нажал кнопку перемотки. Временами он останавливал перемотку, слушал, потом опять перематывал и, в конце концов, нашел тот эпизод, который искал, выключил кассету и настроил магнитофон на запись. И стал ждать. Он сидел в удобном кресле от Киннарпс и думал. Возможно, Арон удрал, подумал он; он мог уехать уже далеко на своем быстром мотоцикле. Но он никуда не уехал. Он сидит на диване с газетой у Юрунн и пачкой «Eventyrblanding» под боком. А сама она стоит у гладильной доски посреди комнаты, и перед ней стопка свежевыстиранного белья. Она неуверенно смотрит на двух полицейских в форме, а потом на мужчину на диване, который приподнял бровь, как будто они потревожили его в крайне неподходящий момент. Наконец он поднимается с дивана и идет с ними на улицу. Ян Хенри молча смотрит им вслед. На самом деле ему все равно, что будет с Педро.
***
– Ваше имя Петер Фредрик Арон?
– Да.
Педро свернул самокрутку, не спрашивая разрешения.
– Родились седьмого марта тысяча девятьсот пятьдесят шестого года?
– Зачем спрашивать, если и так знаете?
Сейер поднял на него глаза.
– Я бы вам посоветовал вести себя поскромнее.
– Вы мне угрожаете?
Инспектор успокаивающе улыбнулся:
– Да нет, мы здесь никому не угрожаем. Мы только предупреждаем. Адрес?
– Толлбюгате, четыре. Родился и вырос в Тромсё, младший из четырех детей в семье, отслужил в армии. Да, кстати, ничего не имею против того, чтобы вам помочь, но я ведь вроде уже все сказал.
– Значит, придется повторить.
Сейер невозмутимо продолжал писать. Арон нервно курил, но все равно чувствовал себя на коне. Пока еще он был на коне. Он облокотился на стол с выражением отчаяния на лице.
– Назовите мне хоть одну-единственную причину, зачем мне было убивать своего лучшего друга?
Сейер выронил ручку и удивленно уставился на Арона.
– Господи, дорогой мой, кто же тут думает, что вы это сделали? Вы здесь вовсе не из-за этого. А вы что, думали, мы ради этого вас сюда пригласили?
Он пристально смотрел на Арона и видел, как в бледно-голубых глазах появляется смутное подозрение.
– Ничего удивительного, что мне это пришло в голову, – сказал он неохотно. – Последний раз, когда вы приходили, речь шла об Эгиле.
– И все же вы ошиблись, – кротко заметил Сейер. – Потому что речь пойдет совсем о другом.
Молчание. Дым от самокрутки Арона толстыми белыми кольцами поднимался к потолку. Сейер ждал.
– Ну, и как у вас дела?
– Отлично. Что вы имеете в виду?
Сейер скрестил руки на письменном столе и, не отрываясь, смотрел в глаза собеседника.
– Разве вам не интересно узнать, в чем дело? Если это не касается Эйнарссона?
– Я не имею ни малейшего понятия о том, что вас интересует.
– Нет? Ну ладно. Я думал, что вы спросите. Я бы непременно поинтересовался, – признался он, – если бы меня вот так взяли и оторвали от газеты. Но вполне возможно, что вы просто нелюбопытны. Значит, придется вас немного просветить. Но постепенно. Позвольте сначала только один вопрос: как у вас с женщинами, Арон?
– Это лучше у них спросить, – ответил мужчина недовольно.
– Да, вы, наверное, правы. И кого же мне спросить, по-вашему? У вас их много было?
Арон не ответил. Все его силы уходили на то, чтобы удержать на лице маску безучастия.
– Может, мне поинтересоваться у Майи Дурбан? Как вам такая идейка?
– У вас странный юмор.
– Возможно. Когда мы ее нашли в постели, она ничего сказать не могла. Но тем не менее кое-что она нам дала. Убийца оставил свою визитную карточку. Вы понимаете, о чем я?
Голова Арона дернулась. Он облизал губы.
– И я, разумеется, имею в виду не те визитки, которые можно заказать в издательстве «Ауне» в количестве трех тысяч экземпляров. Я говорю о совершенно особом личном генетическом коде. На земле живет четыре миллиарда человек, но у каждого из них свой, особый код. Ну ладно: не четыре, а чуть поменьше, Арон. Если эту визитную карточку увеличить, она станет похожа на современную гравюру. Такую черно-белую. Но вы-то, конечно, об этом знаете, вы ведь читаете газеты.
– Вы сидите и гадаете. А вам надо иметь разрешение суда, чтобы брать у меня анализы, если вы это имеете в виду. А вам его не дадут. Я не идиот. К тому же я хочу адвоката. Я ни единого дерьмового слова больше не скажу без адвоката, ни единого!
– Ладно. – Сейер снова откинулся на спинку кресла. – Я могу продолжить нашу беседу один. Но разрешение на то, чтобы взять у вас анализ крови, волнует меня меньше всего, это я просто к вашему сведению.
Арон поджал губы, но продолжал курить.
– Первого октября вы были в «Королевском оружии» вместе с несколькими коллегами, в частности с Арвесеном и Эйнарссоном.
– Я никогда и не говорил, что я там не был. – А когда вы покинули пивную?
– Я думал, вы знаете, ведь это ваши люди приехали и забрали меня!
– Я имею в виду-до того. Когда вы взяли машину Эйнарссона и отъехали ненадолго. Может, в половине восьмого?
– Машину Эйнарссона? Шутите? Никто не мог одолжить машину Эйнарссона. Это чушь. К тому же я выпил.
Он два раза жадно затянулся и выдохнул дым. – Я вообще никуда не ездил, я сидел как мешок весь вечер и только пил.
– Вне всякого сомнения. По словам повара, вы напились до бесчувствия. Не стоит забывать, что он-то на работе и трезвый и что он приглядывает за людьми. Видит, кто приходит, кто уходит. И когда приходит и уходит.
Сейер помолчал.
– Значит, вы отправились на прогулку, может быть, посмотрели, как там в городе, и закончили эту небольшую прогулку у Дурбан, там вы припарковали машину Эйнарссона на тротуаре и позвонили к ней в квартиру ровно в восемь. Два коротких звонка. Не так ли?
Молчание.
– Вы заплатили и потребовали товар, за который заплатили. А после этого, – инспектор слегка наклонил голову, продолжая пристально смотреть на Арона, – между вами вспыхнула ссора.
Сейер понизил голос, Арон опустил голову. Как будто вдруг обнаружил у себя на коленях что-то исключительно интересное.
– У вас опасный темперамент, Арон. Вы не успели и глазом моргнуть, как уже убили ее. И вы рванули назад, в паб, надеясь, что таким образом обеспечите себе алиби и никто не заметит, что на самом деле вас какое-то время в пивной не было. И вы решили напиться.
Арон подавленно покачал головой.
– И хотя вы здорово напились, до вас дошло, что вы наделали. И вы рассказали обо всем Эйнарссону. Вы надеялись, что он, возможно, сможет подтвердить ваше алиби. Ведь он же был вашим другом. И вы, парни, всегда держались вместе. Это же был просто несчастный случай, не так ли? Вы просто бедный-несчастный парень, которому не повезло, и Эгиль, конечно же, должен был это понять, поэтому вы решили довериться ему. К тому же он был трезв, возможно, единственный трезвый среди вас, ему бы поверили.
Арон промахнулся, стряхивая пепел.
– Но вы перебрали. Это было глупо, потому что не обратить на вас внимания было уже нельзя. И ближе к ночи хозяин позвонил нам и попросил задержать вас и посадить в вытрезвитель. Эйнарссон помчался вслед на своей машине. Может быть, он боялся, что вы начнете болтать, сидя в нашей машине, или же позже – в камере. Он должен был спасти вас не только от вытрезвителя, он должен был спасти вас от приговора за убийство. И-невероятно, но факт! – ему это удалось. И то, что вам так безумно повезло, дошло до вас не раньше следующего дня, но могу представить, что у вас кровь застыла в жилах, когда вы поняли, что чуть было не влипли.
Арон снова закурил.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42