А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Медленнее!
- Ты же знаешь, что ищешь зря.
- Надеюсь, зря. Ты вполне здорова, Молли. Но ты не очень-то
стараешься оставаться здоровой и дальше.
- Я питаюсь правильно... - последовало глубокое, редкое дыхание, -
...много сплю. И эта лестница - куда лучше любой зарядки.
- Я не об этом. Твое здоровье зависит еще и от _т_о_г_о_.
Я не мог видеть, что они там делают, но мать рассмеялась:
- С этим-то? Я же сказала тебе: ни за что на свете. Ни за что, хоть
озолоти меня.
- Приятно слышать. Но такой у тебя впервые.
Несколько секунд было относительно тихо, слышалось только глубокое
дыхание матери. Потом доктор Эйлин продолжила:
- Ты же знаешь, это чертовски опасно - принимать их всех так, как ты
делаешь.
- Не пугай меня. До _э_т_о_г_о_ никогда не доходило. Я очень
осторожна, - вдох-выдох, вдох выдох. - За все время был один только раз, и
то я теперь не уверена, был ли он вообще. Тебе бы он понравился, Эйлин, -
вдох-выдох, вдох-выдох. - Так или иначе, все в порядке, разве нет?
- Лучше, чем в порядке. Если не считать того, что ты относишься к тем
чудачкам, которые считают, что у всех обязательно должен быть отец. Но,
Молли, я имею в виду другую опасность, и ты это прекрасно знаешь. Ты не
боишься подцепить что-нибудь?
- Так ты здесь из-за этого?
- Я здесь для того, чтобы лечить местных больных. Но речь сейчас не о
них. В Сорока Мирах запросто можно подцепить тысячу вирусов, и
космолетчики приносят их с собой сюда.
- Ты думаешь, Пэдди Эндертон - этот человек в спальне...
- Нет, я не его имею в виду. На вид у него обычные для космолетчика
нелады с легкими, усугубленные тяжелой травмой. Он в ужасном состоянии, но
я боюсь гораздо худших вещей. Те вирусы, о которых я говорю, - мы еще не
встречались с ними. И можно не сомневаться, имеющимися у нас лекарствами с
ними не справиться. Если ты не боишься за себя, подумай хотя бы о Джее.
Я чуть не подпрыгнул на месте как любой, кто слышит свое имя, менее
всего ожидая этого.
- Он уже давным-давно не болел, - сказала мать.
- Не так, как ты думаешь. Подумай, Молли, сколько ему сейчас лет?
- Шестнадцать. День рождения был в прошлом месяце.
- Значит, шестнадцать. Ты замечала в нем какие-нибудь перемены?
- Ты хочешь сказать, созревает ли он? Нет еще. Но разве это так уж
необычно?
- Нет. - Теперь настала очередь доктору Эйлин вздохнуть. - Я все
время встречаюсь с этим в моих поездках. Мальчики шестнадцати, семнадцати,
даже восемнадцати лет, не достигшие половой зрелости. Но так же не должно
быть! И так _н_е _б_ы_л_о_ полсотни лет назад.
- Я никогда не знала, что было по-другому.
- А я знаю. Я помню то время. И я видела старые медицинские карты -
столетней, двухсотлетней давности. Понимаешь, они все еще хранятся в
Миддлтауне, на восточном берегу. Если верить им, мальчики достигали
половой зрелости к двенадцати годам. И знаешь ли ты, что девочек рождалось
столько же, сколько мальчиков?
Реакции матери я не видел, зато знаю, какой эффект это сообщение
произвело на меня. _Д_е_в_о_ч_е_к _с_т_о_л_ь_к_о _ж_е_, _с_к_о_л_ь_к_о
м_а_л_ь_ч_и_к_о_в_! Я был знаком со множеством мальчишек, но девочек знал
только трех. Да и тех, собственно говоря, знал плохо, потому что их не
пускали в школу вместе с нами и все время держали взаперти по домам. Им не
разрешалось выходить ни на рыбалку, ни на прогулку.
- Но почему так? - удивилась мать.
- Сама хочу знать. Но почти наверняка дело в этой проклятой планете.
- Мне казалось, ты любишь Эрин.
- Люблю. Но не настолько, чтобы закрывать на все это глаза.
- Почему же это началось _с_е_й_ч_а_с_, а не сотни лет назад?
- Потому, что мы живем в изоляции. Когда существовала
Сверхскорость...
- Только не начинай опять, Эйлин.
- Закрывая глаза на существование проблемы, никогда не решишь ее,
Молли, пусть все остальные и слышать о ней не хотят. В те времена
существовал постоянный приток на Эрин нужных нам материалов и продуктов из
сотен различных миров. К нам поступали растения, животные, пища и прочие
припасы - поступали каждый день. Но сейчас мы изолированы, и так уже
несколько столетий. Если не считать, конечно, тех крох, что попадают к нам
из Сорока Миров. И все это чертовски плохо. Биохимия человеческого
организма и местная природа - я думаю, они плохо подходят друг другу.
Близки, но не совпадают. И это заставляет меня с тревогой думать о нашем
будущем. Что будет через сто или двести лет? Люди жили дольше, чем живут
сегодня, ты этого не знала? Дольше на тридцать или сорок лет. Не знаю,
может быть, дело в нехватке в пище каких-то микроэлементов, или сам рацион
неудачен, или виноваты какие-то токсины, или что-то в составе атмосферы
Эрина...
Подобное заявление было для доктора Эйлин необычно долгим и
подробным, но конец его я упустил: по лестнице загрохотали шаги Пэдди
Эндертона. Я прислушался. Он медленно взобрался на площадку и остановился.
Последовала долгая и необъяснимая пауза, потом я услышал, как открылась и
закрылась его дверь.
Я поднялся. Там, у матери в комнате, разговор перекинулся на то, не
стоит ли заставить меня есть больше свежих овощей. Я состроил запертой
двери гримасу. Я и так ел их больше, чем хотелось бы.
Настало время бежать - сквозь снегопад - в Толтуну. Когда я вернусь,
Пэдди наверняка успокоится, особенно когда я доложу ему "ничего нового" -
самую приятную для него новость.
Я и сейчас считаю, что идея была не так уж плоха. Если не считать
того, что, когда я приоткрыл дверь и вынырнул на площадку, там меня уже
поджидал Пэдди Эндертон собственной персоной.
Одна его лапища сцапала меня за руку, другая зажала рот. Он навалился
на меня так, что рот его оказался всего в дюйме от моего уха.
- Ни звука, Джей Хара, - просипел он. - Нам с тобой надо потолковать
кой о чем. И не вздумай брыкаться, или я сделаю тебе больно.
Мне и так было больно. Но я счел благоразумным помалкивать, и мы
зашли в его комнату.
Дверь закрылась. Только теперь я был не с той ее стороны, с какой
хотелось бы.

5
Эндертон усадил меня на свою неприбранную постель и придвинул кресло
поближе, так что мы сидели лицом друг к другу на расстоянии пары футов.
- Эта баба, - у него не было в руках ни ножа, ни другого оружия, но я
знал, захоти он, ему ничего не стоит управиться со мной и так. - Кто она,
и зачем ты притащил ее в мою комнату?
Я струсил. Я рассказал ему все. Я объяснил, что доктор Эйлин Ксавье -
старый друг нашей семьи и поэтому так что заходит к матери без
предупреждения. У меня не было возможности рассказать ему о ней.
Поведав это, я продолжал в том же духе, выкладывая все, что знал о
докторе Эйлин. Все время, что я распинался перед ним, он ерзал в своем
кресле. Глаза его перебегали с меня на окно, за которым все шел снег, на
запертую дверь, на странное сооружение из синих трубок, смотревшее на
озеро. Кроме того, он постоянно подливал себе в грязный стакан бесцветную
жидкость из бутылки без этикетки.
- Она слишком много видела, - сказал он, когда я кончил, и вытер рот
тыльной стороной ладони. - Если бы я подумал, что она... Вопрос в том,
проболтается ли она? Где она живет?
- К югу отсюда, на берегу, сразу за Толтуной. Доктор Эйлин не из
болтливых. - Не считая бесед с матерью, добавил я про себя. - А что вы
имели в виду, когда сказали, что она видела слишком много?
Он долго смотрел на меня, так что у меня перехватило дыхание.
- Ну, - произнес он наконец, - что-то вроде этого...
В его голосе появились вкрадчивые нотки, которых я еще никогда не
слышал.
- Ты сообразительный малый, Джей, и я полагался на тебя все эти
недели. Я был добр к тебе, по крайней мере старался, и ты это знаешь. Но я
хочу быть еще добрее. Ибо вижу я день, когда Джей Хара будет знаменит как
лучший космолетчик, что когда-либо взлетал с Эрина. И когда этот день
настанет, хотел бы я, чтобы Джей Хара говорил всем, что он был другом и
партнером с Пэдди Эндертона.
Я не знал, что ответить ему, мне оставалось только сидеть и
разглядывать поры на его большом потном лице. Впрочем, я и не смог бы
сказать ничего, поскольку его одолел новый приступ кашля. Только
оправившись от него, он продолжил:
- Ведь правда, мы с тобой партнеры - ты и я. Я доверяю тебе как
партнеру. На Эрине не было еще мальчишки, да и взрослых не так много, кто
видел и слышал то, что я хочу показать и рассказать тебе сейчас. Глянь-ка
сюда, Джей.
Он поднялся и подошел к синим трубкам на окне. Их было немного, и вся
система казалась слишком простой, чтобы годиться на что-то, но Эндертон
поколдовал над ней немного, затем щелкнул выключателем сбоку.
- Посмотри в эти окуляры. - Он протянул мне пару холодных трубок, не
прикрепленных к остальным.
Я послушался... и чуть не выронил их из рук. Я увидел космопорт
Малдун: купола, стартовые башни, силовые решетки - все покрытое тонким
слоем белого снега.
Но этого не могло быть! Порт находился от нас в десяти милях если не
больше, на другом берегу озера.
Я оторвался от окуляров и подошел к окну. Ветер на улице крепчал,
снег валил все сильнее. Я с трудом мог разглядеть за снежной завесой даже
берег озера.
- Но это ведь не Малдун, правда?
- Он самый. - Эндертон щелкнул другим переключателем. - Попробуй
теперь.
Я увидел то же самое, только еще ближе. Теперь в поле зрения
находился только один купол с башнями лифтов по бокам.
- Но как этой штуке удается видеть сквозь снег, если мы не можем?
- Не знаю. Какая разница как, главное - видит. - Он щелкнул третьим
рычажком. - А теперь?
На этот раз можно было разглядеть даже людей, съежившихся под ударами
ветра на крыше купола. Тут меня пронзила совершенно ужасная мысль:
конечно, я плавал в Малдун, но попав туда, не слишком-то рьяно искал этих
его двух Полулюдей. Вместо этого я околачивался на стартовой площадке,
слушая космические байки.
И все это время он мог, не выходя из комнаты, наблюдать за мной! И
тут же я сообразил, что скорее всего не мог. Картинка в нижней части была
нерезкой, а ниже пятнадцати футов над землей на ней вообще ничего не было
видно. Виновата в этом была, судя по всему, кривизна поверхности Эрина. А
это значило, что, хотя Эндертон и мог наблюдать за тем, что творится в
Малдуне, люди на земле оставались вне поля его зрения. Если, конечно, он
не смотрел откуда-нибудь с крыши.
Должно быть Эндертон принял мой облегченный вздох за восхищение. Он
довольно кивнул:
- Теперь ты знаешь, как с комфортом смотреть на запуски. Последние
несколько дней я только это и делал. И сдается мне, приближается конец
навигации.
Благодаря моим путешествиям в Малдун я знал, что он имеет в виду. В
начале зимы все космические экипажи, которые хотят провести конец года
дома, слетаются в Малдун. Они спускаются на планету со своих космических
кораблей в челноках, и навигация завершается. Порт погружается в зимнюю
спячку, команды разъезжаются из Малдуна по домам. Большинство отправится
на восток, в Скибберин и другие большие города, но каждый год кто-нибудь
из космолетчиков обязательно оказывался на западном берегу нашего озера.
- А Толтуну вы так же хорошо видите? - спросил я. Город был гораздо
ближе, так что никакая кривизна поверхности планеты не спасла бы меня.
Но прежде чем он настроил свой аппарат, я уже знал ответ. Каким бы
волшебным образом видел ни этот аппарат сквозь снегопад, сквозь стены он
смотреть не мог. А Толтуна была скоплением домов, заслонявших от Эндертона
улицы и площади, не говоря уж о внутренних помещениях гостиниц и
магазинов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55