А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

По сравнению с Линой, это был явный прогресс. Джеки обещала стать новой Джиной Лолобриджидой. У нее были небесно-голубые глаза, как у всех уроженцев Северной Италии, и темные волосы. Она редко улыбалась, но когда это случалось, ее глаза сверкали, морщился нос и рука шла ко рту, чтобы прикрыть самую откровенную в городе шину на передних зубах. Она подмигнула Броуди, когда он проходил мимо, закатила глаза в знак полного смирения и кивнула в сторону отдела лекарственных препаратов.
За стеклом виднелся Старбак, сухопарый потомок торговцев из Бедфорда. Он печатал на машинке ярлык с названием лекарства. Пишущая машинка фирмы "Вудсток", по глубокому убеждению Броуди, могла быть оценена как предмет антиквариата значительно выше, чем вся аптека Старбака. Ее хозяин как бы сошел с обложки книг Нормана Рокуэлла с зеленым козырьком из целлулоида над глазами и прочими атрибутами аптекаря былых дней. И, несмотря на то, что его дела вроде бы пошли на поправку, сохранял кислое выражение на лице.
- Доброе утро, - вымолвил Броуди без особого энтузиазма.
Старбак не поднял глаз. Он тщательно провел ярлыком по мокрой губке, прилепил его к бутылке, а затем поставил ее на прилавок.
- Вчера звонила ваша жена, - сухо сказал он. - Таблетки для нее есть.
- Что за проблема с парковкой?
Старбак указал большим пальцем руки на боковую дверь и резко бросил:
- "Казино Дель Map". - Произнося эти слова, он не скрывал презрения к иностранным названиям. - Рядом с моим грузовичком для доставки товаров на дом. Сам видел, как Питерсон запарковался. А сам он пошел в банк. - Он со значением взглянул на Броуди. - И, заметьте, в субботу.
- Вы думаете, он намерен ограбить банк?
- Вес может быть. Только он без оружия. А для меня никто банк в субботу ни за что не открыл бы...
- Возможно, вы взяли у них в кредит не так много денег?
Глаза Старбака поледенели.
- Все берут в кредит слишком много... - многозначительно произнес он. - Кроме тех, кто уже продал свою собственность, не так ли?
- Вы считаете, что мне ее не нужно было продавать? - хмыкнул Броуди.
Старбак пожал плечами.
- По-моему, вы поступили правильно. Хотел бы я иметь участок, примыкающий к пляжу.
- Какие-то жалкие сто футов! Вспомните, Нейт, в то время почти все торопились с продажей. Как вы думаете, сколько я получил?
- Меня это не касается.
- Правильно, - согласился Броуди. - Послушайте, но ведь Питерсон не мог запарковаться на стоянке у банка. Там полно грузовиков. А ваша парковка свободна. Так какая разница?
Старбак сурово сжал губы.
- Разве отменили городские законы о правилах парковки? Здесь могут находиться только мои клиенты. Или я не прав? - Потом пожал плечами и проговорил: - Конечно, вы, возможно, боитесь его оштрафовать. Я об этом сразу не подумал...
Броуди резко повернулся и вышел через боковую дверь. "Монако" - автомобиль Питерсона с номерными знаками штата Нью-Джерси и надписью золотом "Казино Дель Map" был припаркован возле грузовичка Старбака. Броуди поглядел на стену здания, где красовалась надпись "Только для клиентов аптеки. Автомобили нарушителей доставят на полицейскую стоянку". Надпись недавно покрасили и не забыли указать внизу номер соответствующего постановления муниципалитета. Видимо, Старбак решил внести свой вклад в улучшение внешнего вида города. Правда, по мнению Броуди, на этом хозяин аптеки и остановится.
Он начал уже выписывать квитанцию на уплату штрафа, когда увидел, что к нему приближается Питерсон, небольшой энергичный мужчина, похожий на боксера в весе петуха. Питерсон приветствовал полицию улыбкой.
- Боже мой, - воскликнул он, - неужели город Эмити так нуждается в деньгах?
- Послушай, Пит, пойди-ка ты в аптеку и купи чего-нибудь у этого старого хрыча. Пачку жевательной резинки или что-нибудь подобное.
Питерсон поблагодарил за совет и вошел в аптеку. Броуди спрятал книжечку с квитанциями и, подойдя к своей машине, еще раз осмотрел улицу.
Все заканчивалось благополучно. Человек, которого он направил в аптеку, спасал город, а такие идиоты, как Старбак, отказывались это понять.
Он забыл взять пилюли для Эллен, но день был слишком хорош, чтобы испортить его, дважды повидавшись со Старбаком.
Он сел в машину и отправился домой обедать.
* * *
- Шон, - вздохнула Эллен, - ты собираешься заканчивать еду?
Броуди медленно тянул пиво и, покачиваясь на задних ножках стула, наблюдал за тарелкой своего младшего сына. На тарелке разгоралось футбольное сражение. Одиннадцати зеленым горошинкам противостояли зерна кукурузы, а главную роль играла вилка, гонявшаяся за игроками.
- Еще не конец игры, - подытожил Броуди, допивая пиво.
Эллен отказывалась участвовать в игре.
- Когда он разделается с обедом, я бы хотела помыть его тарелку, - сказала она недовольно.
- Не торопи его, Эллен, - сказал Броуди. - Он и так молодец. Никто быстрее его с вилкой не управляется.
Она забрала тарелку, несмотря на протесты Шона, а мужу напомнила:
- Пожалуйста, не забудь о Майке.
Нет, он не забыл, просто отложил эти дела на вторую половину дня. Майк сумел уговорить свою мать стать членом комитета по организации и проведению городских состязаний яхт для подростков. Она выложилась полностью, чтобы провести регату в будущее воскресенье. А он убедил младшего брата пойти вместе с ним на яхте, и тот теперь с нетерпением ожидал гонок. Потом Майк охладел к своей затее. Яхта выглядела отвратительно и требовала, чтобы к ней приложили немало времени и сил. В парусе оказалась дыра, да и сам Майк не участвовал в гонках к маяку у Кейп-Норт с прошлого лета.
Броуди с трудом поднялся на ноги. Шон сделал то же самое. Броуди слегка отпустил поясной ремень. Шон последовал его примеру. Тогда Броуди присел и посмотрел сыну в глаза.
- Как насчет того, чтобы заняться серфингом? Сегодня вечером можем искупаться возле казино.
Шон расплылся в улыбке. Одного переднего зуба у него не было, но даже дырка смотрелась великолепно.
- Ничего не выйдет, - сказал мальчишка. Потом неожиданно импульсивно поцеловал отца и выскочил в кухонную дверь.
"Что бы ни было, - подумал Броуди, - а этого у меня не отнять". Он повернулся и неохотно стал подниматься по лестнице.
Эллен Броуди начала натягивать резиновые перчатки перед тем, как приняться за грязную посуду. Потом она вспомнила, что на указательном пальце еще раньше образовалась дырка, и стянула перчатки.
Эллен налила в мойку жидкости для мытья посуды и открыла кран, из которого полилась обжигающе горячая вода. Кран был неисправен, и она забрызгала блузку. Эллен сказала несколько крепких слов, но тихо, чтобы не слышал Шон. Она знала, что сын находится в комнате для стирки белья и красит румпель яхты своего брата. Они заключили какой-то сложный договор, имевший отношение к предстоящей регате. Если Шон услышит, что она моет посуду, то к моменту завершения работы он уже будет на полпути к пляжу, чтобы его не заставили эту самую посуду вытирать.
Она опустила руки в воду и поморщилась. Броуди обещал еще вчера купить новую пару резиновых перчаток. Но ему явно наплевать, если руки у нее станут красными, как у прачки.
Перчатки могли и не понадобиться, если бы Броуди починил посудомоечную машину, а не провел все прошлое воскресенье с Майком и Шоном, оснащая яхту. Ну, а теперь, когда началось лето, три месяца она его вообще не будет видеть из-за наплыва туристов.
Впрочем, Эллен его все равно уже потеряла, потому что он проводил все свободное время с сыновьями.
- Шон! - позвала она.
Ответом было мертвое молчание, но скрип двери говорил о том, что ее услышали.
- Динг-Донг, - проронила она как бы невзначай. В конце концов, на этой неделе была его очередь помогать с мытьем посуды.
Вошел Шон как ни в чем не бывало.
- Привет! - вымолвил он с улыбкой. На носу красовалось пятнышко белой краски. Она вытерла пятно и очень решительно вручила ему полотенце.
- И тебе привет. Ну, как дела с яхтой?
Он взглянул на полотенце, как будто видел его впервые.
- У нас в самом деле есть Динг-Донги? - поинтересовался Шон.
- Ты же их вчера прикончил, разве не помнишь?
- Но ты же сказала...
- Я просто думала вслух. Я не подозревала, что кто-то скрывается за дверью. Мне никто не отвечал.
Она вручила ему тарелку со словами:
- Смотри, не урони. Я тебя предупреждаю...
Он состроил гримасу.
- Майк сказал, что я должен закончить покраску румпеля, или он не возьмет меня с собой на яхту, я тогда не буду в регат...
- Когда вытрешь насухо посуду.
- Но мама... Папа!
- Он наверху разговаривает с Майком, - пояснила она, а про себя подумала: "Давай, три, самородок, или я тебя задушу полотенцем".
Он начал очень медленно вытирать тарелку, а потом пожаловался:
- Я не успею закончить свою работу... И он не возьмет меня на яхту...
- Шон, - сказала она строго, - я хочу, чтобы ты меня выслушал внимательно и все хорошенько запомнил.
Он взглянул на нее. Нижняя губа у него была оттопырена, а в глазах светилась злость. Типичный, вконец избалованный маменькин сыночек. Отец бы его сейчас не узнал.
- Ну, что еще?
- Если ты не будешь мне помогать сегодня и до конца недели, ни о какой регате не может быть и речи.
- Почему?
- Потому что в оргкомитете не будет председателя! Ну, председательницы. И как тебе это понравится?
- Ну, мама.
- Я все сказала.
Он еще немного поработал полотенцем, потом одарил ее улыбкой.
- Он тебе не позволит уйти в отставку.
- Отец? Ты что имеешь в виду, когда говоришь, что он мне не позволит? Хочешь попробовать?
Шон стал ее внимательно изучать своими голубыми, как фарфор, глазами. Затем решил не продолжать спор.
- Нет, не хочу.
- О'кей, - сказала она и постаралась успокоиться.
Внутри у нес все еще кипело. "Он, видите ли, не позволит ей уйти в отставку! О чем они думают? Нашли себе рабыню!"
Но по сути дела, они, конечно, правы.
* * *
Броуди стоял рядом с письменным столом Майка у окна спальни и перелистывал журнал "Скин дайвер" для любителей подводного плавания, чтобы дать возможность своему рассерженному сыну, лежавшему на постели, прийти в себя.
"Значит, не удалось добиться своего, когда я помог ему купить яхту", - проносилось в голове.
Журнал был взят с верхушки огромной кучи ему подобных, высотой около фута. Броуди задержался на рекламе "Аквалангистов США", отпечатанной в красках на развороте. На рекламе был изображен мужественный мужчина при усах, обвешанный подводным снаряжением последнего образца. На его теле блестели капли морской воды, а рядом возлежала красотка в плотно облегавшем ее тело резиновом костюме и с вожделением смотрела на него мокрыми глазами.
"Сволочи, - подумал Броуди. - Их интересуют только деньги... Сволочи".
- Что ты собираешься с этим делать? Сжечь? - жаловался Майк, глядя в потолок. - Это же не порнография.
Броуди посмотрел на старшего сына. Майк выглядел усталым. Он пропустил обед, и не только сегодня, но и вчера. Голодная забастовка была объявлена после того, как отец его приятеля Энди дал своему сыну разрешение заниматься в центре подводного плавания. Энди начал ходить туда на курсы. Но Броуди готов был дать свое согласие лишь после того, как в аду ударят морозы.
Он постучал пальцем по журналам.
- Знаешь, Майк, - сказал он, - лучше бы это была порнуха.
- Ну, ну. Если ты так хочешь, я это устрою, - ответил Майк сдавленным голосом. - Старбака еще и не такими журналами торгуют. Джеки их даже не открывает, настолько они грязные. Я же специально копил деньги, чтобы пойти на курсы. Теперь все истрачу на порнуху.
- Успокойся, Майк.
Сын повернулся на бок лицом к отцу:
- Ну, послушай, папа. Знаешь, пока Энди, Чип, Лэрри и все ребята в нашем вонючем городишке будут заниматься подводным плаванием, я буду лежать у себя на кровати и читать порнографические журналы. А потом...
- Успокойся, говорю тебе! - прорычал Броуди. - Послушай, если хочешь плавать, иди в бассейн.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37