А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


- Вы собираетесь продать свою аптеку? - переспросил Вогэн удивленно. Он пытался понять, в чем причина, толкавшая фармацевта на подобный шаг, и не был расположен верить его словам. В бизнесе нужно было быть осторожным.
- Да-с, - ответил Старбак. - Хочу продать.
- Послушайте, - протянул мэр. - Естественно, я немного шокирован, но конечно же придется взяться за это. Вы запрашиваете, по-моему, слишком большую цену. Но через месяц или чуть позже, если будет принят закон, разрешающий азартные игры...
- Я не намерен ждать месяц или около того. Я хочу продать сейчас.
В голове Вогэна прозвучал сигнал тревоги. Вроде бы вырисовывалась довольно благоприятная картина, Вогэн понимал, что перед его фирмой открывались беспрецедентно хорошие перспективы роста и благосостояния, о чем он сам говорил на заседании Ротари-клаб. Но мэр был слишком осторожен после пережитых событий.
Туристический бизнес непредсказуем, необходима стабильная вера в будущее центра Эмити, чтобы поддерживать цены на недвижимость на хорошем уровне. По крайней мере, до принятия закона об азартных играх, что поднимет стоимость земельных участков. Но пока что было крайне странно и неприятно узнать, что собственник из центра сейчас собирается выйти из игры. Может упал спрос на аптечные товары?
Вогэн постучал карандашом по столу.
- Давайте не будем сейчас обсуждать цену. Мы все привыкли, что у нас здесь всегда был Старбак, торгующий пилюлями, а сейчас... Вернее, я хотел сказать, что вы Старбак удовлетворяли нужды города в фармацевтических товарах. Все три поколения Старбаков, не так ли? Поэтому вы должны понять, каким ударом...
- Здоровье, - сказал Старбак.
- Здоровье?
- Да, Лина. У нее рак, - и Старбак даже не моргнул глазом.
Вогэн оцепенел. Почти сорок лет назад Лина, в то время худющая девчонка-подросток с выступающими зубами, присматривала днем за ним, когда его родители работали летом на торговца недвижимой собственностью в Хэмптоне. Лина никогда его не обижала и научила карточным играм.
- О нет, - воскликнул он. - Только не Лина!
- Ее придется положить в больницу в Нью-Йорке, а там нужно платить по сотне в день. К тому же неизвестно, как долго надо лечиться, а наша медицинская страховка такие болезни не покрывает.
Вогэн стал барабанить пальцами по столу. Аптека Старбака была самым лакомым куском на Мейн-стрит. Когда закончат строительство казино и примут закон об азартных играх, любой участок к югу от Скоч-роуд будет стоить целое состояние. Старбак пытался продать аптеку во времена Беды, но тогда охотников не нашлось, а сейчас он взял крупную сумму в банке под залог своей собственности. Вогэн сам оценивал аптеку для банка. Видимо, Старбак не представлял себе реальной цены своей собственности в будущем. Он запрашивал пятьдесят тысяч долларов, а Вогэн был уверен, что сможет продать за семьдесят пять или оставить ее себе и переждать...
- Передайте Лине мои соболезнования. Я выставлю аптеку на продажу по цене в пятьдесят тысяч и свяжусь с клиентами. Посмотрим, что удастся сделать.
Старбак усмехнулся.
- Пожалуйста. Буду рад.
Что-то в его тонкой ухмылке поразило Бона.
- Я убежден, что нам удастся се продать, - сказал он слабым голосом.
- Думаю, лучше бы вам самому это сделать, - ответил Старбак. Он встал, натянул шляпу и вышел.
И что он этим хотел сказать? Возможно, переживает из-за Лины, бедняга.
Вогэн решил заставить его помучиться с недельку, предложить ему тридцать пять тысяч только ради Лины и самому купить аптеку.
На столе замигал сигнал телефонного звонка. Звонил Клайд Бронсон, депутат Эмити в законодательном собрании штата, из Олбани. У него только что побывал полицейский комиссар штата, которого до того посетил адвокат, представляющий интересы сержанта полиции по имени Джеппс. Сержант был задержан по обвинению в мелком правонарушении, связанном с огнестрельным оружием, и нарушении федерального закона по защите окружающей среды. Арест был произведен полицией Эмити.
Как пояснил Клайд, полицейская комиссия штата в принципе выступала против закона об азартных играх. К тому же хранила досье на всех законодателей штата, включая самого Бронсона. Если Вогэн думает, что, испортив отношения с комиссией, он тем самым поможет принятию закона, он глубоко заблуждается.
- Ты понял меня, Ларри?
Вогэн слышал тяжелое дыхание законодателя и ответил ему, что понял.
Положив трубку на рычаг, мэр откинулся в кресле. У него тоже участилось дыхание. Он направился в полицейский участок, но Броуди за столом не было. Полли читала "Боязнь самолетов". Вогэн зло поглядел на нее, сжав губы.
- Где он? - требовательным голосом произнес он.
- В лаборатории криминалистики округа Саффолк, Ларри. Послушай, ты весь потный. Что-нибудь случилось?
- Ничего такого, что нельзя было бы исправить, если уволить твоего босса.
- У тебя ничего не выйдет, - ответила она. - Мы государственные служащие.
- Как только он появится в дверях, сейчас же ко мне! - рявкнул Вогэн на прощанье.
Мэр покинул здание мэрии и отправился выпить рюмочку в бар "Рэнди бэр".
3
Броуди припарковался рядом с машиной "скорой помощи" округа Саффолк в зоне, отведенной для полиции, вынул из багажника винтовку Джеппса, бумажный пакет с патронами, которые достал из патронника, и исковерканную канистру. Пошел к громадному черному зданию, где в прошлом году он посещал семинар по вопросам полицейской науки.
Он чувствовал себя несколько глупо с винтовкой и прочими вещественными доказательствами, как будто играл роль Шерлока Холмса на благотворительном концерте в школе, устроенном комитетом учителей и родителей. Когда Броуди открыл стеклянную дверь, молодой сержант, сидевший у двери, вскинул руки вверх.
- Не стреляй, Броуди, я тебе готов все отдать.
Затем Сержант попросил его расписаться в журнале посетителей, передал дежурство другому офицеру и поехал вместе с Броуди на лифте вверх.
Броуди рылся в памяти в поисках имени сержанта, лицо которого запомнил как лектора, разъяснявшего тонкости полицейского устава. Наконец вспомнил: сержант Паппас.
Они проходили по коридорам, кипевшим деловой активностью. Мелькали полицейские в форме, в гражданском и вольнонаемные.
Из разных комнат доносился треск рации, беспрестанно звонили телефоны.
- Крысиные гонки, - бросил на ходу сержант. - Вам не требуется еще один человек на подмогу?
- Тебя сделают начальством, - ответил Броуди, - и ты умрешь от голода на мою зарплату.
- Попробовать можно, - сказал сержант и провел Броуди через двойные двери в лабораторию.
Броуди помнил это место с тех времен, когда три года назад его водили на экскурсию по всем помещениям. Сержант записал в журнал винтовку, патроны и канистру, проследил, чтобы клерк всюду повесил нужные бирки и потом двинулся через всю лабораторию мимо комнаты, где стоял детектор лжи, к двери с надписью "Баллистика".
Вдоль всей стены была развешана коллекция оружия от миниатюрных автоматических пистолетов до автоматов, которые Броуди помнил еще по армии. Над коллекцией висела надпись "Секция проверки оружия".
На противоположной стене располагалось совсем другое: Самопалы, монтировки, дубинки, утыканные гвоздями, кастеты, обрезы и одинокий автомат. На нем было выгравировано распятие, символ мира и шла надпись золотыми готическими буквами "За народом всегда останется право носить оружие".
Хорошенькая негритянка с копной густых волос рассматривала две пули под микроскопом. Она повернулась к вошедшим.
- Броуди, - сказал сержант, - познакомься с гордостью округа Саффолк лейтенантом Свид Йохансон. Лейтенант, это начальник полиции Эмити.
Она попыталась что-то раскопать в памяти:
- "Эмити... Эмити".
- Это будущий Лас-Вегас на Восточном побережье, - подсказал Броуди.
- Нет, что-то не то, - покачала она головой.
- Бывшая родина Большой Белой акулы, - признался Броуди. Он ненавидел такое определение, но сталкивался с ним постоянно.
Лейтенант прищелкнула пальцами.
- Да-а, точно - потом посмотрела на него с любопытством и сказала: - А вы играли роль наживки для акулы?
- Да, я был там, - сознался Броуди.
У молодой женщины были мелкие белые зубы, сверкающие темные глаза и хорошенький вздернутый носик. Она передернула плечами:
- Видимо, вы тогда там все посходили с ума.
- Во всяком случае, - согласился Броуди, - это было для нас непривычно.
- К примеру, как сейчас, - добавил он, передавая девушке винтовку.
- Ну этим нас не удивишь, - заметила она, взглянув на винтовку. - Вы первый полицейский, вошедший сюда в этом году, кто не пытается меня убедить, что знает о баллистике больше меня.
- Он не прочь узнать, - сказал сержант, положив на се стол винтовку, патроны и канистру, - откуда эта дырка? Не появилась ли она от выстрела из этой винтовки? Пожалуйста, проведите испытания и подготовьте полный доклад, о'кей? А также уточните, в какую сумму следует оценить проделанную работу.
Броуди почувствовал себя неуютно. Теоретически власти Эмити должны были платить за любые услуги, которые оказывала им полиция округа Саффолк, что случалось раз в десять лет. Но у него не было на эти цели никаких средств по бюджету. Ему придется выбивать дополнительные деньги из городского совета, который вряд ли поймет, почему он сам не мог провести баллистические испытания.
Броуди облизнул губы и спросил:
- Может быть, вы поможете мне как профессионал профессионалу?
Лейтенант улыбнулась. Улыбка у нее была потрясающей.
- Ладно, без проблем. Когда-нибудь накормите меня обедом. Скажем, в нашей столовой? За доллар тридцать пять центов плюс пирог с яблоками?
- Обязательно.
Молодому сержанту такая сделка пришлась не по душе, но он промолчал.
Броуди рассказал о связи между канистрой, винтовкой и раненым тюленем, поделившись своими подозрениями. Сержант поднял палец:
- Эй, я об этом сегодня читал. Тот парень - полицейский из Флашинга!
- Ну и что? - возразила лейтенант. - Это не дает ему права стрелять в тюленей.
Она просунула палец через дырку в канистре и заметила:
- Слишком большая дыра. Больше похоже на "Магнум" или 45-й калибр. Вы проверили, нет ли у него пистолета?
Броуди покачал головой. Джеппс был в пижаме, когда он его застал стреляющим из винтовки, и не подумал о том, что следовало бы получить ордер на обыск в доме. А сейчас, конечно, уже слишком поздно. Броуди стал оправдываться, говоря, что, по его мнению, и катер, и аквалангисты находились на расстоянии, недосягаемом для пистолета.
- Возможно, вы правы, - сказала она, изучая винтовочные патроны. - Скорее всего, рикошет.
Она пожала плечами и вынула из-под микроскопа одну из пуль, которую изучала раньше. У пули была надпилена крестом верхушка. Лейтенант кивнула в сторону сплющенной пули, оставшейся под микроскопом:
- Вот эта, стреляная, проделала дыру не меньше вашего кулака в багажнике полицейской машины.
- А разве у вас здесь убивают полицейских? - спросил Броуди.
- Не убивают, а расщепляют на атомы, - пояснил сержант.
У Броуди засосало под ложечкой. Значит, болезнь Манхэттена дошла уже до Лонг-Айленда. Если дело так пойдет и дальше, эта раковая опухоль достигнет и Эмити. Всего-то ничего, каких-то сорок миль.
- Зачем? - спросил он. - Зачем им это нужно?
- Как тебе сказать, - холодно ответил сержант. - Так преступники поступают. В таких случаях начинаешь задумываться: а стоит ли пытаться в чем-то обвинить своего собрата-полицейского?
- Может быть, у тебя и возникают подобные вопросы, - сказала Свид. - Что касается меня, он всего лишь еще один подозреваемый.
Она повернулась к микроскопу со словами:
- К среде у меня будут предварительные результаты, Броуди. Позвоните мне.
- Спасибо, лейтенант, - сказал он.
- У нас здесь семь лейтенантов, так что зовите к телефону шведку. Скорее всего, я единственный чернокожий представитель Швеции в этом здании.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37