А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Ее напрягшимся соскам стало невыносимо тесно в блузке.
– Да, да, – шептал он.
Только теперь Блэр заметила, что он трется о ее ягодицы, явно стремясь ускорить события. Она ощущала, как отвердела его плоть. Возмущенная его домогательствами, Блэр попыталась освободиться, но ей мешала его рука, скользящая под блузкой все ниже и ниже. Кнопка на джинсах была плохой защитой и расстегнулась мгновенно. И тут же его ладонь дерзко легла на ее пупок. Пальцы быстро прошлись по его краям и, не задерживаясь, стали спускаться ниже. Но едва один из пальцев оттянул резинку трусиков, Блэр словно услышала тревожный сигнал. Туман страсти рассеялся, и Блэр, извернувшись, вырвалась из его объятий. Ее губы дрожали, и она, широко раскрыв глаза, смотрела на него как испуганный зверь.
– Нет, Шон. – Она так энергично тряхнула головой, что ее волосы рассыпались по плечам.
– Но почему? – Его грудь вздымалась; он с трудом перевел дыхание. Зрачки его расширились настолько, что глаза казались почти черными.
– Почему? – дрожа воскликнула она. – Да хотя бы потому, что мы только сегодня познакомились.
– Разве это так важно? Я захотел тебя в тот самый миг, как увидел. Ты тоже меня хочешь, и так же сильно, хотя и не признаешься в этом.
– Неправда, не хочу! – крикнула она, поспешно застегивая джинсы и заправляя в них блузку. Блэр хотелось закрыть груди ладонями, чтобы его похотливые глаза не заметили ее возбуждения. Ах, хоть бы оно прошло! Но она не владела собой. Ее тело, привыкшее подчиняться волевым импульсам, сейчас взбунтовалось. Он предало ее, соблазнившись волнующими прикосновениями Шона, отвечая на его страстные просьбы.
Собрав все силы, она гневно произнесла:
– Я сразу же ясно объяснила, что приехала сюда ненадолго и у меня нет ни времени, ни желания завязывать с тобой близкие отношения.
– О!.. – сквозь зубы простонал он.
Несколько секунд он стоял подбоченившись и не отрываясь глядел на нее. Блэр уже хорошо поняла, что внешне воспитанный Шон Гаррет – человек очень темпераментный, а потому, вероятно, непредсказуемый. Сейчас его глаза горели не столько от страстного желания, сколько от ярости.
А что, если его ярость усилится? Похоже, она не способна сказать ему «нет». Он, видимо, полагает, что ее, как оконную замазку, можно мять, придавать ей любую форму и вообще делать с ней все, что вздумается. Он, конечно, считает ее бесхребетной и мечтающей лишь о том, чтобы он обратил на нее внимание. Услышав, что счастливые замужние дамы, такие, как Пэм, с восхищением говорят о сексуальной привлекательности Шона, Блэр перестала удивляться его самоуверенности. Да он наверняка ни на минуту не забывает о своей красоте. Но рано или поздно ему придется получить отказ.
Вздернув подбородок, она решительно сказала:
– Я не хочу спать с вами, мистер Гаррет.
Произнеся это, Блэр повернулась и направилась к выходу. Он поймал ее у самой двери.
Она не успела опомниться, как Шон подхватил ее на руки.
– Понимаешь ли ты, что делаешь? – холодно спросила она.
Между тем Шон, выскочив с ней за дверь, понес ее через лужайку.
– Пока я здесь, тебе не нужно взбираться по лестнице. Разве можно думать, что тебе никто не нужен? Я знаю, ты никогда не попросишь о помощи. Но я и без просьб хочу сделать для тебя такую малость – дать отдых твоим коленям.
Шон легко взлетел с ней по лестнице. На верхней ступеньке он поставил ее на ноги.
– Спасибо за обед. – Блэр старалась произнести эту фразу как можно отчужденнее, но вдруг почувствовала, что ее горячо и пылко целуют. Стальные руки обняли ее и прижали словно не к телу, а к мощному источнику сексуальной энергии. Не готовая к такому яростному нападению, Блэр не смогла оказать сопротивления прорвавшемуся в ее рот языку.
Впрочем, буря утихла так же внезапно, как и разразилась: руки ослабили свою хватку и теперь держали ее с необычайной нежностью. Язык Шона то скользил в глубину ее рта, то отступал к губам.
Пользуясь беспомощностью Блэр, Шон передвинул руку к ее груди, осторожно обхватил ее ладонью и начал поглаживать снизу большим пальцем. Из груди Блэр вырвался глухой страстный стон. Его язык нежно ласкал ее рот, соски Блэр напряглись и затвердели как камень. Эта мука длилась до тех пор, пока истомленную Блэр не захлестнуло слепое желание. Уже не сознавая, что делает, она прижалась к его сильному телу, инстинктивно пытаясь заполнить какую-то странную пустоту внутри.
Шон внезапно сделал шаг назад, и она пошатнулась как пьяная. Если бы он не придержал ее, Блэр неминуемо упала бы на ступеньки. На его лице сейчас не было и тени улыбки, нахмуренный лоб выражал твердую решимость.
– Черта с два вы не хотите спать со мной, мисс Симпсон!
На следующий день и еще день спустя Блэр все еще была под впечатлением этих слов. Она старалась не выходить из квартиры, опасаясь встретить во дворе Шона. Пэм предоставила ей на неопределенный срок запасной автомобиль семейства Дельгадо, но Блэр некуда было ездить. Обустроив все в квартире по своему вкусу, Блэр провела целый день так, как рекомендовал ей доктор – лежала, подняв ноги выше головы. Она читала, посмотрела два фильма по своему маленькому переносному телевизору, привезенному из Нью-Йорка, потом поела и задремала.
Услышав, как грузовик Шона проехал по асфальтированной дорожке, Блэр подумала, не выглянуть ли в окно, чтобы хоть мельком увидеть его, но решила не делать этого. Однако вечером, когда Шон сел в «мерседес», Блэр не удержалась от искушения посмотреть, куда и с кем он едет. Когда же Блэр ложилась спать, Шон еще не вернулся. Блэр злил не только этот факт, но больше всего то, что это волнует ее.
Даже на следующее утро Блэр продолжала сердиться на себя за то, что ей не безразличен такой человек, как Шон Гаррет. Она должна провести здесь шесть месяцев. Хотя в сердцах Блэр и угрожала Шону съехать с квартиры, она знала, что не сделает этого. Такую хорошую квартиру трудно найти. И почему, собственно, из-за этой фантазии она должна куда-то переезжать? Но нельзя же жить затаившись, крадучись выходить из квартиры и возвращаться домой, опасаясь столкнуться с Шоном. Лучше всего наладить нормальный образ жизни и вообще забыть про свое знакомство с Шоном Гарретом.
Она убрала постель в диван и, войдя в кухню, наклонилась, чтобы достать чайник из нижнего шкафчика. Сделав эти элементарные движения, Блэр почувствовала, что ее мышцы уже не так упруги, а суставы – не так гибки. А виной тому – один день без тренинга.
Надев розовые колготки, танцевальные туфли, черное трико и пару голубых гетр, Блэр встала перед окнами в гостиной. Она специально оставила в комнате свободное место для занятий. Медленно и терпеливо Блэр начала делать упражнения на растяжку. Дойдя до второй группы плие, она услышала шаги на лестнице. В дверь постучали.
Подойдя к двери, она вся сжалась, ожидая увидеть Шона, но, разглядев пришедшего, с облегчением вздохнула. Это был служащий телефонной компании.
– Мисс Симпсон?
– Да, заходите.
Блэр посторонилась, пропуская его в квартиру. Он принес с собой моток провода и прямоугольную коробку.
– Один настольный телефон цвета слоновой кости с кнопочным набором? – сверился он с записью в заказе.
Это был молодой человек, лет двадцати с небольшим, длинноволосый, с ясными, веселыми глазами.
– Да.
– Куда вы хотите его поставить?
Она указала на маленький столик у края дивана.
– Вот сюда.
Он внимательно осмотрел комнату.
– Ну что ж, сюда так сюда. Я закреплю розетку под подоконником, а шнур пропущу под ковром, чтобы вы не спотыкались об него. Годится?
– Отлично.
Приступив к работе, мастер несколько раз ходил к своей машине.
– Оставляйте дверь открытой, – предложила Блэр.
– Спасибо.
Блэр вспомнила, что после упражнений нельзя давать телу слишком быстро охлаждаться. Не заботясь о том, как она выглядит, Блэр надела рубашку и завязала ее полуузлом на талии. Она не стала застегивать ее, а рукава закатала до локтей. Потом пошла на кухню заварить чай. Мастер, работая, рассказывал ей, что вообще-то он студент Нью-Йоркского университета, а летом подрабатывает, устанавливая телефоны. В университете он изучает маркетинг.
К тому времени, как он все закончил, поспел чай.
– Не хотите ли чаю, – предложила Блэр.
– А кока-кола у вас есть? – спросил он.
Блэр рассмеялась.
– Найдется.
Она положила в стакан лед, налила туда кока-колу и протянула ему. Он выпил все одним махом.
– Похоже, вы танцовщица, – спросил он, разглядывая ее туфли.
– Да, я профессиональная танцовщица.
– Шутите! Можете показать мне хоть несколько движений?
Неожиданно прозвучал совсем другой голос, холодный и суровый:
– Ну-ка выметайся отсюда, приятель.
Блэр и молодой человек удивленно обернулись и увидели сердитое лицо Шона.
Мастер растерялся и испуганно пробормотал:
– Я… уже как раз собирался уходить. – Не заставляй нас ждать.
Юноша поставил стакан на стол, но так неловко, что стакан упал на бок и кубики льда рассыпались по лакированной поверхности. Он торопливо поднял стакан, собрал и положил в него кусочки льда, смущенно вытер руку о джинсы и направился к двери, на ходу захватив свои инструменты.
К Блэр, в первую минуту онемевшей от гнева, вернулся дар речи.
– Спасибо за телефон, – поблагодарила она мастера.
– Не за что. Если что-то будет не так, позвоните м… – он с опаской взглянул на Шона, – позвоните нам. – Сторонясь рослого Шона, он проворно сбежал по лестнице, явно радуясь тому, что удалось избежать скандала.
Шон захлопнул за ним дверь и обернулся к Блэр.
Она подбоченилась и возмущенно смотрела на него.
– Думаю, теперь ты доволен? Напугал совершенно безобидного мальчика.
– Какой он к чертям мальчик! И откуда ты знаешь, что он безобидный? Я предупреждал тебя, что нельзя впускать в дом посторонних, когда ты одна.
– Мать предупреждала меня об этом еще в детстве, так что ты запоздал со своими наставлениями. Кроме того, это не посторонний, а служащий телефонной компании. Я убедилась в этом, посмотрев из окна на его пикап с голубой и желтой полосками.
Все это Блэр выпалила одним духом, дав выход раздражению, копившемуся в ней еще с позавчерашнего вечера, когда Шон оскорбил ее своими внезапными поцелуями.
Едва ли Шон в эту минуту владел собой лучше, чем Блэр.
– Даже вполне порядочного человека может соблазнить твой вид. Ты посмотрела в зеркало? Думаешь, можно расхаживать в таком виде, и не понимаешь, к чему это может привести.
Ошеломленная, Блэр взглянула на себя, потом подняла глаза на Шона и холодно сказала:
– Должна заметить, что это – моя рабочая одежда. И я в ней не расхаживала. Когда он пришел, я делала упражнения, и, к твоему сведению, я привыкла носить трико и колготки.
– Ты, конечно, и не догадываешься, что эти шерстяные штуки…
– Это называется гетрами для согревания ног.
– …что эти гетры делают с твоим телом. – Его голос был полон сарказма. – Это ведь чистая случайность, что они доходят до самых бедер и явно привлекают внимание к их верхней части. Умолчу уже о том, что трико даже не прикрывает твой маленький зад. И, конечно же, милый мальчик ничего этого не заметил, когда ты в таком виде открыла ему дверь!
Говоря это, Тон подходил все ближе и теперь стоял на расстоянии вытянутой руки от Блэр.
– Когда он вошел, – заметила она, – я была одета иначе. На мне не было этой рубашки.
Непослушными пальцами она развязала узел на талии, сняла рубашку и отбросила ее в сторону. Его жадный взгляд уперся в глубокий вырез на шее и в тонкие тесемочки трико на плечах.
Его глаза впились в груди Блэр, напрягшиеся под черной облегающей тканью. Шон судорожно вдохнул, резким движением схватил Блэр и рывком прижал ее к себе.
Она пыталась отбиваться от него кулачками, но было уже поздно. Шон приник к ее губам. Обхватив ее талию, он поднял ее, извивающуюся и машущую кулаками, и потащил к дивану.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24