А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

— Она нетерпеливо передернула плечами, и бусины на ее платье еще ярче засверкали. — Я так и думала, что Айрис не хватило бы воображения выдумать подобную историю.
— Вы именно так и позировали для портрета? — поинтересовался я. — Бокал шампанского и все прочее?
— Конечно. И я буду вам благодарна, лейтенант, если вы оставите свои грязные мысли при себе. — В ее глазах появилось выражение ужаса. — О черт! Я все делаю не так. Давайте начнем сначала, пожалуйста!
— Не возражаю. Давайте для начала я налью чего-нибудь выпить, — предложил я.
— Отличная идея, — горячо поддержала брюнетка. — Мне то же, что и вам, только побольше.
Когда я вернулся из кухни, она уже сидела на кушетке. От изгиба ее сверкающего бедра у меня перехватило дыхание и сладко заныло сердце. Вручив брюнетке ее порцию спиртного, я уселся в кресло перед ней.
— Полагаю, Айрис вам все обо мне рассказала, — осторожно спросила гостья.
— Только то, что вы имеете дело со счетами клиентов в рекламном агентстве. Еще то, что она впервые встретила Торпа на вашей вечеринке, — честно признался я.
— Вот почему я здесь, — тут же отреагировала она. — Я не могла позволить вам явиться ко мне на работу, лейтенант. Согласитесь, что полицейский, задающий вопросы по поводу убийства, не способствует укреплению репутации.
— Не способствует, — согласился я.
— У некоторых важных клиентов, с которыми я работаю, очень старомодные понятия. Им не понравится, что наше агентство причастно к истории, связанной с убийством. — Брюнетка обнажила зубы в гримасе, которая, как я не без сомнения предположил, должна была означать улыбку. — Поэтому я решила облегчить работу полиции, явившись к вам сама.
— Признателен вам за это, — учтиво поблагодарил я.
Осушив одним глотком половину стакана, она выжидающе посмотрела на меня:
— Итак, я жду, лейтенант.
— Чего, если не секрет? — сделав вид, что не понял, спросил я.
— Ваших вопросов.
— Ах, это! — Я крепко зажмурил глаза. — Извините, но сейчас мне ничего не приходит в голову. Думаю, это все из-за блестящих бусин: они оказывают на меня гипнотическое воздействие.
— Ради Бога, простите. — В голосе брюнетки явственно слышались сочувственные нотки. — Мне следовало одеться менее броско. Но можно найти выход из положения. Если мое платье вас беспокоит, лейтенант, я его сниму…
В этот момент я решил, что мне послышалось, будто она сказала, что снимет свое платье. Если эта женщина существовала в действительности, то я, скорее всего, ослышался. Лучше мне не открывать глаза. Ведь это могло быть всего лишь частью моего фантастического сна. А кто же в такой момент захочет проснуться?
— Ну вот! — весело объявила гостья. — Так лучше?
Для меня наступил момент истины. Я неохотно открыл глаза, и они чуть не вылезли у меня из орбит. Брюнетка без платья стояла передо мной и вопросительно глядела на меня. На ней были только бюстгальтер и трусики из ярко-желтой ткани, усеянной пунцовыми розами. Туалет дополняли серебристые сетчатые чулки с черными кружевными подвязками, которые резко контрастировали с молочно-белой гладкой округлостью бедер.
— Теперь вы сможете сосредоточиться, лейтенант? — лукаво спросила она.
— Вы с ума сошли! — чуть не подавился я.
Она опустилась на кушетку и глубоко вздохнула:
— Естественно, вы хотите знать, где я была вчера вечером. Обедала с Джилом Лейном у него на квартире.
Это один из моих партнеров в агентстве. Я ушла от него где-то около полуночи, Джил может это подтвердить.
— Я к этому еще вернусь, — пообещал я. — Расскажите мне пока о Торпе.
— Что рассказывать? — Брюнетка пожала плечами. — У нас с ним была связь, и все шло прекрасно. Но длилось это недолго. Как только он встретил Айрис на моей вечеринке, я тут же была списана в архив. — Лиз натянуто улыбнулась. — Я взрослая девочка, лейтенант.
И достаточно импульсивная: если мужчина мне нравится, я тут же ложусь с ним в постель. Таким образом я расслабляюсь после тяжелого трудового дня в агентстве.
Гленн был привлекательным мужчиной, но, должна сказать, ничего сверхъестественного. Через пару недель я забыла и его, и этот проклятый портрет!
— Вы когда-нибудь давали ему деньги? — прямо спросил я.
Ее лицо застыло.
— Возможно, я не в вашем вкусе, лейтенант. Но если наступит день, когда мне придется платить мужчине, чтобы он со мной переспал, я совершу что-нибудь безумное. Например, выйду замуж!
— Не будьте такой чувствительной, а то ваши розы завянут, — сухо заметил я. — Я имел в виду, он занимал у вас деньги?
— Никогда, — решительно отрицала она. — Не думаю, что он мог потрясти мир своими картинами. Но, насколько я знаю, у него было достаточно средств, чтобы расплачиваться с кредиторами.
— Вы когда-нибудь встречались с его друзьями?
— Не думаю, чтобы у него были друзья. — Ее длинные ресницы дрогнули. — Во всяком случае, среди мужчин.
— Не приходит ли вам в голову какая-нибудь причина, по которой его могли убить? — не отступал я.
— Ревнивый муж, а может быть, любовник? — нерешительно проговорила она. — Интересно, а что, остальные две женщины, которых он изобразил, тоже замужем, как Айрис?
— Я еще не знаю, кто они, — ответил я.
— Любопытно. — В темных глазах Лиз Нил загорелся огонек. — Я имею в виду, какие они по сравнению с нами. Айрис просто костлявая шлюха! А еще две, что они собой представляют?
— Маленькая блондинка и рыжая с пышным бюстом, — сообщил я. — Это что-нибудь вам говорит?
Женщина покачала головой:
— Ваше описание несколько неопределенно. Которая же из четверых вам больше всего понравилась, лейтенант?
— Больше всего мне понравился натюрморт, — серьезно ответил я. — Бокал шампанского выглядел таким настоящим, что мне захотелось выхватить его из ваших рук!
— Надо же. — Брюнетка вдруг хихикнула. — Подумать только, коп с чувством юмора!
— Вас волнует возможный визит копа к вам в агентство, потому что это может испортить вам репутацию, — заметил я. — А позировать обнаженной для Торпа — это вас не смутило!
— Женское тщеславие! — Она с восхищением посмотрела на свою грудь и тихо вздохнула. — Я люблю свое тело. Желание запечатлеть его на холсте для потомков было непреодолимо. Я решила, что этот портрет обеспечит мне нечто вроде бессмертия. Ну и конечно же в тот момент я была совершенно пьяна! — Лиз подняла пустой стакан. — Можно мне еще?
— Конечно.
Я забрал у нее стакан и направился в кухню.
— Как вас зовут? — вдогонку спросила она.
— Эл.
Бросив взгляд через плечо, я обратил внимание на задумчивое выражение ее лица.
— А меня Лиз. Ты покончил с вопросами, Эл?
— Думаю, что да. А что? — отозвался я уже из кухни.
— Значит, я могу поставить пластинку. Не каждый день мне приходится общаться с лейтенантом полиции.
— Будь как дома, — разрешил я.
Вернувшись из кухни, я услышал, как гитары приглушенно наигрывают самбу, или мумбо-юмбо, или как там это называется. Стаканы нервно задрожали в моих руках, когда передо мной предстала Лиз Нил, крутившая своими пышными бедрами в ритме ча-ча-ча.
— А знаешь, — изумился я, — в первый раз вижу настоящий живой цветник.
— Не поняла.
Брюнетка озадаченно повернулась ко мне.
— Глядя на тебя, все видишь в розовом цвете, — проговорил я.
— Мне нравится пестрое белье, — самодовольно произнесла она. — Кроме того, прикалывать настоящие розы не очень удобно: у них колючие шипы. — Взяв у меня стакан, Лиз привычным глотком осушила его. — Не хочешь ли потанцевать, Эл?
— Нет, спасибо, — отказался я. — Хоть я и не боюсь наступить тебе на подол юбки, но уж наверняка подставлю тебе подножку как раз перед открытым окном.
— Да еще на пятом этаже. Ужасно! — Она вздрогнула с притворным испугом. — А может, поиграем во что-нибудь? Ты знаешь какие-нибудь игры?
— Только ночные, — с надеждой намекнул я.
— Я знаю одну отличную игру вроде шарады, — воскликнула она с неподдельным энтузиазмом. — Иди сядь на кушетку. И не смотри, пока я тебе не скажу. Ты должен потом отгадать, кто я такая.
Не в силах сразу сориентироваться, я просто потерял дар речи.
— Ты, должно быть, спятила!
— Будет очень весело, честное слово! — Брюнетка мягко подтолкнула меня к кушетке. — Иди и сядь, Эл.
Обещаю, что очень скоро я буду готова.
— Ладно, Лиз, — пожал я плечами. — Терять мне нечего. Разве что сойду с ума.
Какое-то время я послушно сидел на кушетке, уставившись в стену. Слава Богу, под рукой было достаточно виски, потому что сразу же мой мозг начала сверлить гнусная мыслишка: а вдруг эта женщина — психопатка?
И сейчас точит тесак, принесенный в сумочке, готовясь раскроить мне череп? Я даже представил себе свое чучело в прихожей дока Мэрфи.
— Я готова, Эл, — прервало мои мысли прозвучавшее у меня за спиной глубокое контральто.
Я встал с кушетки и повернулся. Тот самый портрет ожил. Лиз стояла передо мной в чем мать родила и презрительно улыбалась, держа пустой стакан. Вызывающе торчали полные груди с коралловыми остриями сосков, а белизна ее округлых бедер была просто восхитительна. С сияющими глазами брюнетка ожидала моей реакции.
— А теперь, — хрипло произнесла она, — ты должен отгадать, кто я такая.
— Не торопи меня. — Сделав серьезное лицо, я притворился, что напряженно размышляю, и наконец победно щелкнул пальцами. — Есть! Ты голая женщина-пьяница, верно?
— Очень смешно! — Она бросила в меня пустой стакан, и я едва успел поймать его. — Ты прав, Эл. Ты совершенно не умеешь играть.
Взяв со стола трусики, Лиз нехотя натянула их, затем застегнула эластичный пояс. Этот «стриптиз наоборот» закончился сверкающим платьем.
— Спокойной ночи, лейтенант.
Сияние давно исчезло из ее глаз, теперь они выражали только скуку и равнодушие.
— Я что-то не так сказал, мисс Нил? — вежливо осведомился я. — Или сделал?
— Скорее не сделали, — сухо ответила она. — Пытаясь соблазнить мужчину, женщина может дойти только до известного предела. Потом она начинает терять к себе уважение.
— Я считаю тебя очень привлекательной, почти красивой и весьма сексуальной, — честно признался я.
— Но ты не позволил мне соблазнить тебя, — обиженно констатировала она.
— Не при данных обстоятельствах, Лиз, — согласился я.
— О каких обстоятельствах ты говоришь?
— Я бы не хотел сейчас быть тебе чем-нибудь обязанным, — улыбнулся я. — Потому что, возможно, уже завтра мне захочется навестить тебя в твоем агентстве.
И задать целую кучу вопросов…
— Ты, должно быть, очень дисциплинированный коп, — усмехнулась она. — Или получаешь удовольствие от разочарования?
— После того как ты покинешь меня, скорее всего, я проведу остаток ночи рыдая на кушетке, — с чувством сообщил я. — Посмотрим фактам в лицо, Лиз. Признайся, ведь не мои мужские достоинства заставили тебя раздеться. Ты просто хотела прозондировать почву.
— В любом случае ты этого никогда не узнаешь, — отрезала она. — И я искренне надеюсь, что еще и по этой причине ты будешь рыдать сегодня ночью!
Я проводил гостью к выходу, и на прощанье она официально протянула мне руку.
— Наша встреча была необычной, лейтенант, — заметила она.
— Я уверен, что мы еще встретимся, Лиз, — холодно отозвался я. — Между прочим, Гленн Торп был застрелен из крупнокалиберной винтовки. Пуля проделала в его груди дыру размером с четвертак, а выйдя из спины — размером с серебряный доллар.
Женщина отшатнулась, как будто я дал ей пощечину.
— Зачем ты мне это сейчас говоришь? — прошептала она.
— Потому что ты так об этом и не спросила, — жестко ответил я.
Глава 3
На следующее утро у меня не было никакого желания выслушивать шерифа Лейверса. Он стал бы задавать миллион вопросов, на которые я не мог ответить. Поэтому я сразу отправился в лабораторию судебной экспертизы и был там уже в начале десятого. Стояло яркое солнечное утро. Однако после короткого четырехчасового сна я был не в состоянии наслаждаться природой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18