А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Лучшие специалисты управления спрессовали Керз по краям обычных керамических листов, сверху прилепили обложку Библии. Никому не придет в голову расковыривать страницу и проверять Керз из середины.
Так все и вышло. Теперь человек знал, что даже того, что они с напарником видели и слышали, достаточно, чтобы отправить мистера Бига и его ребят на рудники до скончания дней. Да и фотографии со спутника приобщатся к делу.
Крошечный осколок Керза завибрировал и стал стремительно расти. Ученые до сих пор спорили, живое оно или нет. А пока спор не был решен, Керз являлся самым дорогим наркотиком. И самым загадочным, потому что в нормальном состоянии он представлял собой довольно хрупкий, но тяжелый материал. И только под воздействием специальных веществ разрастался до гигантских размеров, приобретая свойства именно наркотика. Как раз это сейчас и происходило. Осколок разбухал на глазах. Сначала он походил на дрожащую грушу, потом, все более краснея, на вибрирующий арбуз и уже через пять минут на огромный пурпурный шар.
Волнение Мистера Бига прошло. Он давно занимался наркотиками, чтобы на глаз определить его качество. То, что он видел перед собой, наполняло его душу восторгом и гордостью. Отменное качество. Весьма отменное качество.
– Дуглас? – позвал он.
– Да, Мистер Биг? – Здоровяк нехотя оторвал ствол от виска Мила и подошел к Бигу.
Тот отщипнул от шара небольшой кусочек и протянул мордовороту.
– Попробуй.
У Дугласа загорелись глаза. Биг прекрасно понимал его. Сейчас тот держал в руках свое месячное жалование. Здоровяк, довольно улыбаясь, тщательно растер Керз между ладонями, согревая его и превращая в небольшой, размером с горошину, шарик. Потом, преданно глядя в глаза Бигу, положил Керз под язык, через три секунды его глаза приобрели цвет штормового моря, зрачки закатились, и Дуглас, блаженно улыбаясь, опрокинулся на спину. Его тело не успело соприкоснуться с дорогой. Необъяснимая сила приподняла его и оставила парящим над землей на высоте полуметра.
– Затолкайте его в машину. – Биг довольно потер руки. Потом обратился к Милу: – Я доволен. Я весьма доволен. Думаю, что мы сможем договориться о следующей поставке. Не так ли, Мистер как-вас-там?
Мил промолчал. Он ужасно устал, и ему хотелось быстрее закончить это дело. Все что могли – они сделали. Теперь Бигу не отвертеться. Показания двух офицеров – не суд присяжных. Два свидетельства, подкрепленных результатами судейского детектора, – сильная вещь.
– Ну хорошо, Мил. Мы уезжаем. На сегодня все. Я доволен нашей сделкой. Грузитесь, ребята.
Приехавшие на лимузине быстро затолкали плавающего в воздухе Дугласа и Керз в машину. Мотор взревел, колеса оставили черный след, и через минуту лимузин исчез, только запах паленой резины остался в прокаленном воздухе.
– Вот и все. – Человек проводил взглядом лимузин. – Вылезай, Кук. Выкидывай свое бренное тело, напарник.
Капот со скрежетом откинулся и из-под него на асфальт вывалился истекающий потом маленький человек.
– Я умираю.
– Ну, не надо преувеличивать, Кук. Не все так плохо. Зато теперь тебя ждет повышение. Возможно, некоторое денежное вознаграждение. И вероятно, прибавление в росте.
Человек не зло рассмеялся, похлопывая коротышку по плечу.
– Ты издеваешься надо мной, Мил?
– Нисколько, дружище.
Человек внезапно напрягся, прислушался, вскочил на ноги.
– Черт, они возвращаются, что-то не так. Все же было чисто. Но теперь все равно. Быстро в кювет и приготовься немного пострелять.
Человек бросился к багажнику, куда Дуглас зашвырнул винтовку. Он схватил ее, развернулся и замер. В его переносицу уперся бластер Кука.
– Извини, Мил, но мне не нужно повышение. Нет, не надо дергаться. Ты должен знать, что мой маленький рост компенсируется умением стрелять без промаха. И помолчи, пожалуйста. Мне надоело влачить нищую жизнь космического копа. Я хочу пожить в свое удовольствие. Только идиот не понял бы, что мне привалил шанс. Знаешь, сколько мистер Биг заплатил за информацию? Как раз половину того, что лежит в чемодане. Одиннадцать слитков. Приличное состояние для обыкновенного офицера, не правда ли, Мил?
Человек молчал. В первое мгновение он даже не поверил в то, что произошло. Офицер полиции продался за деньги? Невероятно. А как же ежегодные проверки на лояльность и преданность Содружеству? Как же ежемесячные беседы с психоаналитиками? И как управление могло допустить, что к операции, к которой готовились столько времени и на которую спустили уйму денег, не считая Керза, допустили заведомого провокатора?
– Мил, будет лучше, если ты примешь горизонтальное положение, так мне будет спокойней.
Человек проигнорировал просьбу, за что получил удар под дых. Кулаки у Кука хоть и маленькие, но обладали отвратительной способностью выбирать наиболее болезненные участки. Боль согнула тело пополам, еще один удар помог опуститься на горячий асфальт.
– Так-то лучше, Мил. Мистеру Бигу будет приятно увидеть тебя в таком положении.
На этот раз лимузин медленно, словно растягивая удовольствие, остановился почти рядом. Из того положения, в котором находился Мил, были видны только высовывающиеся из машины остроносые сапоги. Они приблизились, пинком заставили перевернуться на спину. Четыре черных отверстия, каждый из которых в любое мгновение мог выплюнуть смерть, смотрели прямо в глаза.
– Я же говорил, Мил, что с тобой приятно работать.
Мистер Биг был весьма доволен.
– Не правда ли, Мил, мы оба превосходно сыграли свою роль? Замечательный спектакль. Крошка Кук милостиво предоставил нам свои услуги. Наверное, уже можно сказать тебе, что вся ваша операция была известна нам с самого начала. Деньги. За деньги можно купить все, Мил. Ты был хорошим полицейским. Не таким, как Кук. Не правда ли, мистер Кук?
Мил уже знал, уже предчувствовал, что последует за этим вопросом. И когда яркая вспышка, выплеснувшись из бластера Бига, вгрызлась в грудь радостно улыбающегося Кука, человек даже не вздрогнул.
– Он хотел присвоить деньги управления, – вскинув брови, прокомментировал Биг. – А если точнее – твои деньги, Мил. Ты их заработал честно. Но если рассматривать этот вопрос еще глубже, этот недоносок решил взять мои деньги. А теперь все распределилось по справедливости. Кук получил дырку за предательство идеи и мундира. Я – обратно свое золото. Добавь еще целое состояние – Керз. А знаешь, что получишь ты, ищейка?
Биг склонился над человеком и заглянул в глаза – равнодушные и спокойные. И именно это разозлило Бига. Он схватил Мила за волосы и запрокинул его голову.
– Ты получишь пулю. Маленький такой кусок титана из своей же собственной винтовки. Сказать, о чем ты сейчас думаешь? О спутнике? Зря. Твой сегодняшний подарок стоил того, чтобы нанять смертника и сбить спутник с орбиты. Так что…
– Управление знает, с кем я встречался. – Человек не торговался за жизнь. Он нападал.
– О мой друг. Управление, как всегда, ничего не докажет. Нет ни свидетелей, ни спутниковой информации. А есть только два трупа, рассыпавшийся кусок железа и профуканные четыре килограмма чистого Керза.
– Там всего граммов сто.
– Что?..
– Ты считаешь полицию настолько глупой, чтобы отдать тебе четыре килограмма смерти? Пошли своего переростка проверить. А я пока подожду.
Мил видел, как побледнел Биг. Сто граммов не стоили смерти полицейскою и выведения из строя спутника Содружества. Это справедливо.
– …Подделка, Мистер Биг. Внутри самая обыкновенная керамика.
Когда Биг повернулся, человек сумел рассмотреть в его глазах истошную ненависть. Только громадная сила воли этого в общем-то умного торговца не позволила ему сорваться в крике.
– Ты обидел меня, Мил. Очень обидел. И… За это у тебя не будет даже могилы. Даже холмика. Мы оттащим твое тело в джунгли. А ты должен знать, что такое джунгли. Огромный перерабатывающий завод для мяса и костей слабых животных и существ, навроде тебя. Ты меня очень обидел, Мил.
Биг легонько похлопал человека по щеке, встал и, чуть сутулясь, двинулся к лимузину.
– Кука в старую колымагу и взорвать к чертям. Не забудьте мой чемодан. А этого… пристрелите и в машину.
– Но, Мистер…
– Я же сказал, в машину его. – Только сейчас Биг резко сорвался и теперь орал, брызгая слюной, в испуганное лицо Дугласа. – Или ты хочешь, чтобы обо мне каждый полицейский говорил, что я не сдерживаю обещаний? Да?
– Он протухнет, пока мы доедем, Мистер Биг.
– Дурень, у нас есть вертолет. Мы сбросим его в джунгли через три, четыре часа.
Дуглас попятился.
– Я все понял, Мистер Биг. Как скажете, Мистер Биг. Будет сделано, Мистер Биг.
Мил не был трусом. Он всегда знал, что его работа опасна. Смерть часто кружила рядом. Иногда тяжело дыша в затылок, иногда внимательно заглядывая в глаза. Но никогда смерть не пробиралась так далеко, к самому сердцу.
Он видел, как испуганное лицо Дугласа приобретает выражение рабской решительности. Как тот поднимает с дороги винтовку, включает ускоритель, досылая титановый патрон в тесное ложе патронника. Как, почти не целясь, нажимает на курок и выпускает одной очередью всю обойму.
Титан тяжелыми горячими каплями разрывает грудь, глаза, голову, принося уставшему телу тепло и покой…

Год спустя
– Чокнутый! Иди убери в хлеву. Да смотри, сделай все как положено.
Сутулая фигура скрылась за живой изгородью колючего трилистника, и только тогда старая Ириза обернулась к соседке по становищу.
– Вот так целый день с ним. Пока не скажешь да не объяснишь, ничего не делает. Сидит, как зверь лесной, руки свои разглядывает. Уж почитай год у меня, а все такой же. Чокнутый. Никакой благодарности. Уж как я его выхаживала, травами отпаивала да на Дьявольскую гору в полнолуние на себе таскала. Ничего не помнит. Забыл, как ночей не спала да за ним ухаживала. А как…
– Ты бы поменьше трепалась, тетка Ириза. – Ближайшая соседка, а в общем-то извечный враг Иризы по части болтовни – Самми, нервно щелкнула хвостом и изобразила на лице недовольство. – Все в становище знают, если б не Чокнутый, твоя нора давно бы развалилась. Он хоть и молчун, но дело делает. Сполна твою заботу отрабатывает. А ты все плачешься.
Ириза уже готова была за такие слова оскорбления вцепиться в морду Самми, но, на счастье последней, из-за кустов показался староста становища – Квар. Седой, но все еще сильный самец с крепкими лапами и острыми зубами. Затормозив около разбушевавшихся соседок всеми четырьмя конечностями, староста, внимательно поглядывая на их рассерженные морды, улегся рядом и начал старательно облизывать свою серебряную от прожитых в джунглях лет густую шерсть.
– Опять лаетесь? – Квар, как истинный знаток женского характера, подождал, пока гнев на мордах соседок исчезнет, а вздыбленные от гнева загривки возвратятся в нормальное состояние. И только потом задал следующий вопрос: – И наверняка снова из-за Чокнутого?
По глазам Самми и Иризы Квар понял, что попал в самую точку. Он вздохнул. С тех пор как год назад Ириза притащила в становище странное животное, в селении пропал покой. И все из-за него, Чокнутого. Это случилось как раз после Праздника Дождей, когда небесная влага до основания пропитала измученную жаждой землю. Жители становища на период Дождя скрывались в своих норах и там, в тепле и уюте, пережидали месячный водопад. Выходить из дому в этот период считалось не то что неприличным, нет, просто неразумным. Любое существо в джунглях знает, что нет ничего неприятнее, чем оказаться насквозь мокрым. А этой непоседливой самке – Квар покосился на закатившую глаза в небо Иризу: так она выражала свое возмущение, – этой немного странной самке не сиделось дома. Кое-кто из становища видел, как она, мягко перескакивая через бурные, пузырящиеся ручьи, огромными скачками промчалась в сторону Дикого болота.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60