А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


– Не совсем. Твой настоящий акцент гораздо приятнее. А потом, у тебя есть это. – Он переворачивает ее руку и смотрит на кольцо на пальце. – Когда все кончится, мы уедем отсюда и начнем новую жизнь там, где не будет никаких напоминаний. Может, вообще за пределами Нью-Йорка.
– Это было бы отлично.
– Большой дом у моря.
– Превосходно.
– Завтра поговорю с агентом по торговле недвижимостью. Дом отвлечет наши мысли от всего этого кошмара.
– Кристиан…
– Да?
– Я хотела бы знать кое-что.
– Спрашивай.
– Ты когда-нибудь посещал Некрополь?
Долгая пауза.
– Да, – признается он. – Когда мы со Стеллой… начали отдаляться друг от друга, я подумал, что у нее кто-то появился. Стал просматривать ее электронную почту, можно сказать, шпионил за ней. – Опускает голову. – Я не горжусь этим, Клэр. Но я любил ее, понимаешь, или так мне казалось.
– Да, – говорит она. – Я понимаю.
– Я обнаружил у нее сообщение с паролем в интернетовский сайт, о котором никогда не слышал. Мне стало любопытно. Я воспользовался паролем и вошел в этот сайт. То, что обнаружил, меня не особенно удивило. У нее всегда была какая-то тяга к подобным вещам. В том-то, видимо, и заключалась проблема. Я не мог удовлетворить ее запросы.
– Но ты общался с людьми, которые были там и могли принять тебя за нее?
– Да. Пытался выяснить, чем она занимается.
– Помнишь разговор с кем-то о Бодлере?
Он пожимает плечами:
– Наверное, был такой.
– Пожалуйста, Кристиан, постарайся вспомнить.
– Да, что-то смутно припоминаю, но это был просто случайный разговор, не больше. – Он пристально смотрит на Клэр. – Почему ты спрашиваешь?
– Пока не знаю. Меня беспокоило что-то, не совсем понятное. И кажется, я знаю, где искать ответ.
Глава пятьдесят третья
Они сидят за старинным антикварным письменным столом и готовятся отправиться в путешествие, которое заинтриговало бы любого из прежних владельцев стола.
Они входят в Некрополь, потом в дверь, которая приведет в сокрытый подземный мир. Кристиан водит курсором по незаполненной части страницы, внезапно он превращается в руку, указывающую, что он нашел линию гиперсвязи. Кристиан щелкает мышью, экран заполняется текстом.
»Ты в густой роще черных тополей. Они обступают тебя со всех направлений, кроме северного. Слегка раскачиваются под холодным северным ветром, дующим на тебя, словно ледяной воздух, вырывающийся из громадного подземного пространства. Через рощу тропинка ведет на север, и ты идешь по ней к черным воротам. У ворот сидит огромный трехглавый пес. Он обнюхивает тебя и угрожающе рычит.
– Ему нужен пароль, – произносит Кристиан и что-то отстукивает.
Через несколько секунд появляется надпись:
»Узнав обитателя этого места, Цербер пропускает тебя.
– Идем на север, – говорит Кристиан и отстукивает:
»Иду на север.
Через секунду компьютер отвечает новым столбцом текста.
»Ты находишься в Елисейских полях, первой области подземного мира. Здесь спят несколько богов, но поля заполнены главным образом прозрачными, бесплотными фигурами мертвецов. Они пищат, как летучие мыши, непрерывно шелестят, дрожа на холодном ветру, дующем с севера, где над полянами Эреба высится большой Дворец. На западе болотные кипарисы бросают тень на реку Лету, там собираются на водопой обычные призраки, робкие, как речные птицы. На востоке, за полянами, где растут белые нарциссы, находятся серебристый Пруд Памяти и вход в Элизиум.
– Снова на север.
»Иду на север.
»Когда входишь во Дворец Персефоны, Фурия по имени Тисифона спрашивает, можно ли взять твою одежду. Впереди остатки некогда впечатляющей Лестницы, загаженные теперь пометом воронов, влетающих через разрушенный потолок. С восточной стороны находится Зал. Дверь высотой в двадцать футов закрыта, но ты слышишь за ней смех и странную, нестройную музыку. С западной стороны находится вход в Погреба.
– Когда встречаешь кого-то, можно ввести команду, которая даст их описания. Или поговорить с ними, – объясняет Кристиан. Отстукивает:
»Смотрю на Тисифону.
»Тисофона.
Ты видишь унылую итальянскую девушку с темными глазами и прямым длинным носом. На ней тяжелые сабо и мешковатые темно-синие брюки. Под мышкой у нее изготовленный на заказ скейтборд. Посередине лба у нее нарисована индийская родинка.
– Хочешь сменить меня?
– Конечно.
Сначала ей как-то странно рыскать с помощью слов, это все равно что искать дорогу ощупью, с завязанными глазами. Она кладет пальцы на клавиши, не зная, что писать.
– Попробуй войти в Зал.
– Хорошо.
Клэр отстукивает:
»Иду на восток
»Ты в похожей на пещеру комнате, украшенной болезненными фризами Пиранези и Гойи. В железных каминах у стен ярко горят дрова, над ними поднимается черный дым. В дальнем конце Зала огромный трон. Вокруг него теснится множество богов. В восточной стороне Библиотека. Там тихо. В западной – Музыкальная Комната. Судя по шуму и смеху, там, кажется, идет гулянка.
– Отстукай «@ кто», чтобы узнать, кто еще там.
@ кто.
»Здесь Морфей.
Здесь Кронос.
Здесь Плутон.
Здесь Минта.
Здесь Персефона.
Персефона говорит: «Хорошо спала, дорогая? Ты храпела целую вечность».
– На языке ММО отсутствовать – значит спать, – объясняет Кристиан. – Мы взяли прежний персонаж Стеллы, Бланш. Поэтому всем игрокам кажется, что Бланш только что проснулась.
– Что сказать ей?
– Ничего, если не хочется. Она не обидится, если не будешь с ней болтать. Отстукай «Смотрю Картины», чтобы увидеть свое окружение.
»Смотрю Картины.
Какая-то картина медленно разворачивается. Это гравюра семнадцатого века, на ней воины калечат пленника.
– Пиранези. Это просто атмосфера, – уверенно говорит Кристиан. – Настоящее порно в картинной галерее.
– А что происходит в музыкальной комнате?
– Наверное, групповое изнасилование. С полдюжины игроков и труп. Входить туда не рекомендую.
– Как найти конкретного игрока?
– Отстукай «Нахожу».
»Нахожу Харона.
»Харон в Библиотеке, спит.
– Как войти в библиотеку?
– Не нужно следовать указаниям. Просто отстукай «Иду в Библиотеку» и окажешься там.
»Иду в Библиотеку.
»Ты в хорошо подобранной Библиотеке с древними и современными текстами. Витает приятный запах медленно сохнущей кожи. Стоят несколько кресел, а для тех, кто возбудился от чтения, обитая кожей Кушетка, где помещаются двое.
»Смотрю на Харона.
»Ты видишь весело улыбающегося молодого человека, мягкие манеры которого противоречат темным, жестоким глазам. Его джинсы и тенниска покрыты пятнами целой палитры оттенков от свеже-алых до темно-красных мазков более старой крови. Он похож на начинающего художника, вытирающего кисти об одежду.
– Это явно он. Художник. Но почему он в библиотеке?
– Кто знает? Персонажи могут спать, где захотят.
»Возле левой руки Харона стопка непрочитанных Сообщений, в правой руке, окрашенной химикалиями, он держит Этюдник.
– Мы можем прочесть сообщения?
– Нет. Может только он сам. Мы узнаем, от кого они, но это нам, естественно, не поможет.
– А этюдник?
– Попробуй. Он не ввел бы его в описание своего персонажа, если бы тут не было какого-то смысла.
»Смотрю Этюдник.
»Ты видишь маленькую записную книжку в пергаментной обложке, полную крохотных набросков. Оставь ему Сообщение, где будет указано, какое искусство тебе нравится.
– Черт!
Клэр замирает, держа пальцы на клавишах.
– Однако ты права. Если он ее прячет, значит, там должно быть что-то необычное. Возможно, крохотные наброски – его образцы.
– Существует какой-то способ узнать, что в этой книжке?
– Наверное, нашелся бы, будь ты программистом. И то вряд ли. Некоторые вещи могут контролировать только их создатели.
– Как еще выяснить, где бывает Харон? Где он держит свои создания?
– Никак. Это место обширное. Каждый новый персонаж добавляет к основному плану свои комнаты. Некоторые из комнат даже без дверей. Найти можно, только отстукивая команду «Иду в…». Для этого нужно знать, куда хочешь проникнуть.
Клэр задумывается и отстукивает:
»Иду в Мастерскую Харона.
»Неправильная команда.
»Иду в Мастерскую Художника.
»Неправильная команда.
– Да… – Клэр задумывается. – Куда еще?
– Он говорит, его пальцы окрашены химикалиями, – произносит Кристиан. – Может, это связано с фотографией?
– Конечно. Харону не нужна мастерская в обычном смысле слова.
Клэр отстукивает:
»Иду в Темную Комнату.
Через несколько секунд компьютер отвечает:
»Ты в полной темноте. Ничего не видишь в северной, южной, восточной или западной сторонах.
– Ха!
»Иду на север.
«Ты натыкаешься на стол. Вытягиваешь руку, и пальцы погружаются в гниющие остатки женского трупа. Кисть руки ощущает тепло. Это теплота гниющего компоста.
»Иду на восток.
»Ты спотыкаешься о стопку книг, сброшенную одежду и валяющиеся кости. Вскинув руку, ощущаешь что-то мягкое, влажное. Это чаша фруктов, медленно бродящих в собственном соку.
– Попробуй составить список книг, – советует Кристиан.
»Составляю список книг.
Анатомия меланхолии / Роберт Бертон
Пленники / Микеланджело
Анатом / Габриель фон Макс
Снятие с креста / Рембрандт
Цветы зла / Бодлер
О строении человеческого тела / Везалий
»Смотрю Цветы зла.
»Ты не можешь ничего смотреть. Здесь темно.
– Проклятие!
– Попробуй найти выключатель или зажечь спичку.
»Включаю свет.
»В жутком сиянии усиливающегося красного света ты видишь маленькую книгу в кожаном переплете. Кожа очень мягкая. Когда перевернешь книгу, видишь причину этого. В центре крышки переплета пупок молодой женщины. Кожа высушена так искусно, что можно разглядеть окружающие его светлые волоски. В самом низу густая линия светлых волос, указывающих, где некогда начинался лобок.
Пупок и окружающие его волоски напоминают цветок. Других указаний заглавия книги нет.
»Раскрываю книгу.
»Ты не можешь ее раскрыть. Там маленький замок в форме змеи, глотающей собственный хвост.
»Отпираю замок.
»Для этого нужно иметь ключ.
– Черт возьми! – взрывается Клэр, потом добавляет: – Ничего, кажется, я знаю, что в этой книге.
– Что же?
– В больнице я хотела поменяться книгами с одним человеком. Знаешь, что он ответил? Он читает книги только с картинками.
– Не понимаю, – произносит Кристиан, качая головой.
– У тебя есть экземпляр «Цветов зла»?
Кристиан снимает книгу с полки, дает ей, и Клэр листает страницы, пока не находит нужную.
– Помнишь это стихотворение?
– Разумеется. «Мученица»: «Среди шелков, парчи, флаконов, безделушек…»
Клэр берет книгу и читает с листа:
Среди шелков, парчи, флаконов, безделушек,
Картин, и статуй, и гравюр,
Дразнящих чувственность диванов и подушек
И на полу простертых шкур,
В нагретой комнате, где воздух, как в теплице,
Где он опасен, прян и глух,
И где отжившие, в хрустальной их гробнице,
Букеты испускают дух,
Безглавый женский труп струит на одеяло
Багровую живую кровь,
И белая постель ее уже впитала,
Как воду – жаждущая новь.
Подобна призрачной, во тьме возникшей тени.
(Как бледны кажутся слова!)
Под грузом черных кос и праздных украшений
Отрубленная голова
На столике лежит, как лютик небывалый,
И, в пустоту вперяя взгляд,
Как сумерки зимой, белесы, тусклы, вялы,
Глаза бессмысленно глядят.
На белой простыне, приманчиво и смело
Свою раскинув наготу,
Все обольщения выказывает тело,
Всю роковую красоту.
Подвязка на ноге глазком из аметиста,
Как бы дивясь глядит на мир,
И розовый чулок с каймою золотистой
Остался, точно сувенир.
Клэр закрывает книгу.
– Прекрасное стихотворение. Если не придаешь значения тому, о чем оно.
Кристиан пожимает плечами:
– Красота из зла, такова его философия. Но это лишь идея, с которой он носился, в действительности никогда…
– Когда я работала с Конни, – перебивает Клэр, – произошло убийство проститутки-негритянки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38