А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Все что-то знают и ничего не говорят! Господи, да пошли же наконец мне человека, который объяснит все более-менее доступным языком!
***
Лучше бы меня послали к Фримену, думала Елизавета.
Она поднималась все выше, в гору, где упиралась куполом в небеса небольшая церковь.
Мало того, что мне придется целый час быть смиренной, бормотала она себе под нос, отсчитывая шаги к горе, которую она уже окрестила голгофой, так еще надо надевать платок, который мне абсолютно не идет! Потом я должна допрашивать с пристрастием несчастного Дедулю... И куда он умудрился вляпаться, наш Дедуля? Вроде такой набожный человек, а вот тебе, пожалуйста! Не зря написано в Библии, что враги человеку ближние его! Попал, как кур в ощип, из-за своей ближней внучки!
Наконец церковь приблизилась, и Елизавета позволила себе остановку. Ей отчаянно хотелось курить, она даже достала сигареты, но мимо протопали две веселые старушки, и по их виду Елизавета безошибочно определила, что они направляются туда же, куда и она.
Поэтому она спрятала сигареты, тяжело вздохнула, еще раз прокляв свое задание, и пошла дальше, тем более что от церкви ее отделяло уже несколько шагов.
Перед церковью тусовались нищие, среди которых особо Елизавета выделила вполне здорового парня, который при виде Елизаветы, облачающейся в платок, радостно осклабился и завопил на всю улицу:
Эй, красавица! Замуж хочешь?
Можно подумать, это зависит от тебя, огрызнулась Елизавета.
А я возьму, серьезно пообещал парень и подмигнул Елизавете.
Боже ты мой, Дедуля совсем здешний народец распустил, вздохнула Елизавета, поморщившись и от дебильного оскала псевдонищего и от запаха стойкого перегара, который он источал.
От твоих благовоний башка кружится, сказала Елизавета.
А дай милостыню, полегчает, отозвался нахал.
Бог подаст, ответила Елизавета и толкнула тяжелую дверь.
Перекреститься забыла! ехидно пропел гадкий тип.
Она даже не обернулась, подумала только: Ох, попался бы ты мне, голубчик, в другое время! В другом месте... Я бы тебе быстро объяснила все о смысле бытия!
В церкви еще было пусто. Елизавета осмотрелась, пытаясь найти кого-нибудь из служек. Пока на месте присутствовала только симпатичная женщина, торгующая свечами.
Здравствуйте, улыбнулась ей Елизавета. А как бы мне увидеть отца Александра?
Сейчас, подождите минуточку, сказала женщина и махнула рукой. Словно из-под земли вырос невысокий парнишка, которого Елизаветина собеседница и отрядила разыскивать отца Александра.
Подождите немного, попросила она.
Спасибо, кивнула Елизавета и отошла поближе к алтарю.
Чувствовала она себя уже немного спокойнее. Не может быть Дедуля гадом, думала она, так что не буду голову ломать, а прямо спрошу его обо всем... Что-то не так. Даже если бы ему принялись угрожать Алискиной жизнью, Дедуля бы не стал Иудой!
Ход ее рассуждений был прост и логичен человек, живущий в свете, темным стать не может. Вот только он был прерван на самом интересном месте, когда Елизавете уже казалось, что она в двух шагах от разгадки.
Лиза?
Она подняла глаза.
Дедуля шел к ней быстрыми шагами, и Лизе показалось даже, что его ноги не касаются земли такой легкой и стремительной была его походка.
Лиза, что-нибудь случилось? С Алисой?
В глазах Дедули появилась тревога.
Пока ничего, решительно рванулась в бой Елизавета. Но скоро случится... Если, конечно, ты не одумаешься...
Я?!
Теперь тревога сменилась изумлением.
Что за глупости ты говоришь, Елизавета! При чем тут я?
Дедуля, торжественно заявила Елизавета. Пришло время нам с тобой обо всем поговорить без околичностей! Прямо как на исповеди...
Конечно, надо... Потому что я не могу ничего понять!
Мы тоже не можем многого понять, Дедуля! Например, что может связывать тебя с Алискиными убийцами!
***
Спасибо, мой дорогой, томно хлопнув ресницами, Нюша, не спеша, вылезла из машины. Охранник, окинув взглядом ее обмундирование, на сей раз даже не сомневался, что эта дама, источающая благополучие, как дорогие духи, имеет непосредственное отношение к вверенным ему жильцам.
Все-таки наш народ глуповат, вздохнула про себя Нюша. Остатки купеческого отношения к жизни не выветрятся никогда! Встречать упорно будут по одежке, а не по уму!
Раболепное отношение охранника ее только смешило впрочем, к этому Нюша уже привыкла.
Поднявшись на лифте, она подошла к знакомой двери.
Прошептав с Богом, она постучала, стараясь соответствовать придуманному образу много глупости, много самоуверенности и в то же время некоторое раболепие.
Дверь открылась.
Добрый вечер, скромно потупилась Нюша, подумав, однако, что Алиска с Елизаветой довольно точно описали ей Паршивцева.
Вы Анна Вяземцева?
Да, кивнула Нюша.
Проходите, мы вас ждали...
Ну, вот и свершилась мечта идиотки, вздохнула про себя Нюша, появляясь на пороге гостиной, где собрались все представители литературной банды. Попала ты, Вяземцева, прямо в объятия мафии, и дети останутся сиротками! Надо было перед походом завещать их Алиске по крайней мере, уж она-то сумеет вырастить их порядочными людьми!
Или порядочными идиотами, добавила она.
Знакомьтесь, это наша новая...
Паршивцев замялся.
Жертва, ехидно пропела про себя Нюша.
Сотрудница. Человек, влюбленный в литературу. Думаю, мы сможем быть обоюдо полезны друг другу...
Но вы же еще не читали мои произведения, возразила Нюша, сохраняясь в образе непорочной глупости.
В большой комнате собрались те, кого раньше Нюша только представляла, ориентируясь на рассказы подружек, а теперь имела счастье лицезреть воочию. В толстяке с ласковыми глазами она быстро опознала Мерзавцева. Рядом почитывал журнал молчаливый и внушительный Гориллов. Стоило только Нюше появиться в комнате, откуда-то из темноты явился высокий худой дядька с седыми волосами. Извиваясь по-змеиному, он склонился перед Нюшей в поклоне.
Илларионов, Александр Евгеньич, представился он, пожимая Нюшины пальчики с улыбкой, которую Нюша сразу охарактеризовала раболепной и злой одновременно.
Искариотов, наполненный желчью и ядом вечной зависти, вспомнила Нюша меткую характеристику Алисы. О, Алиска, как всегда, чересчур добра, подумала Нюша.
Глаза Илларионова, скрытые тонкими стеклами очков, внимательно смотрели на Нюшу с проницательностью бывшего следователя НКВД, который и на покое не знает покоя. И еще Нюше показалось, что Илларионов пробовал себя в литературе. Пробовал, пробовал, но ничего путного не вышло. И с тех пор Илларионов воспылал к писательской братии стойким чувством неприязни, если не сказать - ненависти. А эту ненависть, как горчицей, приправил ядовитой завистью, тщательно скрытой за чересчур ядовитой, язвительной учтивостью. Такая учтивость, милостивый государь, граничит с хамством, мысленно адресовала ему Нюша, и немного испугалась, что он поймал эту ее мысль.
Это Наденька, подвел ее Искариотов к высокой девице.
Почему-то они оба похожи друг на друга, пришло ей в голову. Что-то общее...
Наденька подняла маленькую головку и важно кивнула, словно показывая Нюше, что от нее тоже многое зависит.
Шестой была уже известная писательница Парамонова.
Знаете, Анечка, сказала она, поднимаясь навстречу Нюше, у нас в связи с вашим приходом теперь счастливое число. Вы седьмая. И мы очень рады вас приветствовать в нашем кругу!
Нюша покраснела сейчас я рассмеюсь! но Парамонова восприняла появившийся на щеках Нюши багрянец как великое смущение и ласково похлопала ее по руке.
Ну, будет вам! Не смущайтесь! Все у вас получится, поверьте мне!
Господи, как хорошо, что Ты создал некоторых людей такими самоуверенными! подумала Нюша.
Я принесла вам...
Подождите, подождите, милая, остановила ее Парамонова. Сначала нам надо с вами поговорить... А уж потом мы обратимся к вашим, безусловно, талантливым пробам пера.
Но о чем же говорить, если вы еще не прочитали? удивилась Нюша.
Дело в том, что нам нужна ваша помощь, проговорила Парамонова.
Помощь? переспросила Нюша. Конечно, если я смогу...
Вот и славно, снова похлопала ее отечески по руке Парамонова и обернулась к Искариотову:
Сашенька, голубчик, объясните нашей гостье, в чем суть проблемы... Только постарайтесь покороче, ладно?
***
В автобусе было холодно, и Алиса сжалась в комок, пытаясь согреться.
Хоть народу мало, подумала она. В салоне и в самом деле кроме Алисы было только три человека.
Водитель слушал шансон кстати, подумалось Алисе, почему они все-таки называют блатные песни шансоном? Шансоны-то должны быть исключительно французскими, поскольку у Алисы в голове при этом слове немедленно возникали ассоциации с Азнавуром, Жаком Брелем, но уж никак не с Лесоповалом!
Да голова у тебя другая, сказала она себе под нос. Вот и сейчас ты готова думать о чем угодно, только не о деле!
Невидимый певец жалобно стенал о годах, проведенных на зоне без женского тепла.
По дурной филологической привычке Алиса отметила целый ряд не правильных склонений. Ох, зануда же ты, Павлищева!, подумала она и улыбнулась.
Сидящий перед ней мужчина, по виду которого любой немедленно определил бы годы, проведенные без женского тепла, поймал Алисину улыбку и отнес ее на свой счет. Видно, он немного расслабился, и под действием родной музыки душа запросила романтики и любви.
Поднявшись, он подсел к Алисе и принялся изучать ее профиль. Делал он это долго, очень внимательно и выразительно.
Алиса даже начала нервничать общение с этим явно уголовным типом в ее планы не входило. И так радостей в жизни хватает, усмехнулась она про себя.
Она попыталась отвлечься, но сосед явно не собирался сдаваться.
Простите, мы не встречались? доверительно спросил он, накрыв Алисину руку своей могучей дланью, на которой Алиса к собственному ужасу увидела наколку, сообщающую непросвещенной части человечества, что без женского тепла этот человек обходился ни много ни мало пятнадцать лет.
Прикинув, за что дают такие сроки, Алисе захотелось немедленно покинуть гостеприимный автобус.
Конечно, она могла бы рассуждать иначе какая разница, одним убийцей больше на ее голову, одним меньше, но почему-то эти доводы показались ей неубедительными.
Нет, выпалила она, поднимаясь. Мы не встречались.
Погоди-ка, ласково сказал уголовный сердцеед. Не встречались так встретились теперь! Куда же ты убегаешь?
Алиса попыталась отодвинуться, но не тут-то было!
Поняв, что миновать преграду в виде его колена ей вряд ли удастся без трагических последствий, Алиса, тем не менее, сделала еще одну попытку.
Пропустите меня, сказала она. Мне пора выходить...
В следующий раз без Лехи из дома не выйду, пообещала она себе, стараясь не смотреть в лицо навязчивому ухажеру от бессмысленного выражения его маленьких темных глаз ей становилось дурно.
Нам пора выходить, поправил он ее. Теперь, девочка, тебе нечего бояться. Теперь я с тобой.
От этих угрожающих слов Алиса, как ни странно, очень разозлилась.
Послушайте, сказала она. Мне кажется, вы ошиблись. Я не собираюсь с вами никуда идти, слышите? У меня есть свои дела, и мне, честное слово, сейчас не до вас!
Она снова попыталась сделать шаг, но автобус остановился, Алиса качнулась и оказалась неожиданно для себя в цепких объятиях настойчивого уголовника.
Пустите меня! прошипела Алиса, пытаясь освободиться от уз невиданного счастья.
Он ничего не ответил, только сжал ее покрепче да ухмыльнулся прямо в лицо.
Добрый вечер, Алиса Игоревна, услышала Алиса знакомый голос, подняла глаза и остолбенела.
Боже мой, пронеслось в ее голове. Что же он теперь обо мне подумает?
Здравствуйте, Андрей Михайлович, проговорила она, потирая запястья теперь она была свободна, ее поклонник, испугавшись чего-то, выпустил ее из рук.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48