А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Я, конечно, ни на мгновение в это не поверил. И допустил серьезную ошибку. Я никогда не считал, что Мак, за исключением случайных проявлений сухого сарказма, особо силен по части юмора, но на этот раз он явно слегка подшутил над Большим Биллом Хазелтайном. Мне же предлагалось поучаствовать в розыгрыше. На Багамах или в их окрестностях назревало нечто любопытное. Возможно, сидящий напротив меня загорелый мужчина каким-то образом замешан в эту историю. Пусть себе считает, что он меня нанял или купил, так мне будет легче за ним приглядывать. В то же время, совершенно не исключено, что дело Хазелтайна никак не связано с нашим, а Мак просто воспользовался случаем сэкономить на расходах, позволив богатому дурачку обеспечить мне надежное прикрытие.
Шишки, которые посыпятся на мою голову, когда Хазелтайн обнаружит, что его использовали. Мак, естественно, во внимание не принимал. Мне предлагалось самому позаботиться о собственной персоне. А учитывая, что очень скоро за мной начнет охотиться безжалостный русский убийца и крутой техасский миллионер, поневоле придется соответствовать лестным характеристикам начальства, если хочешь остаться в живых.
Я улыбнулся.
- Что ж, история о вашей благодарности за некую мифическую услугу сразу показалась мне малоубедительной, - заметил он. - Итак, мне предстоит поработать на вас неделю-другую?
- Вернее, мы будем работать вместе, напарник, - на удивление тактично сказал я. - По правде говоря, вы уже три дня занимаетесь этим делом, с тех пор, как отправились в Уолкерз Кей. Мне хотелось, чтобы вы поближе познакомились с островами, а заодно заставили местных ребят поверить, что вы всего лишь начинающий рыболов, одержимый страстью самому поймать большую марлинь. Даже когда щелкаете фотоаппаратом для гипотетической статьи о Великом Хазелтайне, который ловит тысячефунтовую рыбину на шестифутовую бечеву. Чушь собачья! Вы когда-нибудь ловили на эту штуку? Да она разрывается под собственным весом, стоит позволить рыбе размотать ее на какую-то сотню ярдов. Если у вас нет хорошей лодки и по-настоящему опытного шкипера, который умеет буквально удерживать рыбу за хвост, можно сразу отказаться от этой затеи. - Он скривился. - Как у вас дела с фотоаппаратом и пленками? Их хватит, чтобы произвести соответствующее впечатление, куда бы нас не занесло? Если нет, лучше утром побегать по магазинам и всем запастись. На что я ответил:
- Мне придется сделать небольшой крюк и заглянуть в Нассау, мистер Хазелтайн. Я надеюсь найти там все, что понадобится. Большая часть у меня уже есть. Некогда мне приходилось действительно зарабатывать этим на жизнь.
- Кто посылает вас в Нассау, этот человек из Вашингтона? - Карие глаза Хазелтайна сузились и на мгновение стали тускловатыми и неприятными. - Мы договаривались, что вы поступаете в полное мое распоряжение. Думаю, мне следует ему позвонить и прояснить...
- Успокойтесь, мистер Хазелтайн, - сказал я. - Как бы то ни было, мне сдается, что эта поездка как-то связана с вашим делом. Мне хотелось бы разрешить свои сомнения, прежде чем что-либо предпринимать. Не могу поделиться с вами подробностями, потому что тут замешаны люди, о которых вам не следует знать. Нужно же показать, что мы соблюдаем секретность.
- Да, конечно. - Он продолжал с недоверием разглядывать меня и имел на то все причины. Последнее мое заявление основывалось исключительно на соображениях дипломатии. Нельзя сказать, что я намеренно говорил неправду, но и в том, что это правда, я был далеко не уверен. Хазелтайн медленно расслабился. - Ну ладно. Раз уж вам хочется немного поиграть в секретного агента, думаю, с меня не убудет. Мы доберемся в любое нужное нам место и из Нассау. Как только вы будете к этому готовы. Кстати, с чего это тебе вздумалось величать меня мистером Хазелтайном, Мэтт?
Я улыбнулся.
- В нашем деле предпочтительно проявлять уважение к большим шишкам, Билл. Во-первых, завоевываешь их расположение, а во-вторых, культивируешь в них иллюзию неуязвимости на случай, если все-таки придется в них стрелять.
Он улыбнулся мне в ответ. Мы стали друзьями - почти друзьями.
- Хотел бы я быть уверенным, что ты шутишь, - сказал он. - Бьюсь об заклад, ты пристрелишь меня без малейших колебаний, если я встану на твоем пути. Тебя не интересует, что я намерен искать с твоей помощью?
- Это в море-то исчезнувших кораблей? - Я пожал плечами. - Ладно, раз уж тебе хочется, валяй, рассказывай. Но после твоего недавнего вступления, я могу предположить, что его зовут Фиппс, Уэллингтон Фиппс. По крайней мере, это единственный человек, о котором мне доводилось слышать, пропавший за последнее время в этих местах. Кстати, припоминаю, что в связи с ним упоминался и ужасный треугольник. Кажется, состоятельный подрядчик с Западного побережья, который приплыл сюда на своей яхте, чтобы поучаствовать в регате. "Аметта-2", не знаю, что это означает, пропал какое-то время назад по пути из Бермуд в Палм Бич. Об этом рассказывали по телевизору. Типичное исчезновение из ряда тех, о которых ты рассказывал: ни уцелевших, ни спасательных жилетов, ни каких-либо обломков. Курс с Бермуд в Палм Бич пройдет чуть севернее Багам, те так ли?
Хазелтайн медленно кивнул. Лицо его оставалось серьезным.
- О`кей, значит, ты и вправду умеешь соображать, как сказал твой босс. Ты ошибся только в одной детали. Меня совершенно не волнует, что стряслось со стариной гулякой Фиппсом. Я, конечно, не желаю ему зла, но если бы речь шла только о нем и его яхте, я бы о них и не вспомнил. Но с ним плыли жена и дочь. Они прилетели на Бермуды, чтобы присоединиться к нему после регаты. Аманда и Лоретта, отсюда и "Аметта". Вторая яхта с таким названием - "Аметта-2". Остряки эти калифорнийцы.
- Остряки, - согласился я. - Хотя для разнообразия мог бы назвать вторую яхту и "Лоранда".
- Я собирался жениться на этой девушке, - сказал Хазелтайн. - И по-прежнему собираюсь. Я знаю, что она жива. Найди мне ее, Хелм.
Глава 4
На следующее утро, сидя на борту самолета специального рейса, пересекающего Гольфстрим в обратном направлении, я получил возможность обдумать все заново. Реактивный самолет на этом маршруте не успевает отрываться от земли, как уже идет на посадку, но в данном случае рейс Форт-Лодердейл - Нассау - следующий далее до Гавернорс Харбор в Элеутере, где бы последний не находился - выполнял неповоротливый старенький двухмоторный самолет, поднимающийся в небо на умеренную высоту, что позволяло неплохо разглядеть открывающуюся внизу панораму. Про себя я пришел к выводу, что со старыми добрыми пропеллерами никаким реактивным соплам не сравниться. Тем более, что я тешу себя иллюзией, что более-менее разбираюсь в поршневых двигателях, на что совершенно не могу претендовать в отношении двигателей реактивных. Остается только надеяться, что в них разбираются другие.
- Понимаешь, я помог перегнать эту проклятую яхту из Ньюпорта на Бермуды, - раздраженно проговорил Хазелтайн, когда я спросил его о подробностях. - Это было новое, крепкое, чертовски устойчивое судно - я бы даже сказал слишком устойчивое для настоящих гонок. В наши времена, чтобы вернуться домой с медалью приходится срезать углы и рисковать. Не то, что раньше, когда человек покупал на свой семейный шлюп новый комплект парусов и оставлял всех позади. Сегодня регата - это смертельная схватка, напарник. Можешь не сомневаться. И не просто схватка. Это еще и точный расчет. Скорость "Аметта" развивала хорошую, но ей не хватало, если можно так выразиться, изможденной аскетичности настоящего гоночного судна. Да и сам Гуляка был отличным моряком, но - опять же возможно, слишком осмотрительным для гонок. У него отсутствовал старый инстинкт: победить или умереть. Конечно, он мчался, мчался сломя голову, но как только возникали сомнения, отказывался рисковать. Предпочитал спокойную, надежную игру и уверенность, что в конце концов доберется до финиша. Возьми хоть эту проклятую регату.
- И что же там произошло? - спросил я. На лице Хазелтайна появилось удивление. Все эти спортсмены одинаковы. Всегда уверены, что все просто обязаны знать, кто поймал самую большую рыбу, застрелил самого большого слона, примчался на самой быстрой лошади и приплыл на самой быстрой яхте.
- На подходе к Бермудам, - пояснил он, - мы оказались в отличном положении, просто превосходном, учитывая наши достаточно низкие шансы на успех. Мы вышли на место как раз в положенное время. Но ты же знаешь, что такое финишная прямая. Ее и днем-то при ясной погоде непросто отыскать и не угодить при этом на рифы. Дело же происходило ночью, да еще и при сильном ветре. А организаторы от души потешились, придумывая совершенно дурацкие правила относительно того, какими навигационными приборами можно пользоваться и какими нельзя. Им явно хотелось заполучить парочку разбившихся яхт для полной остроты ощущений. И вот этот проклятый шторм гонит нас неизвестно куда, лидеров не видно, а берег с подветренной стороны. Навигатор же продолжает утверждать, что мы идем точно по курсу. Остается только надеяться, что он не просто старается нас утешить. Ошибки в такую погоду обходятся дорого. Неожиданно Гуляка начинает кривиться, поворачивается к парню, не помню уж, как его звали, и приказывает немедленно включить "омни".
- Что такое "омни"? - спросил я.
- Спроси кого-нибудь другого, - ответствовал техасец. - В мою задачу входило просто по команде тянуть за веревки. На парусах я собаку съел, но вся эта техническая мишура доводит меня до белого каления. В противном случае, я бы уже давно обзавелся собственной яхтой. Кажется, это какой-то сложный навигационный прибор, вроде тех, что используют на самолетах. Обычная навигационная аппаратура не срабатывала из-за помех или чего-то в этом роде. Навигатор возразил, что использование "омни" запрещено, на что Гуляка послал его ко всем чертям и заявил, что чувствует опасность. А потому это не вежливая просьба, а окончательный приказ: плевать он хотел на запреты и разрешения. Он не собирается потопить яхту из-за дурацких правил, так что ноги в руки и выложи мне наши координаты. Навигатор появился на палубе веру минут спустя. Лицо у него было таким бледным, что казалось, светилось в темноте. Он завопил, чтобы мы немедленно сворачивали, потому что идем прямо на рифы... Вот таков Гуляка Фиппс. Так сказать, моряк-реалист. Нас, конечно, дисквалифицировали. Понимаешь, к чему я веду? Никто не сможет заставить меня поверить, что осторожный, внимательный старина Гуляка способен хорошую погоду потопить свою яхту. Разве что ему в этом помогли. Не спорю, ночью на него мог налететь большой корабль - такое случается - но я самым тщательным образом проверил все суда, которые находились в этом районе в интересующее вас время. Никаких ночных столкновений, царапин на краске и, в конце концов, если бы "Аметта" потонула подобным образом, на поверхности остались бы обломки, и мы бы их нашли. Мы прочесали в океане каждый дюйм, от Багам до мыса Хаттерас в Северной Карелине, учитывая возможный дрейф из-за ветров и течений. - Он покачал головой. - А теперь познакомься со своими новыми подопечными. - И протянул мне несколько фотографий.
На фотографиях я увидел яхту, красивый шестидесятифутовый кеч и Уэллиигтона (Гуляку) Фиппса, красивого мужчину среднего возраста с густой шевелюрой вьющихся седых волос. Там же была миссис Фиппс, некогда, как сказал Хазелтайн, знаменитая кинозвезда по имени Аманда Мейн. Я никогда не слышал о ней, но смотрелась она неплохо, а многие из бывших актрис становятся знаменитыми звездами, так сказать, задним числом, после того, как выходят замуж за денежный мешок. Я ее за это не винил. Она производила впечатление самостоятельной, уверенной в себе женщины, с которой можно приятно поговорить, если только собеседник не слишком ее затмевает, чего она, скорее всего, и не допустит.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37