А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


В голосе Кларка уже не было обычного добродушия, и всем стало ясно, что задеты какие-то политические нервы сенатора от штата Джорджия. Лимен казался смущенным. В комнате наступила напряженная тишина, все шестеро молча посматривали друг на друга. В эти секунды они отдавали себе отчет, что состав правительства Лимена уже никогда не останется прежним, независимо от того, произойдет что-нибудь в субботу или не произойдет. В будущем все они, безотносительно к их политической принадлежности и общественному положению, разделятся на тех, кто знал, и тех, кто никогда не узнает. В зависимости от степени близости к президенту на каждого из присутствующих эта мысль действовала по-разному. Но все понимали, что администрация Лимена переживает критический момент, и сознание этого, казалось, пронизывало ледяным холодом воздух комнаты, а окрашенный ранними сумерками туман за окнами делало еще более густым.
Тодд усиленно протирал очки.
— Я думаю, Поль, тебе надо взять на всякий случай мое письмо, — наконец нарушил молчание Лимен. Он отошел в угол, к маленькому письменному столу, достал лист знакомой всем почтовой бумаги, которую обычно употреблял для личной переписки — рыжевато-коричневого цвета, с позолоченным оттиском президентской печати, — и быстро написал:
«Дорогой адмирал Барнсуэлл!
Податель сего — мой секретарь Поль Джирард, ведающий назначением свиданий и приемов, и мой личный помощник. Уверен, что вы примете его со всей возможной любезностью и подробно и откровенно ответите на все вопросы, которые он пожелает вам задать.
Поль Джирард выполняет мое поручение и пользуется моим полным доверием и поддержкой. Ваши ответы будут сохранены в тайне.
Заранее признательный, искренне Ваш
Джордан Лимен».
— Тебе придется самостоятельно добираться от Рима до Гибралтара, Поль, — заметил Лимен, запечатывая письмо в конверт и передавая Джирарду.
— А ответы Барнсуэлла вы должны получить в письменном виде, — предупредил Тодд. — Вы джентльмен, но на суде ваши устные показания против Барнсуэлла или Скотта будут стоить не очень-то много.
Совещание близилось к концу, и Тодд обвел всех взглядом.
— Каждому из вас нужно так рассчитать свое время, чтобы вернуться сюда не позднее полудня в четверг, — подчеркнул он. — Если Кейси прав, у нас останется только двое суток.
— Код, Крис? — немного смущенно напомнил президент.
— Да-да. Если все подтвердится, мы обязаны соблюдать осторожность. Я разработал простой код, мы будем пользоваться им для телефонных разговоров.
Корвин — он все еще сидел прислонившись к двери — повернулся с такой живостью, что ножки стула со стуком опустились на пол.
— Это не должно вас беспокоить, господин министр. Президент, по-моему, уже дал мисс Таунсенд соответствующие указания. Все телефонные линии Белого дома защищены от подслушивания, насколько это практически возможно.
— А разве нельзя подслушивать там, откуда будут звонить? — поинтересовался Тодд.
— Пользуйтесь телефонами-автоматами, — посоветовал Корвин. — Невозможно наладить одновременное подслушивание такого количества телефонных линий.
— Хорошо, — согласился Лимен. — Возможно, это излишне, но на всякий случай соблюдайте осторожность в разговорах по телефону. Мы все равно поймем, если вы будете говорить намеками.
— Вообще-то мы уже несколько устарели для подобных забав, — заметил Тодд. — По совести говоря, я по-прежнему считаю абсурдом все наши предположения, и, чем скорее мы установим истину, тем лучше.
— Надеюсь, вы правы, господин министр, — сказал Кларк, — но я чувствую, как воняет тухлой рыбой, которая слишком долго валялась на солнце.
Присутствующие стали расходиться; Лимен отвел в сторону Кларка и Джирарда и закрыл дверь за Тоддом, который уходил последним.
— Три замечательных человека, — заговорил президент, — но я не уверен, что мы толкуем на одном языке. Особенно Крис. Черт побери, послушать его, так я должен с амвона закричать пастве: «Среди вас вор!» — и потребовать обыскать всех верующих.
— Тут уж ничего не поделаешь, — сказал Джирард. — Они не политики.
— Он прав, Джорди, — подтвердил Кларк. — Любой политик понимает, что сейчас вы не можете рубить сплеча. Боже, да при той «популярности», какой мы пользуемся сейчас в стране, любая наша схватка со Скоттом заведомо обречена на поражение.
— Что может означать и потерю всей страны, — задумчиво кивнул Лимен. — Острый конфликт между военными и гражданскими в Соединенных Штатах… Да русским и не нужен лучший предлог, чтобы отказаться от выполнения договора… Не пойму я что-то Криса. Странно, но, по его мнению, мы должны действовать открыто.
— А в действительности в этой игре нам надо держать карты как можно ближе к жилетке, чтобы никто не подсмотрел, — добавил Кларк.
— Вот-вот, — согласился Лимен. — Вчера вечером я решил, что, если в наших догадках есть хоть доля правды, мы обязаны действовать без шума; пусть страна никогда ничего не узнает. Конечно, не так-то это просто, надо получить убедительные доказательства, чтобы вынудить Скотта уйти в отставку под каким-нибудь предлогом.
— Ну, коль скоро Крис в курсе дела, вы, босс, должны заставить его понять это, — сказал Джирард.
Они посидели еще с полчаса и вновь обсудили все, что произошло в воскресенье и в понедельник.
— А почему бы не применить к Скотту «метод А»? — обратился Джирард к президенту. — Это, возможно, поможет, а если наши подозрения не подтвердятся, все равно никто не сможет предъявить к нам никаких претензий.
— «Метод А»? — недоуменно переспросил Лимен.
— Ну да. Вы же знаете, шеф, о чем я говорю, — цинично улыбнулся Джирард. — Убрать его из города. Послать куда-нибудь за границу. Скотт не сможет захватить ваш пост, если окажется, скажем, за пять тысяч миль отсюда.
— Должно быть, на вас так действуют нравы Белого дома, — усмехнулся Кларк. — Помню, один парень, — кстати, университетский профессор, — работавший тут во времена Кеннеди, рассказывал мне, что нет лучшего способа отделаться от человека, чем держать его вне Вашингтона… Честное слово, Джорди, предложение весьма и весьма заманчивое.
— Не думаю. — Лимен отрицательно покачал головой. — Такой способ мог бы оказаться подходящим почти в любой другой ситуации, но не в нынешней. Нельзя же послать председателя комитета начальников штабов с каким-то надуманным поручением. Во всяком случае, я предпочитаю видеть Скотта здесь — тут по крайней мере Арт может присматривать за ним.
Уже стемнело, когда Кларк поднялся, собираясь уходить. Президент пожал им руки.
— Возвращайтесь оба поскорее, — попросил он. — Я не хочу оставаться здесь один против девяти, а возможно, и больше генералов и адмиралов.
После ухода Кларка и Джирарда Лимец некоторое время постоял у большого окна. Туман начал рассеиваться; стали видны низкие тучи, на них отражалось зарево городских огней.
Сколько бы людей ни было вовлечено в эту историю, думал президент, в конце концов именно он, Лимен, останется лицом к лицу со Скоттом. Нужно как-то получше узнать этого человека, почувствовать его. Пройдет еще немного часов, и ему придется один на один столкнуться со Скоттом.
Президент стоял в темноте. Мимо старинных фонарей-шаров, освещавших заднюю подъездную аллею, проносились клочья редеющего тумана.
«Все они люди хорошие, — размышлял он, — но под конец ты все же остаешься один, Джорди. Боже мой, как ты одинок в этом доме! Хотя бы Дорис была здесь. Как было бы хорошо с кем-нибудь поужинать…»
Вторник, вечер
Арт Корвин поставил машину на подъездной дорожке, ведущей к многоквартирному жилому дому, напротив главных ворот Форт-Майера. Он не случайно выбрал это место. Дорожка отлого спускалась к автостраде. От переднего автомобиля его отделяло не менее четырех футов, так что он мог вывести свою машину одним движением рулевого колеса. Прямо перед ним, на автостраде № 50, находился перекресток; в случае необходимости можно было пересечь двойную ленту дороги и свернуть налево, в Вашингтон, или сделать правый поворот, выехать на внешнюю полосу автострады и направиться в глубь Виргинии.
Дождь прекратился, туман рассеялся, но низкие облака все еще скрывали луну. Улицы и листва деревьев — все было мокрым и унылым, однако это не влияло на настроение Корвина. Он был бодр и готов ко всему. После долгого совещания в Белом доме кружка пива и сандвич из ржаного хлеба с ветчиной показались ему необыкновенно вкусными. На своей машине с хорошо отрегулированным мощным мотором он мог делать при необходимости больше ста миль в час. Кроме того, сейчас он опять работал один, как в те далекие времена, когда его главной заботой было изобличить какого-нибудь мелкого фальшивомонетчика и не приходилось испытывать этого ежеминутного напряжения, связанного с обязанностью охранять жизнь президента Соединенных Штатов.
Вскоре после семи часов вечера Корвин медленно проехал мимо корпуса № 6, расположенного на холме, внутри старинного военного городка. Служебный лимузин председателя комитета начальников штабов и его собственный «крайслер» стояли в подъездной аллее. Только после этой предварительной разведки Корвин и облюбовал место напротив главных ворот Форт-Майера, откуда можно было наблюдать за всеми, кто приезжал или уезжал. Он дважды менял место стоянки, пока не выбрал наиболее удобное. В свете уличного фонаря отсюда можно было различить лицо любого посетителя, когда тот остановится у караульной будки, чтобы предъявить, как обычно в ночное время, пропуск.
Странная все же история, думал Корвин. Он не знал, метит ли Скотт в президенты, но был уверен, что сомнения Кристофера Тодда могли привести к весьма нежелательным последствиям. Корвин приучил себя всегда предполагать самое худшее. Так что же, Скотт действительно хочет стать президентом? Ну а кто в Вашингтоне не хочет им стать?
Корвин попытался прикинуть, сколько человек ему придется добавить к группе охранников Белого дома в конце недели. Если бы этим скоропалительным спектаклем руководил он, недурно было бы заслать на радиостанцию Пентагона своего человека. Дело, правда, не из легких, но… Интересно, думал ли об этом Тодд? Вообще-то министр финансов настолько уверен в невозможности военного заговора, что легко мог забыть о самых необходимых мерах предосторожности. А если Скотт выступит раньше? Что тогда делать?
Корвин все еще размышлял над проблемой охраны президента, когда из ворот Форт-Майера под яркий свет уличных фонарей выскользнул темно-голубой семиместный «крайслер». Часовой у будки вытянулся и лихо козырнул. За рулем сидел генерал Скотт, без фуражки, одетый, видимо, в штатское. Корвин успел заметить густые, черные с проседью волосы генерала. Рядом с ним сидел командующий морской пехотой генерал Билли Райли. Второго такого подбородка не сыщешь во всем Вашингтоне.
Как только «крайслер» выехал на автостраду и направился в противоположную от Вашингтона сторону, Корвин включил подфарники, завел машину и скатился по склону холма к перекрестку. Пропустив вперед три автомобиля, он включил фары и влился в поток мчащихся машин. Разделенная тремя линиями, автострада уходила в сторону от столицы. Покрышки колес, соприкасаясь с влажным асфальтом, казалось, пели, и Корвину это нравилось. Не спуская взгляда с «крайслера» и уголками глаз наблюдая за движением на дороге, он замурлыкал модную песенку — пародию на романс «Элис в голубом платье»:
…Я помню, как бешеный атом
Сюрприз преподнес дипломатам…
Указатели на автостраде разрешали увеличить скорость, и Корвин слегка нажал на акселератор, стараясь не отстать от Скотта. Это не представляло трудности, поскольку густой поток машин не позволял «крайслеру» вырваться вперед. Куда все же направлялся генерал?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56