А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


— Что? — утратив способность соображать, чисто автоматически переспросил Штруп.
— Ручки, — повторил капитан. В руках у него зазвенели наручники.
Спустя минуту бандит, расставив ноги, стоял в наручниках возле «Москвича». Молодой гаишник с автоматом деловито обыскивал его. Другой мент наклонился над портфелем.
Штрупом овладел ужас. Так бездарно влипнуть! Остановившимся взглядом он следил за тем, как Самойленко ловко управляется с замками. У «Москвича» собрались все гаишники, задействованные в пикете, пришел даже водитель «Форда».
— Готово, — сказал Самойленко.
— Открывай, — приказал усатый.
Блондин повернул голову, ожидая увидеть блеск золотых монет…
В портфеле Картавый действительно хранил золото, но оно находилось только в одном отделении портфеля. В другом лежало три кило аммонита со взрывателем, хитроумно соединенным с замками. Портфель таил в себе ловушку, которую старый вор заготовил для возможных похитителей своего добра…
Никто из сгруппировавшихся около старого автомобиля людей даже не успел понять, что произошло. Все дружно и сразу отправились на тот свет. Шарахнуло так, что обломки «Москвича» и куски человеческой плоти далеко разлетелись по шоссе. Пламя взметнулось почти вровень с верхушками деревьев, а грохот взрыва докатился до Тушина.
Когда подъехал второй «Форд», так и не нашедший никакого «Вольво» с раскрытым багажником, у обочины, где недавно стоял «Москвич», зияла огромная воронка. Немного в стороне горела перевернутая милицейская машина. Клочья человеческих тел забросило даже на деревья. Среди обугленных останков, усеивавших шоссе, находилась искореженная взрывом голова. Вся ее лицевая часть представляла собой кровавое месиво. О хозяине головы напоминали только спутавшиеся на затылке, слегка обгорелые белокурые волосы.
* * *
За окном было уже почти темно. Олег приподнялся на кровати и всмотрелся в позднего посетителя.
— Лена?.. Как ты меня нашла?
— Не я, а Николай Петрович. Мы только час назад узнали, что-ты лежишь здесь. Хотели приехать завтра с утра, думали, что сегодня уже поздно… Но я решила все-таки съездить, и оказалось, что не зря.
Беляев улыбнулся. Все его тело было забинтовано, рядом находилась капельница.
— Присаживайся, — сказал он, стараясь говорить нормальным, твердым голосом. — Ну и как я выгляжу?
— Да похуже, чем в твои прошлые возвращения… Она поправила на нем одеяло, присела на табурет у изголовья. Разглядывая ее силуэт на фоне окна, Олег мог вволю любоваться ее высокой грудью.
— Ты не забыла, о чем я тебе говорил тогда, на набережной?
— О чем? — Лена почувствовала, как краска заливает ее щеки, но в полутьме палаты это, кажется, было незаметно…
— О том, что я не уеду без тебя.
— Сначала тебе надо поправиться.
— Ничего, я живучий, — он дотянулся рукой до ее ладони. — Знаешь, о чем я сейчас подумал'? О том, что ты не такая, как те девушки, с которыми я встречался до тебя. Мне хорошо с тобой.
И он умолк, переводя дыхание. Разговор давался ему с трудом.
Лена пробормотала, потупившись:
— А мы с Николаем Петровичем страшно перепугались, когда ты пропал. Три ночи почти не спали.
— Я сегодня тоже не спал. Представь, слушал радио. Там только и говорят, что про взрыв на шоссе… Тебе что-нибудь об этом известно?
— О, это такой ужас! — запричитала Лена. — Взорвалась милицейская машина и еще какая-то легковушка, а перед этим у ее водителя документы проверяли! Он вез взрывчатку, и она неожиданно взорвалась. Там была еще одна милицейская машина, так вот, она уцелела. Милиционеры видели водителя легковушки. Это молодой человек лет двадцати пяти. Они даже фамилию его запомнили. Какая-то иностранная… Забыла…
— Штруп, — подсказал Олег. — Фамилию сообщили по радио.
— Да, точно, Штруп!
— А что пишут об этом в газетах? , — Начали разбираться, кто он такой, и выяснили, что он работал тренером в спортлагере и был связан с организованной преступностью…
— Тренером в спортлагере? — живо переспросил Олег.
— Да. По телевизору показали его фотографию. Очень симпатичный молодой человек. Блондин.
— Блондин, правильно… — словно в ответ на свои мысли, тихо произнес Олег. — Но откуда там взялась взрывчатка?
— Она вроде бы лежала в портфеле, вместе с золотом…
— Золотом?
— На месте взрыва нашли драгоценности и деньги. Следствие еще будет разбираться… Кстати, его фотографию в газетах напечатали. Просят обращаться в милицию всех, кто что-нибудь знает о нем.
— Ты принесешь мне газету с его рожей?
— Завтра принесу. А ты… — Лена насторожилась. — Разве ты его знаешь?
Олег улыбнулся как можно беззаботнее. — Нет. И знать не хочу. Давай не будем больше говорить об этом… Лучше поговорим о том, что я скоро поправлюсь и мы поедем ко мне. Ты ведь выйдешь за меня замуж?
Лена опустила голову и как-то машинально принялась поправлять на нем одеяло.
— А как же быть с ребенком?.. — запнувшись, спросила она.
Олег встрепенулся. Взглянув на него, ей показалось, что в его глазах сверкнул гнев. Лена даже испугалась. От резкого движения его пронзила боль, и он, морщась, снова откинулся на подушку.
— Не надо никакого аборта, — почти простонал он. — Это ребенок Андрея, как ты не понимаешь? Это единственное, что осталось от него на свете, это память о нем. Он будет нашим ребенком… самым любимым… самым… — повторил Олег очень тихо и добавил после молчания: — И еще я хочу, чтобы у него появились братья и сестры, с которыми он мог бы играть.
Он притянул ее к себе. Лена осторожно, боясь ненароком причинить ему боль, прижалась щекой к его небритому подбородку.
— Не знаю, что я буду делать, если мы расстанемся, — прошептала она. — Я люблю тебя.
Ее пальцы скользнули в его ладонь.
Больше всего на свете ей хотелось унять его страдания — не столько физические, сколько душевные. Ей казалось, что терпение и время позволят ей сделать это…
Она коснулась губами его небритой щеки. Олег смотрел на Лену нежным, любящим взглядом. Она целовала его еще и еще…
По этим жарким, лихорадочным, смешанным со слезами прикосновениям ее губ он понял, что сказанное ею правда.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29