А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

– Да, я его знала. Ты такой же красивый, как он.
– Мама говорит то же самое. А теперь моим папой будет Картер.
– И это замечательно, правда? – едва смогла вымолвить Слоун.
– Да, это чудесно, – согласился Дэвид.
– Чудесно-чудесно! – запел маленький Адам.
– А теперь идите играть, – велела Алисия. – Как твоя книга? – спросила она, обращаясь к Мэдисону, когда мальчики побежали на пляж. – Ты закончил ее?
– Да. Она уже на столе у редактора. Он ее проглядел мельком, но сказал, что это лучшее из всего, что я написал.
– Так это отличная новость, дорогой! – воскликнула Алисия, кладя руку ему на грудь. – Ты же так много работал над ней!
– Да, я всю душу вложил в эту работу. – Молодой человек старался отвести глаза от Слоун, но – вот черт! – его взор упрямо возвращался к ее лицу.
– И что, там хороший конец? – поинтересовалась Алисия.
Отведя наконец взгляд от Слоун, Картер посмотрел на свою невесту. В эту минуту ее лицо было таким же безмятежным и невинным, как и личики ее сыновей, и он почувствовал себя негодяем. Она ведь не виновата в том, что он полюбил другую женщину. Вновь поглядев на Слоун, Мэдисон сказал серьезно:
– У этой книги был единственно возможный конец.
Услышав его слова, Слоун с трудом глотнула воздух и бросилась вон с террасы, успев крикнуть сдавленным голосом:
– Мне надо вызвать такси.
– Нет, Слоун! – возразила Алисия. – Ты должна остаться до обеда.
– Не могу. Извини, я должна срочно уехать.
– Подожди, пожалуйста, – умоляла Алисия. – Не делай ничего, пока я не разыщу Дэвида и Адама.
Алисия отвлеклась на поиски внезапно исчезнувших мальчишек, а Картер побежал вслед за Слоун. Ему пришлось приложить неимоверные усилия, буквально сжать руки в кулаки, чтобы не схватить ее немедленно в свои объятия.
Его раздражал этот ее костюм, этот узел волос на затылке, настороженное выражение обычно милого и веселого лица. Глядя на плотно сжатые губы, нельзя было и предположить, что она в состоянии улыбаться, в состоянии любить…
Мэдисону так хотелось разглядеть под этой суровой личиной ту страстную и, пылкую женщину, с которой он провел столько времени и которая пряталась теперь за стеной суровости и равнодушия. Но если ему однажды удалось вырвать ее из укрытия, то, наверное, его прикосновение вновь сможет сорвать с нее пелену безразличия. Однако здесь, в этом доме, в присутствии Алисии, Дэвида и Адама, он не мог дотрагиваться до Слоун.
С другой стороны, он не мог и отпустить девушку, не сказав ей, как она ему нужна, как он любит ее! Он должен был произнести это вслух, иначе всю жизнь будет сожалеть о том, что промолчал.
– Слоун, я…
– Не надо, – процедила она сквозь зубы. – Не говори ничего.
– Я должен, черт возьми!
– Нет. Пожалуйста, не говори ничего. Если ты что-то скажешь, мне этого не вынести.
– Слоун! Сло-оун! – закричала Алисия, вбегая в дом. – Не вызывай такси. Мальчики хотят поехать с тобой в аэропорт, чтобы посмотреть на самолеты, так что Картер…
– Нет! – быстро возразила Слоун. – Картер сам только что приехал из аэропорта.
– Да нет, я не против, – вмешался Мэдисон.
– Картер, пожалуй, тебе лучше остаться, – заявила Алисия, – я сама отвезу Слоун, а ты ее встретишь, когда она на следующей неделе приедет на нашу свадьбу.
У Слоун было такое чувство, будто Алисия изо всех сил ударила ее в живот.
– Нет! – вскричала она поспешно. – Я не приеду на свадьбу.
Тут настала очередь Алисии оторопеть.
– Но, Слоун, послушай, ты должна приехать!
Никакая сила не могла бы заставить Слоун Фэйрчайлд приехать на эту свадьбу и слушать, как Картер Мэдисон клянется в любви другой женщине. Даже если Слоун тоже любила ее.
– Извини, но я не смогу. У меня скоро приезжают постояльцы, и не могу же я оставить пансионат. Можешь считать мой нынешний приезд свадебным поздравлением.
Алисия была явно недовольна.
– Но ты же не была на моей первой свадьбе, – проворчала она. – Не может быть, что и сейчас тебя не будет на торжествах.
– Мне жаль огорчать тебя, Алисия, но я не могу… Я не смогу приехать на твою свадьбу.
Слоун говорила непререкаемым тоном, хотя Алисия и пыталась возражать. Картер молчал.
…Они уехали через несколько минут. Крутя руль, Алисия объясняла своим сыновьям, как летают самолеты.
Слоун решилась лишь один раз оглянуться на дом Мэдисона. Картер стоял на террасе и не сводил с нее глаз. Ветер рвал его волосы. Он сунул руки в карманы и ссутулился, защищаясь от внезапно налетевшего шквала или… от какого-то невидимого врага – это Слоун не могла разобрать. Лицо молодого человека было скрыто тенью навеса.
Может, это было и к лучшему. Сумей Слоун увидеть тревожный блеск его глаз, умоляющее выражение лица, она скорее всего бросилась бы к нему, не думая о последствиях.
Глава 10
«Ну хоть это у меня есть», – думала Слоун, подавая постояльцам, сидящим за столом, взбитый крем с карамельным соусом. «Фэйрчайлд-Хаус» был полон, все спальни наверху заняты, кроме одной. Но ее Слоун не считала.
Она выживет, сумеет пройти через это. Как в прошлый раз.
Пансионату потребуется вся ее энергия – и умственная, – и физическая. И она станет жить лишь интересами «Фэйрчайлд-Хауса», он и есть ее жизнь. Все свои силы она вложит в приготовление вкусных завтраков и тщательную уборку комнат.
Пятница. Вечер. В два часа дня Картер и Алисия поженились. Теперь он навсегда ушел из ее жизни. С этого дня сердце Слоун навечно отдано бизнесу.
– Наверное, это было ужасно. Не так ли, мисс Фэйрчайлд?
Слоун чуть не расплескала кофе на свою драгоценную ирландскую скатерть из льна. Оказывается, ее гости говорили с ней о чем-то, а она даже не замечала этого, погрузившись в свои раздумья. Потому и опешила, услыхав, что кто-то довольно громко обращается к ней с вопросом.
– Извините, пожалуйста, я прослушала. О чем вы спрашивали? – переспросила хозяйка.
– Да мы говорим о недавнем дожде. Должно быть, он был ужасным. – Женщина, обратившаяся к Слоун, приехала-с Восточного побережья и говорила с типичным для тех мест гнусавым акцентом. Она буквально слова не давала вставить своему мужу-подкаблучнику.
Но как только кто-то упоминал недавнюю непогоду, Слоун тут же вспоминала их с Картером прекрасное заточение и глаза ее затуманивались.
– Может, погода и была ужасной для тех, кому надо было выходить из дома, – ответила она. – Хотите еще кофе, миссис Вильяме?
Слоун говорила сердечным тоном, ее голос звучал тихо и приветливо – она научилась отлично скрывать душевные переживания. Но если бы кто-нибудь заглянул поглубже в ее глаза, то увидел бы там выражение безнадежного отчаяния.
Постояльцы направились в гостиную, где четверо из них собирались поиграть в карты. Слоун принесла туда поднос с кофе, ароматным травяным чаем и ликерами. Время близилось полуночи, когда последние гости отправились спать. Девушка устало направилась проверить замки в дверях и выключить везде свет.
У себя в комнате она в темноте нашарила выключатель настольной лампы, стоящей на секретере, и зажгла свет. Она автоматически провела рукой по крышке полированной шкатулки, которая всегда была у нее под рукой. Улыбка чуть тронула уголки ее губ, глаза наполнились горькими слезами.
Ей и в голову не приходило, что она не одна.
Слоун медленно вытащила шпильки из волос, и они тяжелой волной упали ей на плечи. Она слегка помассировала голову, пытаясь снять невероятное напряжение, весь день копившееся в ней, – ведь ей с утра приходилось улыбаться и приветливо выслушивать кого-то, хотя сердце ее разрывалось.
Расстегнув «молнию» юбки, она опустила ее на пол и грациозно перешагнула через складки ткани. Тонкая комбинация, как перчатка, облегала ее фигуру, изящно обрисовывая высокие бедра и плоский живот. Глядя равнодушно в зеркало, Слоун принялась расстегивать перламутровые пуговицы на блузке, как вдруг что-то необычное привлекло ее внимание в зеркальной поверхности. Она уже было начала снимать с себя блузку, но внезапно поняла, что видит его отражение, – он сидит на стуле в другом конце комнаты.
Сердце девушки подскочило, и, не успев овладеть собой, она закричала и резко обернулась. В висках у нее застучало, перед глазами все поплыло, и она вынуждена была ухватиться за секретер, чтобы не упасть.
Это был он, причем сидел Картер с таким видом, словно бывать в ее спальне вечерами и наблюдать за тем, как Слоун готовится ко сну, было обычным для него делом. Мэдисон развалился на стуле, закинув ногу на ногу. Перед собой он держал какую-то книгу, а очки опустил на нос, что делал всегда, когда читал что-нибудь.
– Не мешай мне, – деланно серьезным голосом произнес он, внимательно оглядывая Слоун.
– Что ты здесь делаешь?
– Наблюдаю за стриптизом, и это, признаться, меня весьма возбуждает.
– Черт возьми, Картер, отвечай! Все ее отчаяние, вся боль и горечь вырвались наружу, и девушка сердито набросилась на Мэдисона. Пытка не кончилась. Только-только она настроила себя на то, что постарается не думать о нем, как все началось сначала! Но был ли он здесь на самом деле? В самом ли деле Картер Мэдисон сидел сейчас в ее спальне в своей свободной куртке? Выглядел он в точности так же, как в ночь их знакомства.
– Как ты сумел войти? Двери же заперты!
– Глава пятая из «Поцелуя епископа». – Он указал на книгу, которую держал в руках. – Я только что перечитывал ее, чтобы еще раз удостовериться, что все сделал правильно. Значит, так. Мне удалось пробраться к задней двери и отпереть ее, и никто меня не заметил. – Его усмешка была по-мальчишески гордой. – Кажется, я сделал все не хуже Слейтера, героя этой…
– Что ты здесь делаешь? – закричала Слоун, сжимая руки в кулаки.
Бросив очки и книгу на пол, Картер одним прыжком оказался возле девушки, прижал ее к себе одной рукой, а другой закрыл ей рот.
– Вы же не хотите перебудить всех постояльцев, мисс Фэйрчайлд? – тихо спросил он, проводя языком по ее шее. – Не хочу показаться грубым, но именно так поступил Слейтер, когда пробрался в квартиру героини. Я уж не говорю о нашем друге Грегори. Мы-то с вами знаем, до чего он может дойти, чтобы добиться своего.
Слоун вырывалась, пытаясь заговорить.
– Не понимаю тебя, Слоун, – продолжал Мэдисон. – И тебе лучше поберечь свои силы и дыхание кое для чего другого. Они тебе еще понадобятся, можешь не сомневаться. – Его губы были возле ее уха. – Видишь ли, я собираюсь этой ночью до беспамятства заниматься с тобой любовью.
Она закричала что-то прямо ему в ладонь.
– Ты пытаешься сказать мне, чтобы я уходил? Почему? Ах да, кажется, знаю! Считаешь, что я изменяю жене. Не правильно! Я не женат и останусь холостяком до тех пор, пока ты не освободишься на пару часов, чтобы сходить со мной в городскую мэрию.
Слоун перестала сопротивляться и просто повисла на его руках. Глаза девушки над его рукой, зажимавшей ей рот, удивленно моргали. Слоун ровным счетом ничего не понимала.
– Вот так-то лучше, – заметил Картер. – Ненавижу применять силу. Но я не был уверен, что смогу заставить тебя молчать каким-нибудь более приятным и утонченным способом.
Он медленно убрал руку с ее рта и тут же поцеловал в губы. Голова Слоун пошла кругом, а когда его язык проник в теплую сладость ее рта, она уже не могла думать ни о чем, кроме того, что находится в объятиях любимого.
У Слоун едва хватило сил, чтобы положить руки ему на плечи. Она гладила его волосы, спадавшие на воротник, его шею, плечи… Его поцелуй сводил ее с ума, тело конвульсивно содрогалось от каждого его прикосновения.
– Господи, как мне хорошо, – прошептал молодой человек, отпустив ее на мгновение. Его руки скользнули вниз, на бедра Слоун, и он принялся ласкать их.
– Что произошло? – со стоном спросила она. – Почему ты не женился? Картер, не причиняй мне больше страданий. Убей меня, если хочешь, но больше не оставляй меня.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25