А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Но все было тщетно. Я двигался словно в вязком тумане, совершенно не воспринимая окружающее.
Я прошел сквозь шеренги легионеров, пересек свободную полосу и стал подниматься по склонившимся телам нелюдей вслед за отходящим на помост Файоном. Откуда-то издалека доносились слабые крики Дракона, а я ничего не мог сделать, ничего.
Неожиданно резко сознание сделалось ясным, и я увидел себя лежащим на помосте, прижатым мощными лапами боболоков. Но не это расстроило меня. Рано или поздно нежить одержала бы надо мной верх, я это знал точно.
Плохо было другое. Надо мной с мечом в руке стоял Файон. «Смешная ситуация, – промелькнуло у меня в голове, – придется погибать от собственных рук». Если, конечно, ничего не случится. Именно это «если» не давало мне совсем упасть духом.
Улыбка склонившегося надо мной Файона не предвещала ничего хорошего.
– Послушай, брат, добро всегда было слишком слабым, чтобы бороться со злом. И если ты еще не понял это, то сегодняшний день докажет это. Впрочем, тебе будет уже все равно.
Файон рассмеялся недобрым и очень, с моей точки зрения, глупым смехом. Никогда не замечал за собой такой привычки.
– Да, я хочу убить тебя. И не вижу никаких причин, чтобы отказаться от своего намерения. Но я хочу, чтобы смерть твоя была мучительной. Ты не умрешь легкой смертью.
Неожиданно Файон налился кровью и, брызгая слюной, прокричал прямо мне в лицо.
– Ты никогда не получишь Иннеи. Она будет только моей! Я завоюю для нее мир!
Так же резко приступ злости у него прошел, и Дьявол заговорил с прежним высокомерием:
– Перед тем как умереть, ты увидишь, как погибнут твои легионеры, вместе с этим Драконом. И везде, во всем мире, останется лишь один повелитель – я.
Он поднял глаза к своему ночному божеству – Луне, вскинул руки, и тотчас его армия двинулась вперед. И вслед за этим раздался его смех.
Страшно было слышать этот смех. Но еще страшнее видеть, как шаг за шагом отступают мои легионеры, как Дракон отвернулся от меня и собирает в ладони маленькие звездные души погибших солдат.
Неужели все так плохо кончилось? «Если ты победишь сейчас, то перевес будет на нашей стороне». А я проиграл, и ничего не могу сделать, и проиграл как-то глупо, без борьбы.
Один за другим солдаты Дракона скрывались под серой массой нападавших солдат. Я видел, как во все стороны летит то, что осталось от них. Стройная цепь оказалась прорвана, и во многих местах сначала отдельные нелюди, а затем крупные отряды нападающих прорвались сквозь строй серебряных солдат, окружая их и сминая своим весом и количеством.
Черный Файон повернулся ко мне. На его губах блуждала улыбка, которая была мне знакома. Улыбка победителя.
– А теперь твоя очередь! Или ты надеялся, что я сжалюсь над тобой и над твоим телом? Я не рыцарь и не джентльмен, я – зло. И как истинное зло, я – бесконечен.
Файон поднял надо мной свой меч и, глухо выдохнув, вонзил его в мою грудь.
ВРЕМЯ! Как мало мы знаем о времени! Что для нас является истинным богатством, и что мы меньше всего ценим – Время! Чему мы молимся, что боготворим и что, в конечном счете, больше всего ненавидим – Время. Только Время делает нас богачами, и оно же превращает нас в ветхие останки. Оно хранит нас от старости, и оно же сталкивает нас в пропасть смерти. Я всегда буду молиться только Времени, ибо нет для меня божества, более могущественного, чем Время.
ВРЕМЯ – БОГ!
ПОЧЕМУ МИР РАЗДЕЛИЛСЯ ДЛЯ МЕНЯ НА ЧЕРНО-БЕЛЫЕ КУСОЧКИ? ЧТО-ТО ТЕМНОЕ СКЛОНИЛОСЬ НАДО МНОЙ. И ЧТО ЭТО ЗА СЕРАЯ МАССА ДАВИТ НА МОИ РУКИ?
ЧТО ЭТО? БЛЕСТЯЩИЙ ЛУЧ, от которого веет смертью, НЕСЕТСЯ КО МНЕ. СМЕРТЬ? КТО СМЕЕТ ГОВОРИТЬ И УГРОЖАТЬ СМЕРТЬЮ ПОВЕЛИТЕЛЮ МИРА? НЕУЖЕЛИ ЭТИ НИЧТОЖНЫЕ КОЗЯВКИ ДУМАЮТ, ЧТО МОЖНО УНИЧТОЖИТЬ ТОГО, КТО НЕКОГДА НАЗЫВАЛСЯ БОГОМ И НЕС УЖАС ВСЕЙ ВСЕЛЕННОЙ? ИЛИ Я стал СТАР? нет!
ВОТ ТАК! БОЛЬШЕ ЭТОТ ЛУЧ не БУДЕТ БЛЕСТЕТЬ НИ В ЧЬИХ РУКАХ. КТО ОНИ, ЭТИ СОЗДАНИЯ, посягнувшие на меня? ЭТО – НЕЛЮДИ? ЧТО ПРОИСХОДИТ? КАК МАЛО ВРЕМЕНИ МНЕ ОТВЕДЕНО, ЧТОБЫ РАЗОБРАТЬСЯ в ЭТОМ, НО ГЛАВНОЕ Я ПОНЯЛ. ТЕЛО, В КОТОРОМ я ПРИТАИЛСЯ, В ОПАСНОСТИ, А ВОКРУГ МЕНЯ ВРАГИ.
ГДЕ ЗВЕЗДЫ? КО МНЕ, МОИ СЛУГИ! Я ЗАБЫЛ, КАК ВЗРЫВАЮТСЯ ЗВЕЗДЫ. ГЛАВНОЕ, НЕ ПОВРЕДИТЬ МОЕМУ БРЕННОМУ ТЕЛУ.
ЧТО КРИЧИТ ЭТОТ ЧЕЛОВЕК, У КОТОРОГО БЫЛ ЛУЧ, НЕСШИЙ МНЕ СМЕРТЬ? как МЕШАЕТ МНЕ ОН! КАК МЕШАЮТ ЭТИ ЗВЕРИ, КОТОРЫЕ БОЯТСЯ ПРИНЯТЬ СМЕРТЬ ОТ МОИХ МАЛЕНЬКИХ ПОМОЩНИЦ. НЕТ, Я СЛИШКОМ УСТАЛ, ЧТОБЫ ТАК ДОЛГО ОБЩАТЬСЯ С МИРОМ.
Я СЛИШКОМ СТАР. ДОМОЙ. ОБРАТНО ЗАБИТЬСЯ В ПОДСОЗНАНИЕ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА И ДУМАТЬ, ДУМАТЬ, ДУМАТЬ…
НО СНАЧАЛА Я СДЕЛАЮ ЭТО…
Я дернулся, словно ко мне подключили высокое напряжение. В открывшиеся глаза лились краски мира и жизни. Последнее, что я помнил: я попрощался с жизнью и приготовился принять смерть. А потом…
А собственно, какая разница, что случилось потом. Главное, я жив.
Оперевшись на ладони, я приподнялся и осмотрелся.
М-да, невеселое зрелище ожидало меня по возвращении с того света. Вокруг, куда хватало взгляда, раскинулась пустыня. Серая однообразная пустыня. Я посмотрел на свои руки. Нет, это не песок! Слишком мелок этот порошок для песка.
И только через секунду пришел ответ. Пепел. Полная пустыня пепла. Честно говоря, меня это мало удивило. Вот если бы вместо песка оказались россыпи драгоценных камней – это да! А пепел, он и есть пепел.
Взгляд упал на предмет, полузасыпанный серым прахом. Я нагнулся и выдернул меч.
– А вот это уже нормально, – пробормотал я.
Как и любое действие в этом мире, появление меча влекло за собой какое-то следствие, и я ничуть не удивился, когда в следующую секунду позади раздался звук падения.
Я обернулся и расхохотался.
Это был Файон. Мой грозный и мрачный двойник. Дьявол, хотя это казалось, мягко говоря, преувеличением.
Черный Файон долго барахтался в складках своего плаща, прежде чем встать. Наконец,, ему это удалось, но его лицо поразило меня. Это было, без сомнения, мое лицо, но последний раз я видел себя таким в зеркале в тот далекий день детства, когда мать застукала меня в кухне за поеданием варенья.
– Ба! Приятель, что случилось? Почему ты такой грязный и жалкий?
Я стал подходить поближе.
– И где интересно твоя великая армия, и твои слуги, которые держали меня за руки, пока ты махал перед моими внутренностями своей железкой?
При упоминании об оружии Файон начал лихорадочно озираться по сторонам.
– Да вот он торчит, – кивнул я, – возьми его, но только держи покрепче, а то опять потеряешь.
Крик Файона был жалок и полон какой-то необъяснимой тоски. Схватив меч, он продолжал испуганно смотреть по сторонам:
– Куда ты занес меня, сукин сын?!
– Ну-ну, зачем так? Мы же все-таки почти братья. Ты же сам говорил, а то что вокруг, можешь называть как угодно. Пофантазируй!
Пока я говорил, Черный, а вернее, серый Файон справился со своими эмоциями и следующая реплика прозвучала словно шипение змеи.
– Ты думаешь, если ты сумел разнести в клочья мой меч и забросить меня в эту пустыню, ты думаешь, что победил?
Я не стал обращать внимания на его лепет о разлетевшемся мече. Я ничего не помнил, но если что-то случилось, значит, так тому и быть. Видимо, в последний момент помог Повелитель Мира.
Между тем Файон продолжал:
– Ты думаешь, что теперь Иннея будет твоей? Мне все-таки кажется, что здесь ты ошибаешься.
Он совсем уже пришел в себя и, по всей видимости, достаточно хорошо контролировал ситуацию. И это меня немного насторожило. Он же прекрасно понимал, что в данном положении у нас одинаковые шансы стать мертвецами, а у него их, пожалуй, даже больше. Если только я захочу драться с самим собой.
– А впрочем, – усмехнулся Файон, прерывая поток моих мыслей, – существует одна вещь, которая немного охладит тебя. Насколько я понимаю, мы сейчас одни, и никаких помощников не предвидится?
– Ты чертовски догадлив, – я хмыкнул, сообразив, что делаю комплимент самому себе.
– Мы одни, – продолжал Файон, как бы не замечая моей язвительности. – Ты и Я. Добро и Зло. Мы почти в одинаковых условиях.
Файон подошел ко мне почти вплотную.
– Я могу убить тебя в два счета. А ты… попробуй сделать мне хоть что-нибудь!
Файон злорадно захохотал. Я попробовал ударить его по наглому лицу и… не смог. Что со мной? Ведь я все тот же варркан, чья профессия убивать вот таких порождений темного разума. Но почему я не могу поднять на него меч? От одной этой мысли мне становится плохо, и мышцы мои сковывает невыносимая боль.
Я был бессилен. С криком, больше похожим на крик отчаяния, я вскинул «Лучший» и полоснул им себя по руке. Мне нужна была встряска. Боль обожгла руку, тугие капли красной крови упали в пепел и стали такими же серыми, как и окружающая меня пустыня.
Но, видимо, я сделал что-то гораздо большее, нежели просто ранил себя. В ту же секунду я услышал, как Черный Файон вскрикнул от боли и схватился за раненую руку. Еще не совсем понимая, что происходит, я провел кончиком меча по своей щеке, оставляя красную полосу раны. И словно в зеркальной отражении, па щеке Файона тоже появилась царапина.
Словно охваченный экстазом, я стал наносить себе мелкие раны, наблюдая, как точно такие же раны появляются у моего злобного двойника.
– Не делай этого, – закричал Файон, извиваясь и корчась от ран. – Ты сам не понимаешь, что ты делаешь.
– Вот как ты заговорил, мразь! – я продолжал полосовать себя, не замечая боли.
Я только чувствовал, как теплые струйки живой крови стекают по моему телу, просачиваются сквозь одежду и исчезают в сером пепле.
– Остановись, прошу тебя, брат! – взмолился Дьявол препротивнейшим голосом. – Ты сделаешь нас калеками.
– Нет! Я не сделаю нас калеками, – голос мой звучал громко и твердо, и я даже немного пожалел, что вокруг никого нет. – Мы оба останемся здесь!
Медленно, очень медленно, скаля зубы в хищной усмешке, я поднес меч к своему сердцу.
Наверное, именно в этот момент Файон почувствовал, что я говорю серьезно. В последней попытке хоть что-нибудь изменить, он бросился на меня со своим мечом.
Не составило большого труда отбить его удар и отбросить меч Файона шагов на пятнадцать в сторону. Двойник бросился было за оружием, но мой крик остановил его.
– Ты торопишься умереть!
Файон замер как вкопанный и, обернувшись, стал обреченно смотреть на кончик моего «Лучшего», который покачивался в сантиметре от моего тела.
– Знаешь, почему ты проиграл? – спросил я. – Ты думал, что зло непобедимо. Но ты не понял главного. Добро умеет жертвовать ради торжества добра. Умри и ты.
Последнее, что я видел, так это молящие глаза дьявола Файона и острие клинка.
Конечно, мне было жаль себя. Но я прекрасно понимал, что рано или поздно кто-то должен победить.
Мне было жаль принцессу Иннею, имевшую двух почитателей, готовых продать за нее душу, и не получившую ни одного.
Мне было жаль моего Джека, который носился где-то в лесах и искал своего хозяина.
Мне было жаль всех тех, кого убил Файон, и кого обидел я.
Мне было жаль, но все же я сделал это, потому что верил в сказки. Добро всегда побеждает. Рано или поздно, но побеждает.
Неприятное ощущение холодной стали – и сердце мое соприкоснулось с серебром меча…
ГЛАВА 9
ДРУЗЬЯ, ВРАГИ И МЕЛКИЕ НЕПРИЯТНОСТИ
Сознание возвращалось ко мне медленно и неохотно. Оно просачивалось сквозь навалившуюся на меня ночь и словно капли дождя собиралось в маленькие лужицы. Сначала я услышал стук собственного сердца. Я долго наслаждался этим звуком, радостно ощущая необычный трепет. Потом я лежал и прислушивался к ощущению пробуждения моего организма. Непривычное и в то же время необычайно занятное чувство. Словно неясная музыка звучит в теле и дрожат серебряные нити, на которых держится мироздание, и хрустальные сферы звенят в такт дыханию.
Как только тело смогло ощущать траву, на которой я валялся, а нос уловил ее запах, я понял, что единственное, за что я должен благодарить Господа Бога, так это за ту маленькую милость, благодаря которой я остался жив.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44