А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Пышущая негодованием жена английского чиновника на
Мальорке рассказала мне историю высоконравственной пуританки Эмили Брент
и ее несчастной служанки. Антони Марстона я выбрал из большой группы лю-
дей, повинных в подобных преступлениях. Неслыханная черствость, полная
неспособность к состраданию, на мой взгляд, делали его фигурой, опасной
для общества и, следовательно, заслуживающей кары. Чго же касается быв-
шего инспектора Блора, то о его преступлении я, естественно, узнал от
моих коллег, которые горячо и без утайки обсуждали при мне дело Ландора.
Не могу передать, какой гнев оно вызвало у меня. Полицейский-слуга зако-
на и уже поэтому должен быть человеком безупречной нравственности. Ведь
каждое слово таких людей обладает большим весом хотя бы в силу того, что
они являются стражами порядка.
И наконец, я перейду к Вере Клейторн. Как-то, переплывая Атлантичес-
кий океан, я засиделся допоздна в салоне для курящих, компанию мне сос-
тавил красивый молодой человек Хьюго Хамилтон. Вид у него был донельзя
несчастный. Чтобы забыться, он усиленно налегал на выпивку. Видно было,
что ему просто необходимо излить душу. Не надеясь ничего выведать от не-
го, я чисто машинально завязал с ним привычный разговор. То, что я услы-
шал, бесконечно потрясло меня, я и сейчас помню каждое его слово...
- Вы совершенно правы, - сказал он. - Чтобы убить ближнего, необяза-
тельно подсыпать ему, скажем, мышьяк или столкнуть со скалы, вовсе нет.
- Он наклонился и, глядя мне в глаза, сказал: - Я знал одну - преступни-
цу. Очень хорошо знал... Да что там говорить, я даже любил ее. И, кажет-
ся, не разлюбил и теперь... Ужас, весь ужас в том, что она пошла на
преступление из-за меня... Я, конечно, об этом не догадывался. Женщины -
это изверги. Сущие изверги, вы бы никогда не поверили, что девушка,
славная, простая, веселая девушка способна на убийство? Что она отпустит
ребенка в море, зная, что он утонет, ведь вы бы не поверили, что женщина
способна на такое?
- А вы не ошибаетесь? - спросил я. - Ведь это могла быть чистая слу-
чайность.
- Нет, это не случайность, - сказал он, внезапно протрезвев. - Никому
другому это и в голову не пришло. Но мне достаточно было взглянуть на
нее, и я все понял сразу, едва вернулся... И она поняла, что я все по-
нял. Но она не учла одного: я любил этого мальчика... - Он замолчал, по
он и так сказал достаточна, чтобы я смог разузнать все подробности этой
истории и напасть на след убийцы.
Мне нужен был десятый преступник. И я его нашел: это был неким Айзек
Мершие. Подозрительный тип. Помимо прочих грязных делишек, он промышлял
и торговлей наркотиками, к которым пристрастил дочь одного из моих дру-
зей. Бедная девочка на двадцать втором году покончила с собой.
Все время, пока я искал преступников, у меня постепенно вызревал
план. Теперь он был закончен, и завершающим штрихом к нему послужил мой
визит к одному врачу с Харли-стрит. Я уже упоминал, что перенес опера-
цию. Врач уверил меня, что вторую операцию делать не имеет смысла. Он
разговаривал ев мной весьма обтекаемо, но от меня не так-то легко скрыть
правду.
Я понял, меня ждет долгая мучительная смерть, но отнюдь не намеревал-
ся покорно ждать конца, что, естественно, утаил от врача Нет, нет, моя
смерть пройдет в вихре волнений. Прежде чем умереть, я наслажусь жизнью.
Теперь раскрою вам механику этого дела.
Остров, чтобы пустить любопытных по ложному следу, я приобрел через
Морриса. Он блестяще справился с этой операцией, да иначе и быть не мог-
ло: Моррис собаку съел на таких делах Систематизировав раздобытые мной
сведения о моих будущих жертвах, я придумал для каждого соответствующую
приманку. Надо сказать, что все без исключения намеченные мной жертвы
попались на удочку Приглашенные прибыли на Негритянский остров 8 авгус-
та. В их числе был и я.
С Моррисом я к тому времени уже расправился. Он страдал от несварения
желудка. Перед отъездом из Лондона я дал ему таблетку и наказал принять
на ночь, заверив, что она мне чудо как помогла. Моррис отличался мни-
тельностью, и я не сомневался, что он с благодарностью последует моему
совету. Я ничуть не опасался, что после него останутся компрометирующие
бумаги или записи. Не такой это был человек.
Мои жертвы должны были умирать в порядке строгой очередности - этому
я придавал большое значение. Я не мог поставить их на одну доску - сте-
пень вины каждого из них была совершенно разная. Я решил, что наименее
виновные умрут первыми, дабы не обрекать их на длительные душевные стра-
дания и страх, на которые обрекал хладнокровных преступников. Первыми
умерли Антони Марстон и миссис Роджерс; Марстон - мгновенно, миссис Род-
жерс мирно отошла во сне. Марстону, по моим представлениям, от природы
не было дано то нравственное чувство, которое присуще большинству из
нас. Нравственность попросту не существовала для него: язычником, вот
кем он был. Миссис Роджерс, и в этом я совершенно уверен, действовала в
основном под влиянием мужа.
Нет нужды подробно описывать, как умерли эти двое.
Полиция и сама без особого труда установила бы, что послужило причи-
ной их смерти. Цианистый калий раздобыть легко - им уничтожают ос. У ме-
ня имелся небольшой запас этого яда, и, воспользовавшись общим замеша-
тельством, наставшим после предъявленных нам обвинений, я незаметно под-
сыпал яд в почти опорожненный стакан Марстона.
Хочу добавить, что я не спускал глаз с лиц моих гостей, пока они слу-
шали предъявленные им обвинения, и пришел к выводу, что они все без иск-
лючения виновны: человек с моим опытом просто не может ошибиться.
От страшных приступов боли, участившихся в последнее время, мне про-
писали сильное снотворное - хлоралгидрат. Мне не составило труда нако-
пить смертельную дозу этого препарата Роджерс принес своей жене коньяк,
поставил его на стол, проходя мимо, я подбросил снотворное в коньяк, И
опять все прошло гладко, потому что в ту пору нами еще не овладела
страшная подозрительность.
Генерал Макартур умер без страданий. Он не слышат, как я подкрался к
нему. Я тщательно продумал, когда мне уйти с площадки так, чтобы моего
отсутствия никто не заметил, и все прошло прекрасно.
Как я и предвидел, смерть генерала побудила гостей обыскать остров.
Они убедились, что, кроме нас семерых, никого на острове нет, и в их ду-
ши закралось подозрение. Согласно моему плану, на этом этапе мне нужен
был сообщник. Я остановил свой выбор на Армстронге. Он произвел на меня
впечатление человека легковерного, кроме того, он знал меня в лицо, был
обо мне наслышан и ему просто не могло прийти в голову, что человек с
моим положением в обществе может быть убийцей. Его подозрения падали на
Ломбарда, и я сделал вид, что разделяю их. Я намекнул ему, что у меня
есть хитроумный план, благодаря которому мы сможем, заманив преступника
в ловушку, изобличить его.
Хотя к этому времени комнаты всех гостей были подвергнуты обыску,
личный обыск еще не производился. Но я знал, что его следует ожидать с
минуты на минуту.
Роджерса я убил утром 10 августа. Он колол дрова и не слышал, как я
подобрался к нему. Ключ от столовой, которую он накануне запер, я выта-
щил из его кармана.
В разгар суматохи, поднявшейся после этого, для меня не составило
труда проникнуть в комнату Ломбарда и изъять его револьвер. Я знал, что
у него при себе револьвер: не кто иной, как я, поручил Моррису напомнить
Ломбарду, чтобы он не забыл захватить с собой оружие.
За завтраком, подливая кофе мисс Брент, я подсыпал ей в чашку остатки
снотворного. Мы ушли из столовой, оставив ее в одиночестве. Когда я чуть
позже проскользнул в комнату, она была уже в полудреме, и я сделал ей
укол цианистого калия. Появление шмеля вы можете счесть ребячеством, но
мне действительно хотелось позабавиться. Я старался ни в чем не отсту-
пать от моей любимой считалки.
После чего события развернулись так, как я и рассчитывал: если память
мне не изменяет, именно я потребовал подвергнуть всех обыску. И всех са-
мым тщательным образом обыскали. Но револьвер я уже спрятал, а яд и сно-
творное использовал.
Тогда-то я и предложил Армстронгу привести в действие мой план План
мой отличала незамысловатость - следующей жертвой должен был стать я.
Убийца переполошится, к тому же, если я буду числиться мертвым, я смогу
невозбранно бродить по дому и выслежу, кто этот неведомый убийца.
Армстронгу мой план пришелся по душе. В тот же вечер мы провели его в
жизнь. Нашлепка из красной глины на лбу, алая клеенка из ванной, серая
шерсть - вот и все, что нам понадобилось для этой постановки. Добавьте
неверный, мерцающий свет свечей, к тому же приблизился ко мне один
Армстронг. Так что и тут все прошло без сучка, без задоринки. Вдобавок,
когда мисс Клейторн, едва водоросли коснулись ее шеи, испустила истошный
крик, все кинулись к ней на помощь, и у меня с лихвой хватило времени,
чтобы как можно натуральнее изобразить мертвеца.
Эффект превзошел все наши ожидания. Армстронг отлично справился со
своей ролью. Меня перенесли в мою комнату и уложили в постель. Больше
обо мне не вспоминали: все они были насмерть перепуганы и опасались друг
друга.
У меня было назначено свидание с Армстронгом на без малого два ночи.
Я завел его на высокую скалу позади дома. Сказал, что отсюда мы увидим,
если кто-нибудь захочет к нам подкрасться, нас же, напротив, никто не
увидит, потому что окна выходят на другую сторону.
Армстронг по-прежнему ничего не подозревал, что было более чем стран-
но: ведь считалка, вспомни он только ее, предупреждала - "один попался
на приманку"...
Армстронг проглотил приманку, ничего не заподозрив.
И тут опять же все прошло без сучка, без задоринки.
Я нагнулся, вскрикнул, объяснил, что увидел ниже по склону ход в пе-
щеру и попросил его убедиться, так ли это.
Он наклонился. Я толкнул его в спину, он покачнулся и рухнул в бушую-
щее море. Я вернулся домой. Наверное, Блор услышал, как я шел по коридо-
ру. Чуть выждав, я пробрался в комнату Армстронга, а чуть погодя, нароч-
но стараясь топать как можно громче, чтобы меня услышали, ушел оттуда.
Когда я спустился вниз, наверху открылась дверь. Они, должно быть, виде-
ли, как я выходил из дому.
И спустя минуту двое пошли за мной следом. Я обогнул дом, проник в
него через окно столовой, которое предварительно оставил открытым. Окно
за собой прикрыл и только тогда разбил стекло. Потом поднялся к себе и
лег в постель.
Я предполагал, что они снова обыщут весь дом, но рассчитывал, что
приглядываться к телам не станут, разве заглянут под простыню, чтобы
убедиться, не прячется ли там под видом трупа Армстронг. Так оно и выш-
ло.
Да, забыл упомянуть, что револьвер я подбросил в комнату Ломбарда.
Видимо, вам будет любопытно узнать, куда я его спрятал на время обыска.
В шкафу хранились запасы консервов, всевозможных коробок с печеньем. Я
открыл одну из нижних коробок, кажется, с галетами, сунул туда револьвер
и снова заклеил ее скотчем.
Я рассчитал - и не ошибся, - что никому не придет в голову рыться в
запаянных банках и запечатанных коробках, тем более что все верхние жес-
тянки были нетронуты. Алую клеенку я упрятал под ситцевый чехол одного
из кресел в гостиной, шерсть в диванную подушку, предварительно ее под-
поров.
И вот наконец настал долгожданный миг: на острове осталось всего три
человека, которые до того боялись друг друга, что были готовы на все,
притом у одного из них имелся револьвер.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26