А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

А во-вторых, может при случае и отомстить. Потому как любое, даже самое ангельское терпение, не беспредельно.
В завершение Слоняра предоставил нам транспорт. Впрочем, Димка этого ожидал и Андрюху с нашей "восьмеркой" отпустил, как только приехали.
Очередной каменный затылок на наши разговоры не реагировал, но из осторожности мы беседовали исключительно о погоде и о том, что хорошо бы завтра на работу не выходить.
Подарок я рассмотрела уже дома. Это и впрямь оказалось ювелирное изделие. Колечко, если точнее. С бриллиантиком. Небольшим таким. Со спичечную головку. Но очень блестящим, ярким. А ещё в коробочку поместился сертификат, написанный на двух языках - по-английски и на иврите. Да...
Из английского текста я поняла, что это южноафриканский камень и что огранен он в июле прошлого года огранкой в 96 граней. Уж на что я темная, но это и мне известно - огранка самая дорогая, да и делают её фабрики в Израиле. Хоть и самые хорошие, но цену на камни поднимают чудовищно... Так-то вот. Сижу, пялюсь на это блестящее чудо.
А Димыч похлопал меня по плечу и говорит:
- Как ты тогда осенью сказала? Сколько он нам должен?
- В шесть раз больше, чем заплатил, - буркнула я.
- Ну вот, теперь считай, что из шести всего три осталось.
И пошел на кухню, почему-то страшно довольный всем происходящим. В отличие от меня.
- И что тебя так радует? - крикнула я вслед.
Он повернулся и негромко ответил:
- Пока нас покупают, а не принуждают, ещё не все потеряно.
Глава 8
Женская солидарность
- - --
С утречка пораньше позвонила Надежда. Явно с работы, потому была немногословна и деловита. Никаких там "как жизнь, как здоровье", сразу к делу:
- Ась, у вас сейчас загрузка большая?
- Не особенно. Голову есть когда поднять. А что?
- Просьба у меня к тебе. Нестандартная. Надо бы у одной девочки заказ взять.
- А что ж тут нестандартного? Пусть приходит.
- Да заказ-то и есть нестандартный... Вы ж экономикой занимаетесь?..
- Ага, - сказала я. Из души тем временем готов был вырваться тяжелый вздох - ах, как нам ещё далеко до занятий только экономикой! Но легенда есть легенда - её надо блюсти.
- Жалко. У девчонки-то совсем бабское дело.
- Надь, так это не к нам. Это к Давыдовне. Она ж у нас гинеколог.
- Тьфу на тебя! Я не об этом. Просто у неё чисто бабская просьба. Понимаешь, есть у неё любовник...
- С каждой может случиться.
- Ага. И вот, понимаешь, пронюхала девочка, что этот её любовник себе ещё одну завел...
- И такое случается.
- Так вот, ей, в общем-то, все равно. Завел и завел, но только она хочет узнать, кто такая эта ещё одна. Соперница, скажем так.
Тут я немножко не поняла.
- Как же это ей все равно, Надь? Что, ей наплевать, что он ей изменяет?
- Рыбка, он ей не изменяет. Он с ней изменяет жене. А она, девочка эта, его не любит. Просто он мужчина богатый и щедрый, и она боится потерять обильный дополнительный источник средств существования. Он её и в свет выводит, и денег дает. И вообще из себя видный и уважаемый. Что ж ей, из-за какой-то нахалки теперь дома сидеть прикажешь?
Интересное кино. Хотя не новость, прецеденты в литературе описаны.
- А мы ей чем помочь сможем?
- Ну, так это же по вашей части! Найдете кого из сотрудников, кто шпионством занимается. Он и вызнает все.
Я почему-то вдруг подумала, что за такой заказ надо бы побольше взять. Пусть девочка из этих любовничьих денег платит. Очень изящно: чтобы коварный изменщик, сам того не ведая, оплатил слежку за собой.
- Хорошо, Надюшка, присылай свою девочку. Только не завтра.
- А сегодня можно?
- Если после трех.
- Заметано. После трех.
В проеме двери материализовался Димыч. Его глаза вопрошали.
- Нам Надежда клиента послала. Очень интересное дело. Тебе понравится.
- И что за такое нравственное дело?
- Да вот, понимаешь, у одной девочки любовник завел себе ещё одну любовницу. И эта, первая, опасается, что к той, новой любовнице, уплывет источник финансирования.
Димыч ошарашенно сел.
- А на все остальное ей наплевать, да?
- Миленький, а что же ещё делать?
- Погоди, жена моя. Я вообще перестал что-то понимать. Это Надюшкины люди?
- Ага.
- Тогда надо ехать к Надюшке за разъяснениями. А после уже решать.
- Так сегодня после трех девочка эта уже придет...
- Отмени. Подумать нужно. А сегодня в два тридцать у меня такой посетитель, которого надо ото всех прятать, тем более от какой-то там блядюшки в отставке.
- Димыч! Что за терминология?!
- А как прикажешь её называть?
- Ну, во-первых, она ещё не в отставке, а только боится её получить, как я поняла. А во-вторых, мне было бы неприятно ещё раз услышать от тебя комментарии о какой-либо женщине в таком ключе. Как бы то ни было, это её оставляют с носом. И пуританские моральные соображения меня сейчас не интересуют. Мне важно, что ещё один не в меру о себе возомнивший мэн хочет обмануть женщину, которая на него надеется!
Димка ухмыльнулся:
- Нельзя говорить о даме "морда помятая", надо "лицо усталое", да?
Сложно у него ассоциации идут, я не сразу сообразила. Это он хотел сказать "что в лоб, что по лбу".
- Примерно. Только как же нам этот визит отменить?
- Очень просто. Позвони Надежде, поедем к ней, послушаем более полную версию. Обсудим вдвоем, а потом уже назначим встречу с этой... э-э... пострадавшей.
Я перезвонила Надежде (не без душевного скрипа). Но, оказалось, очень вовремя. Связь у неё с "пострадавшей" односторонняя, то есть она, наша будущая клиентка, звонит Надежде. Но пока не звонила. Поэтому информацию ещё не поздно было пополнить.
* * *
Приехали мы вечером к Надежде домой. По случаю зимы, но невзирая на то, что понедельник и тринадцатое, её Игорь пребывал на зимней рыбалке. Можно было спокойно поговорить. Сначала дежурные сплетни, потом не менее дежурный, хотя и весьма обильный совместный обед, а уж потом, под неизбежный кофеек, и поболтать можно. В том числе и о деле. Кстати о кофейке. Надюша наша с каждым днем приобретает все более монументальные формы, а вместе с ними и весь букет неизбежных болячек, включая давление, и кофе ей пить совсем не полезно. Поэтому мы-то пьем настоящий, сваренный в классической медной джезве. А она, бедненькая, второй раз в этот жмых воду добавляет и кипятит. Получается "кофе второго слива"...
Вот так, под напиток, и начался подробный разговор. Приятное разнообразие: сегодня Димка допрашивал с пристрастием не меня, а Надежду.
- Давай, Павловна, про заказчицу нашу ещё раз и подробненько.
- Дим, не так уж много я и знаю. Ее мне Ленка Карпуха сосватала...
Ну, тут нам все сразу стало ясно. Я про эту Карпуху первый раз в жизни услышала, Димка, думаю, и того меньше.
- ...Зовут Карина, лет, если не ошибаюсь, около тридцати где-то. По Ленкиным словам, невысокого роста, милая, черноволосая. Такая красивая девочка, а своего мужика нет. Только этот, чужой муж.
- А теперь конкретно и подробно, что ей от нас надо и зачем.
Надя вдруг тяжко вздохнула.
- Не ей, а им...
- В смысле?
- В том смысле, что их двое...
И поведала нам Надежда Павловна историю преудивительную. Живут, оказывается, на белом свете и работают вместе две приятельницы: Карина и Катя. Довольно давно знакомы. Даже работу вместе меняли, тоже довольно давно. И почти так же давно знают, что обе состоят в любовницах у некоего Гарика, мужчины состоятельного, щедрого на внимание, подарки вообще и деньги в частности. Обе знают, но ни одна, ни другая от этого в ужас не приходят и глаза друг другу не выцарапывают ("Их нравы", - вздохнул Димка). А наоборот, совместными усилиями разрабатывают золотоносное месторождение. И хотят только одного: чтобы это благополучие подольше не нарушалось. Потому как уже давно живут самостоятельной жизнью, без помощи родителей, рассчитывают только на то, что сами добудут. Привыкли жить прилично, а потеря такого источника финансирования нанесет непоправимый ущерб их благосостоянию. В скобках Надежда, правда, заметила, что это не Карина, а её подруга такая сухая и практичная. Что у Карины, дуры, к её несчастью, имеется все-таки, кроме меркантильного, ещё и душевный интерес к этому подарку судьбы.
По мере Надиного рассказа у Димки все сильнее обтягивалось лицо. Наконец он замотал головой:
- Девки, у меня уже мозга за мозгу заворачивается... Это ж до какой жизни мы дошли, а? Нормальные женщины, не с панели, работают где-то...
- В службе пейджерной связи "Чураев-бипер", - машинально уточнила Надежда, кладезь информации.
- А? Ну, неважно. В общем, нормальные, как мы с вами. И вот такой... симбиоз... И мы спокойно об этом разговариваем, как вроде так и должно быть! Что с нами делается? Со всем этим миром?
- А ничего особенного не делается, - трезво ответила Надежда. - Всегда так было и всегда будет. Мужья изменяют женам, жены - мужьям, каждый ворует себе кусочек чужого счастья. Это такие как мы - ненормальные. Живем по правилам, которых никто вокруг не соблюдает.
У Димки опасно сузились глаза, словно он собирался Надьку загрызть, не отходя от кассы. Я кашлянула, он покосился на меня, сглотнул и перевел дух. Повертел в руках ложечку, поставил обратно в пустую чашку.
- Ладно. М-м... А как эти две... вообще узнали, что состоят в любовницах у одного и того же типа?
- Я не выясняла, Дим. Карина эту тему не развивала, только сказала, что давно знают.
- А как, в таком случае, они узнали, что у них появилась соперница?
- Я не очень поняла. Там кто-то из родственниц постарался, не Карининых, а Катиных, а Катя уже Карине рассказала.
- А она уже тебя нашла, так?
- Угу.
- Так, это я понял. А что ты ей, Карине, о нас наплела?
- Что значит "наплела"! - в голосе Нади прозвучало явное возмущение. Ничего я не наплела! Сказала, что вы таким не занимаетесь, но сможете посоветовать какого-нибудь спеца в нужной области.
- Понятно. А чем мы занимаемся?
- Ну... экономикой.
- А дословно?
- Ну... Кажется, я так сказала: "Они частные сыщики, но супружеской неверностью и всякими такими глупостями не занимаются, они больше по экономическим делам".
- Хм... Сойдет. С этим тоже понятно. А что ты ей пообещала от нашего имени?
- Да ничего я ей не обещала! Так, просто... Сказала, позвоню, попрошу... Но вы же ведь на самом деле... А что, не надо было о вас упоминать?
- Что уж теперь... Ладно. Помаринуй её немножко. Хоть дня три... А вообще - нет. Дай ей наш рабочий телефон, пусть назовется по имени, а мы уже сами время назначим. А заодно посмотрим, сильно у неё горит или нет. В том смысле, ей всерьез надо или это просто конкуренты балуются...
А я про себя добавила: "Или кто-то лишний в нашу до невозможности законспирированную организацию СИС хочет нос сунуть..." И сразу вспомнила, как Игорь Надин первый раз это сокращение произнес - и объяснил с невинным видом: "Служба Информации Секретарш". Что ещё он при этом имел в виду, пусть остается на его совести... А в принципе подразумевалось дружеское общение милых дам, которые работают в разных конторах, имеют прямой доступ ко всем делам своих контор и к прочей информации, через эти конторы проходящей. Понятно, для нашего СИСа никакого труда не составляет добыть про все и про всех сведения, оглашению не подлежащие и принципиально недоступные. Мой Димыч наше неформальное объединение, правда, называет ОБС и расшифровывает: "Одна Леди Сказала". Что не мешает ему вовсю пользоваться нашей информацией... Короче, мы просто кружок баб, которые объединились в борьбе за собственное благополучие вообще и против гадов-мужиков в частности.
Но насчет "сунуть нос" - это, пожалуй, совсем дурацкие мысли. Кого, скажите, могут заинтересовать мои дружеские отношения с Надей, или Ларкой, или Верой? Ну, дружим и дружим...
Я сидела, задумчиво глядя на елочку, и тут в родную квартиру ввалился Игорь. Жутким осипшим голосом заорал: "С Новым годом!", вывалил прямо на стол кучку замороженной рыбной мелочи, поцеловал дам замороженной же бородой и побежал в ванную оттаивать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61