А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Результаты которой и предъявили на больших учениях с высадкой десанта. Действуя под водой, они точно «прокачали» оптимальный плацдарм, обрушились смерчем и захватили его. Их никто не ждал, и они обрыскали все – доты, танки, нарушили связь. Действовали настолько умело – особенно в том, что касалось взрывотехники и огневых контактов, – что командиры, ветераны войны, знавшие о таких вещах не по Академии, пришли в полный восторг.
Министерство обороны постановило: преобразовать это образцовое подразделение в отряд по борьбе с подводными диверсионными силами и средствами (ПДСС).
Не прошло и двух лет, как аналогичные формирования появились в составе остальных флотов. Такие отряды существовали на всех крупных базах, особенно тех, где стояли подлодки, оснащенные ядерным оружием. Судьба многих отрядов впоследствии, после распада Союза, была незавидной: российские вооруженные силы вывели из Германии, Польши, Прибалтики; Черноморский флот развалился, и часть этих структур подверглась расформированию, а те, что уцелели, значительно сократили.
Но это случилось потом. А в 1970 году ГРУ Генштаба создало разведывательно-диверсионное формирование под названием «Дельфин». В его задачу входило проведение секретных операций против иностранных военно-морских баз. Все пришлось начинать с чистого листа за неимением опыта – от тактики подводных действий и методов обучения до вооружения и технического оснащения. В распоряжении командования имелись лишь отдельные инициативные эксперименты. Но всего за несколько лет удалось добиться невероятного: не только догнать, но и обогнать соответствующие подразделения всех государств, входивших в блок НАТО.
Задачи ставились следующие: в случае начала войны с натовскими странами морские спецназовцы должны были привести в негодность всю систему противолодочной обороны в Атлантическом и Тихом океанах, а также в Средиземном море; осуществить диверсии в центрах управления и связи основных морских соединений, подвергнуть блокировке передовые операционные базы легких сил – катеров, десантно-амфибийных соединений, противолодочных сил. Для осуществления перечисленного им, в частности, предстояло высаживаться с транспортных подводных лодок, коммерческих и промысловых кораблей – ходящих под чужими флагами, с воздуха...
В общем и целом, боевые пловцы должны были нанести удар на всех морских театрах – за исключением тех, где предполагалось использовать ядерное оружие.
Не удивителен тот факт, что бойцы-подводники набирались, главным образом, среди морских пехотинцев-волонтеров, при наличии рекомендаций от непосредственного начальства. Требования к личным качествам предъявлялись высокие: эмоциональная устойчивость, выдержка в чрезвычайных ситуациях, отсутствие клаустрофобии и прочих невротических расстройств, хорошая переносимость погружения на большие глубины и перепадов давления. По прохождении медкомиссии и психологического тестирования кандидата зачисляли в курсанты. Ему предстояла трехэтапная подготовка, длившаяся полгода.
Это была еще та учеба. Занятия по 15 часов в сутки, и так – на протяжении семи недель. Кроссы, плавание, гребля, полосы препятствий; нагрузки растут, требования ужесточаются. Приходится плыть сквозь горящую нефть, в окружении взрывов... и так – до последнего испытания, предполагавшего крайние степени физического и психологического воздействия. Спали по 3 – 4 часа в сутки, марш-броски с полной выкладкой – на сотню километров, заплывы в гидрокостюмах – на 10 миль, с буксировкой сорокакилограммового груза. Выдерживал каждый пятнадцатый, а то и двадцатый.
Затем начинался второй акт «марлезонского балета»: новые одиннадцать недель. Здесь уже появлялась конкретика: знакомство с водолазным снаряжением, минно-взрывное дело, тактика боевых малогрупповых наземных и водных операций, начала разведки, радиосвязь, владение оружием – обычным и специальным... Прыжки с парашютом, альпинизм, управление разнообразными транспортными средствами – тоже наземными и водными. Отработка боевых действий под водой, пути эвакуации с берега... Рукопашный бой, особенно подводный – с обычным ножом и иглой. Шоковое и травматическое воздействие на противника...
По ходу учебы формировали мелкие и средние подразделения – троек, четверок и более крупных, так как каждый такой отряд должен был состоять из взаимно «притершихся» людей и действовать слаженно, как единый механизм.
По завершении второго этапа курсанты сдавали экзамен, который представлял собой модель реальной боевой операции. Последняя касалась охраны и обороны береговых объектов и кораблей от диверсантов неприятеля. То есть устраивались учения, максимально приближенные к боевым. Курсанты отчитывались в своем умении действовать под водой на разной глубине – ориентироваться и наблюдать при плохой видимости, вести бой и преследование, отрываться от погони, маскироваться на грунте... Тех, кто успешно выдерживал испытание, направляли в отдельную бригаду морской пехоты, где полученные навыки закреплялись. И в этом заключался третий этап, длившийся остальные восемь недель. После него боевые пловцы либо оставались в бригаде, либо возвращались в отряды, где обучались, а самые отличившиеся получали приглашение пройти двухгодичное обучение в специальном разведывательно-диверсионном центре.
До новейшего времени этот центр находился на озере Балхаш, что в Казахстане, – огромный водоем, глубина которого местами достигает более двухсот метров. Курсанты десантировались с парашютом, используя всю шкалу высот, в том числе совершая затяжные прыжки из стратосферы; они высаживались на самую разную местность – на воду, в лес, горы, степь, в любых погодных условиях. Высаживались с вертолетов по канатам и без канатов, прыгали в воду с пятиметровой высоты, учились покидать подлодки через торпедные аппараты, уничтожать корабли, шлюзы, мосты и дамбы; захватывать аэродромы и командные пункты, работать на всех видах радиостанций, пользоваться ядами... Они упражнялись в стрельбе из самого разного оружия – как отечественного, так и зарубежного, в том числе, к примеру, из укороченного и облегченного автомата АПС-55 для надводной и подводной стрельбы, который вообще не имеет аналогов в мире. Эта штуковина в состоянии действовать на глубине сорок метров – ниже в снаряжении на сжатом воздухе погружаться нельзя; может поразить неприятельского водолаза на расстоянии до десяти метров, пробить обшивку подводной минилодки, днище катера...
Но главным, конечно, оставалось умение преодолевать любые рубежи подводной охраны. Самые разные – пояс донных мин, которые взрываются с берега по проводам, при подаче сигнала с гидроакустической станции. Пояс сигнальных тросов, которые натянуты под водой в различных направлениях. Подводные взрывные сети с зарядами, под эти сети нельзя поднырнуть и резать их – тоже. Не перебраться и сверху, так как там светят прожекторы, и пулеметы береговых постов мгновенно покосят нежданных гостей.
Но удавалось пройти и это, да еще форсировать отвесную скальную стену, снять часовых и заминировать объект, после чего – уйти тем же путем, что и прибыли...
...«Сирены» Каретникова прошли все эти процедуры и с честью выдержали экзамен. Все они в свое время отучились в упомянутом центре и специализировались в нескольких регионах боевой деятельности – в Западной Европе, на Ближнем Востоке и в Средиземном море. Также они обучались в Севастополе, где был оборудован дельфинарий: там они учились противостоять морским животным, тренированным для уничтожения боевых пловцов. Дельфинов тренировали как на манекенах, так и на подводных пловцах: животные пробивали жертву металлическим штырем, закрепленным на рыле. В этих работах американцы опережали русских, так что создание альтернативной программы велось в большой спешке, но успех был налицо: животные были уничтожены при попытке США применить их против советских пловцов у берегов Никарагуа... Посейдон участвовал в этой операции, и ему было что рассказать.
Но вернемся еще ненадолго к истории вопроса, хотя изъясняться будем уже в настоящем времени.
Итак, когда инструкторы видят, что диверсант подготовлен в достаточной мере, он начинает принимать участие собственно в боевых операциях. Один раз в год бойцы обязательно проходят переподготовку, знакомятся с новинками вооружения и впитывают новейшую информацию о последних операциях морских спецназовцев по всему миру – не только отечественных, но и зарубежных.
Кроме того, деятельность боевых пловцов должна поддерживаться специальными научными подразделениями, которые извещают группы о гидрографической ситуации – течениях, рельефе береговой линии, температуре и прозрачности воды, характеристиках приливов и отливов и так далее. Часто бывает, что они же поддерживают и звукоподводную связь с пловцами, снабжают их гидроакустическими маяками, производят тайную заброску и принимают обратно на борт. Эту функцию часто берут на себя «научно-исследовательские» корабли или плавучие заводы по переработке морепродуктов, где оборудованы специальные отсеки.
Одно такое судно стояло на якоре близ острова Коневец, якобы будучи предназначено для научного обеспечения подъемных работ. Отчасти так оно и было, но в случае внештатной ситуации оно готово было оказать «Сиренам» всю возможную помощь.
На судне имелось в резерве все необходимое оружие и снаряжение, но все эти запасы были дополнительно дублированы; их заложили в тайник близ косы, на отмели, среди камней. Помимо упомянутых и любимых «Сиренами» автоматов АПС-55 там было бесшумное скорострельное оружие с инфракрасными и лазерными прицелами и целеуказателями; фугасы объемного взрыва, вакуумные боеприпасы, реактивные гранатометы и даже средства подавления гидроакустических и электронных приборов – на всякий случай, хотя большой надобности в них не предвиделось; недоставало разве что буксируемых малых ядерных фугасов.
Имелись там также дыхательные аппараты замкнутого типа, благодаря которым бойцы обладали возможностью часами находиться под водой и дышать так, что выдыхаемый воздух не демаскировал их; плюс приборы подводного ориентирования, благодаря которым группа могла действовать даже при нулевой видимости. Посейдон был уверен, что противодействовать «Сиренам» способны лишь диверсанты того же уровня, и сильно сомневался, что среди немецких гостей найдутся соответствующие фигуры. Проверка, хоть и недостаточная, все же имела место, а факт обучения по программе для диверсантов скрыть нелегко...
Помимо судна обеспечения, к услугам «Сирен» была и сверхмалая подводная лодка «Пиранья», способная подойти к объекту и принять шесть диверсантов плюс дополнительное снаряжение; возможна была ситуация, что и больше. Но превыше всего «Сирены» восхищались устройством, в честь которого когда-то назвали и свой отряд. Эта отдельная «Сирена» представляла собой особым образом оборудованную торпеду, внутри которой могли поместиться двое до зубов вооруженных диверсантов; «Сирену» выстреливали через торпедный аппарат подводной лодки.
Все перечисленное находилось в состоянии полной готовности и могло быть применено в зависимости обстоятельств.
Каретников полагал, что обстоятельства эти не потребуют использования всего арсенала. Он не видел повода к применению, в частности, сверхмалой подлодки.
Но он был готов и к этому варианту. Потому что не знал, какими средствами располагает противник. Немцы прибыли налегке, и это означало, что для них тоже заложен тайник – но где? Когда? Кем?
Или снаряжение будет доставлено каким-то иным путем?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36