А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

– Келвин Макгроу живет в третьем доме от угла. Я говорила с ним утром, он согласился со мной встретиться. Честно говоря, это меня удивило. Но когда я приехала и увидела его, то поняла, почему он на это пошел. Макгроу очень постарел с того времени, когда я его видела в последний раз.
– Десять лет – немалый срок.
– Думаю, что он так состарился за последние три года, после того, как подкупил присяжных и Криса оправдали. Его убивает чувство вины.
– Старик это признал?
– Да, Бек, признал. Это было его последним подарком «Хойл Энтерпрайсиз». Макгроу стал юрисконсультом вскоре после того, как бразды правления от моего деда перешли к Хаффу. Келвин делал для Хаффа и компании то же, что делаешь сейчас ты. Последнее, что он сделал для Хаффа перед тем, как тот сменил его на более молодого и…
– Бессовестного?
– Я хотела сказать – умного.
Бек скептически нахмурился, но жестом попросил ее продолжать.
– После того как были утверждены присяжные, Макгроу начал выискивать их слабые места.
– Например, умственно отсталый сын.
– Именно. – Сэйри посмотрела на теннисные корты, где вяло перебрасывали мяч две пары. – Ты смотрел в корень, когда спросил, хорошо ли я себя чувствовала после разговора с этими людьми. Честно говоря, я чувствовала себя дрянью. Особенно после встречи с миссис Фостер. Я не виню ее за то, что она воспользовалась поводом улучшить их материальное положение, пусть вдова и получила всего лишь телевизор. На ее месте я ухватилась бы и за меньшее. Миссис Фостер совершила низость не ради себя. Она пошла на это ради сына, которого любит.
Когда Сэйри снова повернулась к Беку, ее печальная улыбка сменилась гримасой отвращения.
– Но Келвин Макгроу выполнил за Хаффа грязную работу исключительно в корыстных целях. Ничего благородного в его поступке не было. Он вышел на пенсию финансово обеспеченным до конца своих дней, он может себе позволить роскошную жизнь. Но этот человек не живет спокойно. Он был рад возможности облегчить душу. Макгроу рассказал мне обо всем сегодня утром.
Бек долго смотрел на Сэйри, потом взялся за ручку дверцы.
– Ладно, пойдем послушаем, что нам скажет мистер Макгроу.
Бек и Сэйри прошли по дорожке вдоль озера. В доме Макгроу кружевная кованая решетка украшала окна второго этажа, как подобие балконов во Французском квартале Нового Орлеана. И не слишком удачное, по мнению Сэйри.
Она нажала на кнопку звонка и посмотрела на «глазок». Дверь открыла та же самая сиделка в белой накрахмаленной форме, которая впускала ее утром. Утром она лучилась улыбкой, а теперь смотрела мрачно. Сэйри не могла понять, чем это вызвано.
– Это снова я, здравствуйте.
– Утром вы мне не сказали, кто вы такая, – это прозвучало как обвинение.
– Я назвала свое имя.
Сестра буркнула что-то неодобрительное. Сэйри, помня, что Бек стоит за ее спиной, выпрямилась во весь рост.
– Утром, когда я уезжала, я предупредила, что вернусь и привезу человека, чтобы еще раз побеседовать с мистером Макгроу. Мы можем его видеть?
– Да, мэм, – холодно сказала сестра и отступила в сторону. – Он вернулся на заднюю террасу, где вы с ним разговаривали утром.
– Спасибо. Он нас ждет?
– Думаю, да.
Несмотря на нелюбезный тон женщины, Сэйри еще раз поблагодарила ее и жестом попросила Бека следовать за ней. Они прошли по заставленному мебелью коридору и оказались на застекленной террасе, выходящей на поле для гольфа.
Келвин Макгроу сидел в том же кресле, что и утром, лицом к двери. Сэйри улыбнулась и сказала:
– Мистер Макгроу?
Он смотрел на нее, как будто не узнавая, и Сэйри встревожилась.
– Я привезла к вам мистера Мерчента. Или мы не вовремя?
– Боюсь, именно так, Сэйри. – Из плетеного кресла с высокой спинкой, в котором его не было видно, поднялся Крис, обернулся и посмотрел на нее. – Бек сказал мне о том, куда вы намерены поехать, и я вспомнил, что совсем забыл старину Макгроу. Раньше я часто навещал его, проверял, все ли в порядке. К сожалению, сегодня у него не самый лучший день. Думаю, это связано с болезнью Альцгеймера.
Крис подошел к старику и положил руку ему на плечо. Тот никак не отреагировал, только смотрел в никуда.
– Бывают дни, когда он не узнает собственных детей. А иногда заявляет, что его соседка, семидесятивосьмилетняя вдова, родила от него ребенка. На прошлой неделе его поймали, когда он голым разгуливал вдоль озера. Удивительно, как старик не утонул. Но бывают дни, когда его ум ясен как стекло, он все понимает. И даже выиграл у сиделки пять партий в шахматы. – Крис снова сжал плечо Келвина. – Трагично, не правда ли? Особенно когда вспомнишь, каким красноречивым он бывал в зале суда. – Крис огорченно покачал головой. – А теперь Келвин то молчит целыми днями, то становится болтливым как сорока. Разумеется, он несет чушь, в его словах нет смысла. Их нельзя принимать за правду.
Сэйри перевела дыхание. Кровь бросилась ей в голову. Она не собиралась падать в обморок, а готова была взорваться. Поведение Криса не удивило ее. От него Сэйри не ожидала ничего другого. Но предательство Бека она восприняла как смертельный удар.
Он расставил ей ловушку, а еще имел наглость вести сладкие речи о желании и мечтах. Сэйри хотелось выцарапать ему глаза за то, что он заставил ее поверить ему, подумать, что он, возможно, не такой подонок, как те, на кого он работает.
Повернувшись к нему, Сэйри только и сказала:
– Сукин ты сын.
И это было бледным отражением того, что она чувствовала в эту минуту.
Молодая женщина бросилась к двери, стремительно выбежала из дома и направилась к стоянке. Сэйри задыхалась не столько от жары, сколько от гнева и унижения.
Сев за руль, она вставила ключ зажигания и только тут увидела кровь на своей ладони. Она так крепко сжимала кулак, что бороздки ключа поранили ее руку.
Глава 24
Кларк Дэйли вышел из дома десять минут одиннадцатого. Он мог еще полчаса провести с семьей, благо до завода было пять минут на машине, а ночная смена начиналась в одиннадцать. Но атмосфера в доме была ничуть не лучше, чем в литейном цехе. Люси не давала ему покоя из-за Сэйри. Выходя за него замуж, Люси знала, что у него с Сэйри Хойл когда-то был роман и, хотя в то время они еще учились в школе, между ними все было очень серьезно. Кумушки постарались, чтобы ни одна сочная деталь их отношений не осталась тайной для жены Кларка.
Люси задавала ему вопросы, когда они только встречались. И Кларк не стал ей лгать. Пусть лучше она узнает все от него самого, чем от жителей городка, которым не терпится посмаковать подробности чужой жизни.
Люси даже сумела добиться от Кларка признания в том, что он любил Сэйри. Но он сразу же дал ей понять, что эта история осталась в прошлом. Ему пришлось даже напомнить Люси, что и она досталась ему не девственницей. Тему закрыли. Когда они поженились, у них появилось множество других поводов для ссор.
Знать об отношениях Кларка и Сэйри – это одно, а увидеть Сэйри на пороге собственного дома, при том что та выглядит на миллион долларов, – совсем другое. Люси это не доставляло удовольствия. Не успела Сэйри отъехать, как она вцепилась в мужа.
– Я этого не потерплю, Кларк.
Она говорила тихо, но твердо, давая понять, что это не пустые угрозы. Когда Люси на него орала, Кларк сразу понимал, что она вспылила, это ненадолго, с нее быстро все сойдет. Когда Люси была само спокойствие и голоса не повышала, это означало, что Кларку следует сесть, внимательно ее выслушать и запомнить ее слова.
– Мне хватает твоих запоев и хронической депрессии. Я не потерплю, чтобы ты изменял мне с этой Сэйри Хойл, или Линч, или как там ее зовут.
– Я не собираюсь спать с Сэйри. Мы просто старые друзья.
– Вы были любовниками.
– Были. Когда учились в школе. И неужели ты думаешь, что я ей теперь нужен?
Из всего того, что мог сказать Кларк, этот аргумент оказался наименее удачным. Люси поняла это так, что если бы Сэйри снова захотела его, то он был бы не против. Его слова также означали, с ее точки зрения, что он достаточно хорош для нее, Люси, но никак не устроит Сэйри Хойл.
Уходя утром на работу, Люси все еще плакала. Когда она вернулась, слезы высохли, но обстановка в доме оставалась прохладной. Холод царил и в спальне, и даже теперь, спустя неделю после появления Сэйри, отношения между Кларком и Люси не потеплели.
Черт побери, он ведь любил Люси. В ней не было лоска и изысканности Сэйри, но она была по-своему красива. Люси любила своих детей и сделала для них все, когда первый муж бросил их одних. И что еще важнее, Люси любила его, Кларка Дэйли, неудачника, что было равносильно чуду. Ей не за что было его любить.
Задумавшись, Кларк не замечал машину позади него до тех пор, пока она не оказалась у заднего бампера его колымаги. Он подал вправо, давая водителю место для обгона, но тот не обгонял, а начал мигать фарами.
– Какого дьявола?
Кларк внимательнее посмотрел на машину, проверяя, не полиция ли это. Но ничто не указывало на то, что это дорожный патруль. Чувствуя тревогу, Кларк нагнулся и достал из-под сиденья ломик, который хранил там на всякий случай. Во время запоев он обычно накачивался спиртным в весьма сомнительных заведениях, где посетители не отличались хорошими манерами. Иногда ему приходилось вступать в драку. Кларк видел в чужой машине только водителя, но это могло быть уловкой.
Чужак снова помигал фарами. Кларк остановился на обочине. Другая машина сделала то же самое, фары погасли. Кларк крепче вцепился в ломик.
Он увидел, как водитель вышел, подбежал к его машине и постучал в стекло со стороны пассажира.
– Кларк, это я.
Узнав лицо под бейсбольной кепкой, он опустил свое импровизированное оружие и открыл дверцу. Сэйри села и быстро закрыла дверцу, чтобы никто ее не увидел в свете лампочки под потолком. Она была в джинсах и темной футболке, волосы убраны под бейсболку.
– Что за номера ты откалываешь? – воскликнул Кларк.
– Согласна, это несколько театрально, но я должна была с тобой встретиться так, чтобы никто об этом не узнал.
– У меня есть телефон, он оплачен… Я так думаю.
– Могла подойти Люси. А если я не ошибаюсь, она была не слишком счастлива увидеть у себя во дворе твою школьную любовь.
– Ты не ошибаешься.
– Я ее понимаю. Я бы тоже не обрадовалась. Но я не хотела осложнить тебе жизнь.
Кларк слышал и не слышал ее. Черты ее лица оставались прекрасными, но в глазах Сэйри больше не светилась любовь к нему. Между ними навсегда останутся сладко-горькие воспоминания, но свой шанс на вечную любовь они упустили. Вернее, его уничтожил Хафф. В любом случае их страсть умерла.
– Я понимаю, Сэйри. Объясни мне только, зачем все это?
Он долго слушал Сэйри, не перебивая. Его удивление возрастало с каждой минутой. Наконец она спросила:
– Ты сделаешь это?
– Ты просишь меня шпионить за ребятами, с которыми я работаю?
– Потому что они следят за тобой, Кларк. – Сэйри повернулась к нему всем телом и подалась вперед. – Неужели ты думаешь, что Крис и Хафф позволят провести забастовку? Бек Мерчент предсказал, что прольется кровь. Он говорил об этом, как о войне.
– Я слышал сплетни о Чарльзе Нильсоне, – сказал Кларк. – Говорят, он собирается прислать к нам сюда профсоюзных агитаторов. Уже назначена встреча.
– Значит, рабочие говорят об этом?
– Только об этом и толкуют, – подтвердил Кларк.
– Ты можешь не сомневаться в том, что у Хаффа есть свои шпионы, и они доносят ему, кто и что говорил.
– Все знают, что Фред Деклюэтт человек Хаффа. Он здорово перепугался в ту ночь, когда с Билли случилось несчастье. Я был там и все видел. Фред больше других старался довезти Полика до больницы, пока он не истек кровью. Но у Деклюэтта шестеро детей, которых надо одеть, накормить, выучить. В первую голову он будет защищать свои интересы. И если ради этого ему придется лизать задницу Хаффу, бригадир согласится и на это.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63