А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 

Ему до смерти надоело в последнюю минуту отменять встречи с Брендой из-за того или иного внезапно возникшего обстоятельства. Он обернулся и, взглянув сквозь стеклянную дверь на Сайкса, увидел на его лице знакомое сосредоточенное выражение – Сайкс подбирал слова для разговора. Наверняка говорит с Беком. Интересно, какой он, этот французский комиссар.
– Так вот, комиссар, – сообщал тем временем Сайкс, – мы сейчас анализируем данные по связям, полученные на компьютере, но пока ничего связанного с Францией не обнаружили.
Сайкс мог бы поклясться, что собеседник на том конце провода тяжело вздохнул, но это его нисколько не удивило. Французская полиция вечно жалуется на отсутствие средств и отчаянно завидует своим коллегам из ФРГ, которые, судя по всему, располагают неограниченными фондами для оснащения полиции новейшей электронной аппаратурой.
– Какую группу… м-м… какую политическую организацию вы подозреваете?
– Анархистов.
– A-a! Les anars! – По тону Бека трудно было что-либо понять, но похоже, что его интерес к разговору возрос. – А вы не обнаружили никаких связей с Испанией?
– Пока нет, комиссар, – осторожно ответил Сайкс. Он уже мысленно ругнул себя за то, что почему-то забыл об этой стране.
– Барселона находится не так уж далеко от района операции, – заметил Бек. – Впрочем, через два-три часа вы уже сможете выбросить все это из головы.
– Напротив, комиссар, – энергично возразил Сайкс. – Эту операцию придется доводить до конца совместными усилиями. Конечно, это ни в коей мере не означает, что мы собираемся хоть как-то вмешиваться в вашу работу, просто мы и дальше будем помогать вам всеми имеющимися в нашем распоряжении способами.
– Я благодарен вам за предложение и, безусловно, обращусь к вам за помощью, если таковая понадобится. Пожалуйста, позвоните мне, если появится какая-нибудь ниточка, ведущая в Испанию. Я сейчас же свяжусь с Мадридом. Это будет самое простое, вы согласны?
– Разумеется, комиссар. Позвоню тотчас же, как только что-нибудь выяснится.
Положив трубку на место, Сайкс поспешно вышел из кабинета и отправился искать своего заместителя.

Часом позже, когда данные компьютера были обработаны, Дандас явился в кабинет к Сайксу доложить о результатах, прихватив с собой списки фамилий и телефонных номеров.
– Похоже, никакой связи с Испанией нет, сэр. Три телефонных номера в Париже, но без фамилий; повторяется двадцать одна фамилия, номера английские. Я уже был на телефонной станции, дал задание операторам регистрировать все звонки и передал список Спецслужбе, чтобы немедленно установили наблюдение. – Умолчав о том, до какой степени на руку иску оказался принятый недавно закон о телефонных разговорах, Дандас положил перед Сайксом принесённый список.
– Так кого же все-таки надо брать под подозрение? – спросил Сайкс, бегло проглядев список.
– Чаще всего повторяются пять фамилий, сэр. Уильямс, Дэвис, Белл, Престон и Харви. У меня уже есть о них сведения. Хотите взглянуть?
Сайкс отрицательно покачал головой, повернулся на стуле и бросил рассеянный взгляд в окно. Затем жестом указал своему заместителю на стул. Дандас, нетерпеливо взглянув на часы, сел.
– Как я уже говорил, – назидательно произнес Сайкс, глядя в пространство, – у нас сейчас совсем особая ситуация. Мы не можем допустить даже попытки покушения.
– Вы хотите сказать, что мы должны немедленно арестовать всех подозреваемых?
– Это не так просто, – сказал Сайкс, не столько отвечая на вопрос, сколько объясняя самому себе. – Есть три пути, Брайан. Во-первых, наблюдать и ждать. Во-вторых, отпугнуть террористов очень большой охраной. И в-третьих, взять под стражу всех подозреваемых под любым предлогом. Первый путь слишком опасный, второй и третий привлекут слишком большое внимание. – Он снова повернулся на стуле и, подняв брови, уставился на Дандаса.
– В таком случае, – неуверенно начал Дандас, – мне кажется, мы должны всех их задержать… если, конечно, найдем. Но мы ведь даже не знаем, все ли они в этом списке, и вообще ничего не знаем наверняка.
Сайкс продолжал глядеть на своего заместителя, потом кивнул.
– Ладно, займитесь пока другими делами, – сказал он, обернувшись и посмотрев на электрические часы, висевшие на стене над ним. – Оставьте мне фотографии остальных подозреваемых.
Зазвонил телефон, и Дандас поспешил вернуться к себе в кабинет, недоумевая, почему шеф так неожиданно отпустил его. Он был уверен, что у Сайкса уже созрел в голове какой-то план, и скрежетал зубами от досады, что его не посвятили во все тонкости операции. Он успокаивал себя тем, что Сайкс, по-видимому, хочет сначала все обговорить с заместителем комиссара. Да, в этом весь Сайкс, подумал он. Умный бюрократ всегда обеспечит себе тылы.
16
Несмотря на то, что у Евы была с собой карта Парижа, они долго искали дом по тому адресу, который им дал Нил Форбс. Дом стоял очень высоко, на откосе, за Итальянскими воротами. Ева и Брук проехали мимо и из предосторожности поставили машину метрах в двухстах от дома. Район был мрачный, несмотря даже на яркий летний закат. А каково же здесь зимой! – невольно подумалось Бруку, когда они проезжали мимо куч мусора, заборов в лохмотьях старых афиш, огораживавших строительные площадки. Даже чахлые деревья с белесой от пыли листвой выглядели неуместным излишеством в этом унылом месте, точно их посадили здесь по ошибке. Отдаленный шум машин, доносившийся с boulevard peripherique, и пронзительные крики играющих детей только подчеркивали царившую здесь мерзость запустения.
Бетонные стены дома были сплошь разрисованы. Лифт не работал. Голоса отдавались в подъезде гулким эхом.
– Хорошо, что квартира на пятом этаже, – заметила Ева. – Могло быть хуже.
Брук что-то пробурчал в ответ. Он плохо представлял себе, что будет дальше. Ему вдруг нестерпимо захотелось не иметь к этому делу больше отношения – хорошо бы удалось покушение в Англии. Но он понимал, что его настроению в значительной мере способствовала давящая неприглядность этого места.
– Ну, вот мы и пришли, – сказала Ева, и Брук невольно улыбнулся – так она запыхалась, преодолевая лестничные марши.
У двери Ева быстро взглянула на него и нажала кнопку звонка. Внутри послышались шаркающие шаги, на миг стихли. Брук машинально поднял взгляд на «глазок». И в ту же секунду дверь отворилась; крупный бородатый мужчина молча, движением руки предложил им войти. Он заговорил, только когда запер за ними дверь.
– Salut, – улыбнулся он. – Я Марк Росси. – Сложением он походил на кузнеца: рубашка была явно тесна ему – пуговицы на груди, казалось, вот-вот оторвутся. В густой черной бороде пробивалась седина, а загрубевшая кожа на лице напоминала кожуру апельсина. Брук подумал, пожимая ему руку, что лет ему, пожалуй, около сорока.
– Мигель вас ждет, – сказал Росси по-английски с сильным акцентом. – Проходите вот сюда.
Комната была скудно обставлена дешевой мебелью в стиле пятидесятых годов, зато Брука поразило обилие книг. Они лежали повсюду – стопками на полу, на полках, даже на стареньком телевизоре.
Ева с интересом разглядывала Мигеля, пока их представляли ему. Нил немало ей о нем рассказывал. Участники Движения, не знавшие его лично, хорошо знали о его боевых подвигах. В семнадцать лет Мигель участвовал в осаде Мадрида, а после поражения республиканцев ушел в горы с партизанами и продолжал там воевать. Один его брат погиб во время гражданской войны в Испании. А пять лет спустя другой брат умер во время допроса в гестаповских застенках после того, как группа maquisards под командованием Мигеля пустила под откос фашистский состав с боеприпасами в департаменте Дордонь.
Имея за плечами такую жизнь, Мигель состарился прежде времени, но глаза его молодо блестели, и, пожимая гостям руки, он тепло улыбался. Он был невысокого роста, худой, с желтоватым морщинистым лицом и седыми редкими волосами, но прежняя сила еще ощущалась во всем его облике. Ева подумала, что у таких людей старость и не должна быть немощной; ее восхитило его раздумчивое и вместе с тем полное оптимизма спокойствие. Он никогда не будет жалким старикашкой, доживающим свой век в дешевом кафе и ублажающим себя воспоминаниями и ложными надеждами.
– Как поживает ваш молодой шотландский друг? – спросил он Еву, строя английские фразы медленно и грамматически безупречно.
– Прекрасно, – ответила Ева. Ей было неловко оттого, что она отнимает время у Мигеля, – стоявший рядом Марк Росси даже не скрывал своего нетерпения.
– Он был очень осторожен по телефону, – одобрительно проговорил Мигель. – Я сам с ним не разговаривал, но мне передали.
– Так вы не знаете, почему мы здесь? – не без удивления спросила Ева.
Мигель отрицательно покачал головой.
– Нил просто предупредил нас о вашем приезде. Он сказал всего одну фразу, из которой мы поняли: готовится что-то серьезное.
Ева сообщила им о намеченном на завтра покушении. Она объяснила, что они с Бруком приехали в Париж якобы на отдых – надо же оправдать то, что сказал Брук, выясняя передвижения Иньесты, а кроме того, они здесь на случай необходимости – в качестве «резерва». За все это время Брук не проронил ни слова, предпочитая оставаться в тени.
– Да, этот случай упускать нельзя, – согласился Мигель, когда Ева кончила говорить. – Я только на прошлой неделе слышал от одного товарища из Южной Америки о том, что у них творится. Пытки, убийства, хотя газеты и кричат о «либерализации».
Брук с удивлением отметил, что в голосе Мигеля было не столько возмущение, сколько покорность судьбе. Но вскоре он понял, что хозяева, по-видимому, приглядываются к нему.
– А ваш партнер? – спросил Росси. – Это он добыл информацию?
Интересно, подумал Брук, почему Ева смутилась при слове «партнер»?
– Да, – ответила она.
– Когда же вы отправляетесь? – спросил Мигель.
– Завтра утром, как можно раньше.
– Тогда надо не мешкая заняться делом, – сказал Росси. – Где ваша машина?
– Мы оставили ее за углом.
– Хорошо, – кивнул он. – Сейчас отгоним ее в гараж. У нас есть другая, вы можете ею воспользоваться. Она не будет так бросаться в глаза.
– Прекрасно, – заметил Брук: все шло не так плохо вопреки его опасениям. – Но Нил сказал, что вы нас еще снабдите оружием – на всякий случай.
Мигель поднял руку и направился к комоду, стоявшему у телевизора. Заговорщицки подмигнув, он открыл один из ящиков и стал рыться в белье. Нашел пистолет системы «люгер» и, взяв его за дуло, протянул Бруку.
– «Люгер» тридцать восьмого года, – спокойно сказал он, заметив, что Брук пытается прочесть выбитую на пистолете марку.
– Вижу, – ответил тот. – Это хорошо.
– А почему вы подчеркнули, что он тридцать восьмого года? – спросила Ева.
– Позднее эти пистолеты изготовляли узники в оккупированных странах, – пояснил Брук. – И они умудрялись выпускать большой процент брака. – Он вынул обойму, несколькими точными движениями разобрал пистолет и разложил детали в ряд на столе.
– Пистолет в хорошем состоянии, – сказал Брук, проверив ствол на свет.
Мигель с Росси обменялись взглядом, который Ева успела перехватить. Они гадают, кто он такой, отметила она с беспокойством.
– Вы хорошо знаете оружие, – сухо проговорил Марк Росси.
Брук оторвал взгляд от пистолета и смущенно улыбнулся. Он не знал, сказать им, кто он, или нет. Ева быстро взглянула на него и повернулась к Мигелю.
– Хотя он и не из наших, но у него есть достаточно веские причины…
– Можете не объяснять, – мягко прервал ее Мигель.

Когда через час Марк Росси с Бруком вернулись, стол был уже накрыт и Мигель жарил омлет. Росси разлил в стаканы вино, и все сели за стол.
– Долго же вас не было, – сказала Ева.
– Поставили в гараж одну машину, вывели другую, затем пошли в аптеку, – объяснил Брук.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35