А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

 


Обратившись к папкам, Бьюкенен нашел распечатку этого файла.
Он продолжил поиски. "ДЕЙТОН. ДЕЙТОН.ВАК". Проверил. "ДИАС. ДИАС.ВАК". Проверил. "ДИЕГО. ДИЕГО.ВАК". Проверил. Каждому файлу на экране компьютера соответствовала папка. "ДОМИНГЕС. ДОМИНГЕС.ВАК". "ДРАММЕР. ДРАММЕР.ВАК". "ДУРАН. ДУРАН.ВАК". "ДУРАНГО. ДУРАНГО.ВАК". Все сходится.
Он обессиленно откинулся на спинку стула. Напрасная потеря времени. Какой смысл было рисковать жизнью, чтобы узнать лишь то, что Хуану хотят убить? Это ему и так известно.
А вышло так, что он сам чудом избежал смерти.
Бьюкенен потер воспаленные веки и, взглянув на экран, уже собрался выключить компьютер, однако в последний момент передумал, сказав себе, что, как бы плохи ни были его дела, нужно продолжать поиски. Даже если поддиректория "Т" окажется ничем не лучше того, что он уже видел, не стоит пренебрегать последней возможностью.
Он убрал руку от кнопки выключения компьютера из сети и хотел было перейти в поддиректорию "Т", как вдруг что-то на экране заставило его похолодеть. Бьюкенен и до этого чувствовал, что его подсознательно беспокоит какая-то деталь, но отнес это за счет нервного напряжения.
Теперь все стало ясно. Глаза сыграли с ним злую шутку. "ДРАММЕР". "ДРАММЕР.ВАК" Черта с два? Файла "ДРАММЕР.ВАК" нет. Есть файл "ДРАММОНД.ВАК". Бьюкенен не сомневался, что не видел папки с надписью "ДРАММОНД", однако он уже дошел до последней степени усталости и не мог доверять своим ощущениям. Дрожащими руками он стал снова просматривать папки. "ДРАММЕР". "ДУРАН". "ДУРАНГО". Папка "ДРАММОНД" отсутствует.
Боже правый. Убийца стер файл "ДРАММОНД", но забыл уничтожить дублирующий файл. Не успел, а может быть, его, как и Бьюкенена, подвело сходство в написании фамилий: и "ДРАММОНД.ВАК" и "ДРАММЕР.ВАК".
Драммонд.
Имя ни о чем не говорило Бьюкенену. Он открыл файл и, к своему разочарованию, обнаружил, что он пуст. Возможно, Хуана создала дублирующий файл, но так и не внесла в него информацию, или убийца стер его содержимое.
Бьюкенен вошел в поддиректорию "Т". Теперь он знал, что искать, и в первую очередь проверил дублирующие файлы, сравнивая их названия с именами на папках, которые он вытащил из картотеки.
"ТЭЙЛОР.ВАК". "ТАМИЙЛО.ВАК". "ТАНБЕРГ.ВАК". "ТЕРРАЗА.ВАК". "ТОЛСА.ВАК". В основном испанские фамилии. "ТОМЕС.ВАК". Его пульс участился. Это имя не встречалось ему среди папок, и его не было в основных файлах поддиректории "Т". Бьюкенен открыл файл - он тоже оказался пустым. Проклиная все на свете, Бьюкенен спросил себя: уж не сама ли Хуана стерла содержимое "ТОМЕС.ВАК".
Две ничего не говорящие фамилии - вот все, что ему удалось узнать.
Хорошо еще, что убийца ошибся и не стер названия пустых файлов. Тогда бы его поиски оказались совершенно бесплодными.
Бьюкенен подавленно размышлял, что предпринять дальше. Затем неохотно выключил компьютер. Он решил быстро осмотреть дом, хотя убийца наверняка позаботился о том, чтобы он ничего не нашел.
Он поежился, точно от холода, внезапно вспомнив странные слова убийцы:
"Чего стоит одна та комната со всей этой чертовщиной. Неудивительно, что она держала ее на замке. Видать, не хотела, чтобы попалась на глаза родителям. Я поначалу подумал, что вижу части человеческих тел".
17
Части человеческих тел?
Все время, пока Бьюкенен находился в доме, у него не было ни одной свободной секунды, поэтому только сейчас он задумался о том, что хотел сказать убийца.
Охваченный недобрым предчувствием, Бьюкенен встал и, выйдя в коридор, остановился перед дверью соседней комнаты. Она была открыта, но он не сумел в ней ничего разглядеть. Когда убийца выходил, чтобы взять свой радиотелефон, он знал, где его найти, и не стал включать свет. Бьюкенен приказал себе успокоиться.
В дверь комнаты был врезан тяжелый массивный замок - нечастый случай, когда речь идет о внутренних помещениях.
Он пошарил рукой по стене, щелкнул выключателем и зажмурился. Не только от яркого света, но и от зрелища, которое открылось его глазам.
Комната поражала воображение.
Части человеческих тел? Теперь понятно, почему при первом взгляде на комнату убийце пришла в голову именно такая мысль.
По всей комнате были расставлены столы с зеркалами и светильниками, на которых лежали предметы, похожие на носы, уши, подбородки, щеки, зубы и лбы. На одном из столов - только волосы: всех цветов и оттенков, в виде самых разных причесок. "Парики", - понял Бьюкенен. А то, что напоминало части тела протезы вроде тех, что используются в пластической хирургии. Еще один стол полностью уставлен косметическими наборами.
Озираясь по сторонам и разглядывая до жути правдоподобные макеты носов, ушей и подбородков, Бьюкенен осознал: в своей работе Хуана стала неким подобием того, чем был он сам. Разница заключалась лишь в том, что он постоянно перевоплощался в других людей, а она вес время меняла внешность. Сам Бьюкенен не придавал этой стороне работы особого значения. Конечно, ему приходилось отращивать усы, перекрашивать волосы, менять прическу или даже с помощью специальных линз изменять цвет глаз. Он всегда старался, чтобы каждый новый персонаж отличался от предыдущих, одевался по-своему, имел одному ему присущие черты во всем, начиная от часов и кончая шариковыми ручками. Новое имя означало новые вкусы в еде, музыке, литературе...
Но Хуана достигла совершенства. Если его догадки верны, она с каждым следующим заданием не только меняла имена, но и сама преображалась до неузнаваемости. Не только в одежде. Ей удавалось изменить черты лица, полноту и даже роет. Бьюкенен нашел накладки для увеличения бюста, накладки, создающие иллюзию беременности, специальные кроссовки, которые прибавляли несколько сантиметров роста, и косметический крем, с помощью которого можно сделать кожу светлее.
В ном боролись противоречивые чувства. С одной стороны - профессиональное восхищение, с другой - ужас при мысли, что там, в "Кафе дю монд", Хуана могла сидеть за соседним столиком, а ему даже не пришло бы в голову, что их разделяет всего несколько шагов. Он мог столкнуться с ней, заговорить - и не узнать, пройти мимо.
Чем она занималась эти шесть лет? Где выучилась всему этому? Кого он ищет? Ведь она может быть кем угодно. Выглядеть как угодно.
Ему припомнился их последний разговор. "Ты не знаешь меня, - сказал он тогда, желая оправдать свой отказ. - Ты знаешь только того, кого я сейчас изображаю".
Выходит, Хуана его превзошла. Изображать других стало для нее основным занятием. Проходя по коридору, Бьюкенен с тоской подумал, что в доме нет ни одной фотографии Хуаны. Ему так хотелось увидеть ее карие глаза, сияющие черные волосы, удивительно красивое лицо. Очевидно, фотографию забрали люди, которые ее преследуют. Впрочем, им это все равно не поможет - у Хуаны нет определенного облика. А может быть, она сама убрала фотографии, потому что не связывает себя с запечатленным на них конкретным человеком. Ужасно, но женщина, которую он (или Питер Лэнг) любил, бесплотна, словно привидение. Или словно он сам. От этой мысли Бьюкенену стало не по себе. Пусть так. Но, несмотря ни на что, он должен ее найти.
18
Он носовым платком стер отпечатки пальцев со всех предметов, до которых дотрагивался. Выключил свет в доме. Постоял, раздумывая, не забыл ли чего, и вышел, закрыв дверь на замок.
Когда здесь появится напарник "ковбоя", то в первый момент не сообразит, что случилось. Произошедшие за ночь перемены - перемещение ковров и пропажа одного из них, пулевое отверстие в потолке и кровь на полу кабинета - не сразу бросятся в глаза. Затем, когда он разберется, что к чему, то потратит время на поиски тела. Его сообщение в Филадельфию будет довольно бессвязным и еще больше запутает ситуацию, возникшую после исчезновения тех двоих, дежуривших у дома Мендесов. Однако враги знают о появлении человека по имени Брендан Бьюкенен и наверняка отнесут события прошедшей ночи на его счет. "К утру они будут идти по моему следу, - подумал он. - Нет. Они будут идти по следу Брендана Бьюкенена. Если повезет, они не сразу догадаются, что сегодня ночью я стал Чарльзом Даффи".
Похлопывая по карману куртки, в котором лежал бумажник убийцы, Бьюкенен подошел к джипу и залез в машину. Руки у него дрожали. Рана саднила. В висках пульсировала боль. Он дошел до предела своей выносливости. Однако сейчас не время отдыхать.
Фургон стоял в небольшой впадине, в миле от дома Хуаны. Поднимавшийся с реки туман скрывал его очертания. Бьюкенен вышел из машины, держа руку на рукоятке пистолета, готовый в любой момент выхватить оружие: мало ли что могло случиться за время его отсутствия. Заметив впереди какое-то движение, он напрягся, но затем немного успокоился, узнав идущую ему навстречу Аниту. Она сказала по-испански, что Педро остался присматривать за пленниками.
- Телефон звонил не переставая.
- Я знаю.
- Поначалу мы подумали, что это вы, но двух звонков, а потом еще одного после паузы, как мы условились, не было. Поэтому мы не стали брать трубку.
- И правильно сделали.
Бьюкенен окинул ее внимательным взглядом. Женщина выглядела встревоженной, однако не так ведет себя человек, когда знает, что кто-то невидимый держит его на мушке. Тем не менее, он позволил себе полностью расслабиться только тогда, когда убедился, что пленники на месте и с Педро ничего не случилось.
- Вы нашли Хуану?
-Нет.
- Удалось что-нибудь о ней узнать?
- Нет, - солгал Бьюкенен.
- Тогда мы напрасно теряли время. Что будем делать?
- Оставьте меня с этими людьми на пару минут. Подождите в джипе.
- Но зачем? - с подозрением спросил Педро. - Если вы хотите их допрашивать, я хочу услышать, что они скажут.
- Нет.
- Нет? Почему? Это касается моей дочери, и я должен знать правду.
- Иногда лучше оставаться в неведении.
- Что-то я вас не понимаю, - покачал головой Мендес.
- Потом все поймете. А сейчас оставьте меня с ними наедине.
Поколебавшись, Педро кивнул и с мрачным видом вылез из фургона.
Проводив его взглядом и убедившись, что Мендес сел в джип. Бьюкенен закрыл заднюю дверь фургона и взглянул на голых связанных детективов, дрожавших от холода.
Фонарем он осветил лицо одного, затем второго пленника.
- Почему вы не сказали мне, что в доме находится ваш человек?
Их лица вытянулись, глаза расширились.
- Так вот - он мертв.
Их ужас еще больше усилился.
- Теперь даже не знаю, что с вами делать.
Бьюкенен достал пистолет, а другой рукой вытащил кляп изо рта первого детектива.
- Я понял, зачем ты их отослал, - заговорил тот. - Не хотел, чтобы они видели, как ты нас убьешь.
Бьюкенен поднял одеяло, валявшееся в углу фургона.
- Конечно, - с отчаянием в голосе продолжал детектив. - Из одеяла можно сделать неплохой глушитель.
Бьюкенен прикрыл пленников одеялом.
- Не хочу, чтобы вы заработали воспаление легких.
- Что? - изумленно спросил первый детектив.
- Будь я на вашем месте, как бы вы со мной поступили? - спросил его Бьюкенен.
Тот не ответил.
- Мы в чем-то похожи, но по сути совершенно разные. Любой из вас убил бы меня, не задумываясь. Но, в отличие от вас, я не убийца.
- Не понимаю, о чем вы.
- Ты даже не видишь разницы между нормальным человеком и убийцей? Хорошо, говоря простым языком, я не собираюсь вас убивать.
На лице пленника отразились тревога и недоверие, говорившие о том, что ему не часто приходилось сталкиваться с милосердием.
- Если выполните мои условия, - добавил Бьюкенен.
- Какие условия?
- Во-первых, вы останетесь здесь связанными до рассвета. Вас накормят, дадут воду и позволят воспользоваться туалетом. Но вы останетесь в фургоне. Это понятно?
Детектив хмуро кивнул.
- Во-вторых, когда вас развяжут, вы не причините вреда Педро и Аните Мендес. Они ничего обо мне не знают. О дочери им тоже ничего не известно. Они в полном неведении.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87