ПАЛАДИНЫ И САРАЦИНЫ 

Кирилл ЕСЬКОВ 

Анонс 

Читателя ждет новая встреча со столь полюбившимися всем нам благородными разбойниками, вшими - азно эпохе - свои 

зеленые плащи линкольнского сукна на малиновые пиджаки. На сей раз Боре-Робингуду арищи тся заняться - ни много, ни 

мало - спасением Мира, который уже попал конкретно , но, как водится, сам об этом не ревает... Заслуженный конспиролог 

Союза ССР Кирилл Еськов, вскрывший уже подноготную и Евангельских "Евангелие от Афрания»), и истории 

Толкиеновского Средиземья («Последний Кольценосец») прямо на глазах у ннейшей публики сорвет покров тайны с самых 

загадочных событий современности: теракты 11-го сентября, тво дента Кеннеди, и прочая, и прочая! Итак - следите за 

руками! (Барабанная дробь.) Вуаля!.. Маэстро, урежьте !язь» - это вещество не на своем .-Луи Бертолле, великий 

химикмотрю на маски черные на стене -вые Зулуленда созерцают снега. 

А вы бы, черные, сумели б отстоять континент, 

Где с десяток диссидентов на один ассегай? 

Олег медведев 

1 

- Осторожно, двери закрываются! Следующая станция - Белорусская. 

Пш-шух-х!.. 

Бордовый, с дендритами белесых прожилок, мрамор Краснопресненской (точь-в-точь напластованные дисковой пилой 

заиндевелые говяжьи монолиты) сменяется помаргивающей гастероскопическими лампочками темнотищей тоннельной 

кишки. 

«Мне в моем метро-о// Никогда не тесно...» Надо ж - «не тесно» ему; как это, блин, по ученому-то называют - оксюморон? 

катахреза?.. Вечерний час пик миновал - друг на дружке уже не висят и печенку через уши не выдавливают, но вагон все 

равно набит под завязку. Хотя, впрочем, один человек, которому «не тесно», тут и вправду наличествует: это бомж, в 

покойном одиночестве почивающий на сидении торцевого «купе», надежно прикрытый от любых посягательств своим 

защитным силовым полем. 

«Вы чувствуете... э-э... некоторое амбрэ?» - «Да. Воняет гадостно»... 

У разных гильдий детей подземелья территориальные преференции отчетливо различны - эколог школы Хатчинсона 

назвал бы это «разделением топической ниши в гиперпространстве ресурса». Вагонные попрошайки из тех, что попроще 

(«Извините, что к вам обращаемся... сами мы не местные, из горячей точки... на лечение ребенку...») облюбовали оранжевую 

линию, в особенности тот ее конец, что за Октябрьской, тогда как псевдомонашенки, бойко собирающие «на восстановление 

храма» (Астарты, надо полагать...) предпочитают зеленую; карманники работают в основном на синей и, как ни странно, на 

малонаселенной серой, etc . Что ж до бомжей, то их вотчиной является как раз кольцевая; оно и понятно: прилег себе на 

лавочку и кемарь сколько влезет, катаясь по кругу - никто тебя с этой карусели не сгонит... 

...Поезд между тем неспешно вкатывается под высоченные, и оттого вечно полутемные, соборные своды Комсомольской- 

кольцевой. Тут бомж пробуждается от спячки и, подобрав свои бело-синие пластиковые пакеты сети супермаркетов 

«Седьмой континент» с каким-то не-озонирующим хруньем, устремляется к выходу из вагона сквозь панически