Владимир Кунин 

КЫСЯ 1-4/1 части 

роман 

Счастлив, кто падает вниз головой 

Мир для него, хоть на миг, - а иной 

Владислав Ходасевич. 

Только я пристроился сзади к этой кошечке, только прихватил ее за 

нежный пушистый загривочек, только почувствовал, как ее потрясающий ры- 

жий хвостик туго напружинился и стрункой вытянулся вверх и чуть вбок в 

ответном желании, открывая мне, как сказал бы мой Человек Шура Плоткин - 

"врата блаженства"... А Шура знает, что говорит - он литератор. И когда 

к нам приходят разные его бабешки, он сначала читает им свои сочинения, 

а потом начинает их раздевать, бормоча разные вот такие слова, вроде 

"врата блаженства", "жаркий оазис любви", "испепеляющее желание", и так 

далее. Причем, ни в одном его сочинении, которые он этим дурочкам чита- 

ет, я никогда не слышу этих слов. Шура как я - абсолютно беспородный, но 

ума у него хватает, чтобы в своих статьях и рассказах такие роскошные 

выражения не употреблять. Тем более, я же слышу, с какими интонациями он 

эти пышные слова произносит. Будто бы внутренне хихикает... 

Он иногда пытается и со мной так разговаривать, не такими словами, а 

такими интонациями. И, не скрою, я этого очень не люблю. В таких случаях 

я просто отворачиваюсь от Шуры и сажусь к нему спинои. И тогда Шура на- 

чинает извиняться передо мной и подлизываться. Должен отметить - совер- 

шенно искренне. И я его прощаю. 

Ну, так значит, только я взобрался трахнуть эту кошечку, эту прелест- 

ную рыжую киску, или, как выражается иногда мой Шура, влезая на свою 

очередную гостью, - "вонзиться в ее пылающий рай", как вдруг совершенно 

неожиданно что-то большое, жесткое, сетчатое, очень больно стукнув меня 

по кончику хвоста, накрыло нас обоих, и прежде, чем я успел сообразить - 

что же произошло, я услышал мерзейший голос этой сволочи Пилипенко: 

- Пиздец коту!!! Васька, затягивай сачок поскорей, а то этот прохин- 

дей опять вырвется!.. Он уже от нас раз пять смыливался! Это котяра того 

самого жида, который в газеты пишет. 

Ну надо же, гад, подонок, в какой момент подловил!.. Прав был Шура, 

когда говорил мне: "Ах, Мартын, не доведут нас с тобой яйца до добра..." 

- Затягивай сачок, кому говорю! - орет Пилипенко, и подлец Васька за- 

тягивает сачок туго-натуго. И мы с моей рыжей лапочкой оказываемся тесно 

спеленутые сетью. Естественно, тут уже не до "врат блаженства" и "жарко- 

го оазиса", да и, честно говоря, у меня от испуга и неожиданности просто 

нечем было бы "вонзиться в пылающий рай" этой рыжей дурехи, которая от 

ужаса, кретинка, завопила таким дурным голосом, что если бы я в другой, 

менее экстремальной обстановке, услышал бы от нее такую истерику, у меня 

просто вообще не встал бы на нее никогда.. 

- Все, бля, - говорит Пилипенко. - Теперь он мой! 

- Кто? - спрашивает Васька. 

Васька с первого раза ни во что не врубается. Редкостный болван! От- 

куда эту дубину стоеросовую Пилипенко себе в помощники выискал? Ваську